Приближалась экзаменационная неделя.

Из-за недавних происшествий большинство профессоров решили заменить экзамены письменными работами или заданиями. И всё же несколько упрямцев настояли на проведении очных испытаний, невзирая на обстоятельства.

Одним из таких был профессор Данте Хиакапо.

— Ты слышала новости, Хвару?

— М-м?

Но на этот раз всё принимало необычный оборот.

Все кадеты, записанные на курсы, связанные с Искусством Иллюзий, должны были сдавать единый, общий экзамен.

— Что происходит, Доминик?

— По слухам из моих источников, я слышал, что…

Судя по всему, центральная администрация академии подготовила для всех масштабный экзамен по Искусству Иллюзий.

"Центральная администрация? Не факультет Убийц? Что это значит?.."

И действительно, дело касалось не только факультета Убийц. Даже кадеты с факультета Магов, изучавшие Искусство Иллюзий — с первого по четвёртый курс — собрались вместе, чтобы сдавать тот же тест, что и кадеты-убийцы.

Теперь все они находились в Девятой Зоне, самой отдалённой части Академии Хиаки, также известной как «Магический Лес».

И слова Доминика оказались правдой.

— Ух ты… сколько народу.

— Это серьёзно? Они заставят всех этих людей сдавать тест одновременно?

В день экзамена в Девятой Зоне собралось более тысячи двухсот кадетов. Около четырёхсот пятидесяти были с факультета Убийц, в то время как факультет Магов выставила семьсот пятьдесят.

Кадеты двух разных кафедр держались на почтительном расстоянии друг от друга, но не могли удержаться от любопытных взглядов.

Кадеты-маги носили свои нелепые остроконечные шляпы с широкими полями, а кадеты-убийцы выглядели как толпа безумцев с ремнями, перекрещенными на груди, словно бешеные псы.

Сцена напоминала противостояние между фэнтезийными косплеерами в шляпах волшебников и извращенцами в БДСМ-амуниции.

Пока кадеты приценивались друг к другу, на трибуне перед ними появился профессор.

— Внимание всем! Я — Коллайдер, элитный старший профессор кафедры Изучения Иллюзорного Убийства!

У него было такое лицо, будто он готов высказать очень, очень много жалоб.

Затем профессор Коллайдер заорал во всю мощь своих лёгких.

— Для начала! Если говорить о моих регалиях, я был первым в академии баронства Лемонтри! Окончил с отличием нашу престижную Академию Хиаки, факультет Убийц, выпуск 475-го года! Первое место на национальном тесте по Искусству Иллюзий «Цветок Заточения»! Первое место в имперской программе обмена! 6001-й в мировом рейтинге… да что вы делаете?! Хлопать не собираетесь?!

Хлоп-хлоп—

Последовали неохотные аплодисменты.

Под редкие хлопки кадеты-маги заметили нечто странное. Кадеты-убийцв рядом с ними все как один опустили головы.

"Да ладно… почему из всех именно он?

Как же стыдно."

Кадеты факультета Убийц потерпели немедленное, неспровоцированное ментальное поражение под тяжестью безжалостного хвастовства Коллайдера.

Но не каждый кадет был готов сидеть сложа руки и покорно сносить его болтовню.

В конце концов, один из кадетов-магов поднял руку.

— Что?! — Рявкнул Коллайдер.

— Почему вы здесь, профессор?

Это был кадет-четверокурсник из «Симфонии».

Кадеты-маги делились на четыре категории: Этюд → Токката → Соната → Симфония.

Кадеты «Симфонии» были сродни кадетам «Чёрного Дракона» с факультета Убийц.

— Я здесь, чтобы объяснить правила экзамена.

— Тогда, пожалуйста, просто объясните правила экзамена.

Площадь мгновенно затихла.

"Этот кадет и впрямь только что спровоцировал профессора?"

Раздражение почувствовал не только Коллайдер. Даже кадеты-убийцы ощутили лёгкое недовольство. Каким бы идиотом он ни был, слышать, как кто-то с другого факультета так пренебрежительно говорит с их профессором, было неприятно…

И всё же кадет-маг был не совсем неправ. Время было ограничено.

Коллайдер сжал кулак за спиной, а затем поднял голову.

— …так! Сейчас я объясню правила выпускного экзамена по Изучению Искусства Иллюзий!

Щёлк—!

По щелчку его пальцев в воздухе появилась и зависла искорка света.

— Экзамен прост! Из этой единственной «отправной точки» вы будете использовать своё Искусство Иллюзий, чтобы строить и расширять её, словно наращивая плоть на кость! Само собой, вы не можете прикреплять что попало!

Щёлк—!

Ещё одним жестом он сотворил из воздуха небольшой камень. Затем Коллайдер попытался прикрепить его к отправной точке.

Дзинь—!

Камень мгновенно разлетелся на осколки.

— Существуют заранее определённые иллюзии, которые могут прикрепиться к этой точке. Вы должны выяснить, что можно добавить, используя свои иллюзорные чувства и интуицию! Чем больше вы прикрепите и чем крупнее сделаете, тем больше баллов заработаете. В конечном счёте иллюзия образует единую завершённую структуру!

— Какой убогий тест.

Коллайдер застыл.

Это снова был тот самый четверокурсник из «Симфонии», перебивавший его.

— Он будет не таким убогим, как ты думаешь! Этот экзамен чрезвычайно сложен, труден и займёт много времени!

— Не выглядит он таким уж сложным. И если я начну что-то прикреплять, разве все остальные просто не скопируют меня и не прикрепят те же иллюзии?

Коллайдер закрыл глаза. Он ещё держался.

После месяцев терпения бесконечных нападок одной седовласой девицы терпение Коллайдера выросло. Он стиснул зубы. Он мог проигнорировать этого сопляка.

Но тут из рядов кадетов-убийц раздался другой голос.

— Этот ублюдок тявкает, как паршивая дворняга. Может, мне его просто прикончить…

Все вздрогнули и обернулись.

Это была Грей, недовольно хмурившаяся; её фирменный дерзкий клычок торчал наружу.

Кадет «Симфонии» быстро протиснулся сквозь толпу и подошёл к ней.

— Эй, ты. Что ты только что сказала?

— Ничего. Не тебе говорила. — Беззаботно ответила Грей.

— Ты думаешь, я на это куплюсь? Ты явно сказала это достаточно громко, чтобы я услышал.

— Как я уже сказала, я говорила не тебе. Но раз уж ты здесь, позволь спросить: ты считаешь профессора своим дружком, что ли? Не разговаривай с ним в таком тоне.

"Чья бы корова мычала…"

Некоторые кадеты-убийцв, знавшие, как Грей обычно обращалась с профессором Коллайдером, мысленно осудили её за лицемерие, но никто не осмелился сказать это вслух.

— Эй, ты кем себя возомнила? — Прорычал кадет-маг.

— Твоей мамочкой, мудак. — Отрезала Грей. — И тебе тот же вопрос. Ты, чёрт возьми, кто такой, чтобы вести себя так самодовольно перед профессором, который пришёл объяснить правила экзамена? Жить надоело?

— Пошла прочь, вульгарная девка. Искусство Иллюзий берёт начало в магии. Так какого чёрта профессор-убийца объясняет нам правила экзамена? В этом даже смысла нет.

— Хватит ныть, словно младенец, иди ещё мамкину сиську пососи.

— …это твои последние слова?

Напряжение между ними резко возросло, распространяясь по площади. По толпе прокатились шепотки и ропот, обе кафедры ощетинились.

Затем один из кадетов случайно посмотрел в сторону трибуны и замер.

Один за другим остальные последовали его примеру, оборачиваясь, чтобы увидеть, что привлекло их внимание.

Даже Грей и кадет-маг прервали свою перепалку взглядами, посмотрев на трибуну, чтобы понять, что заставило толпу замолчать.

Постепенно над толпой воцарилась тишина. Не было слышно даже дыхания кадетов.

На трибуне стоял розовоглазый профессор со значком старшего профессора.

Это был профессор Данте Хиакапо.

Хотя кадеты-маги и не знали, кто он, они инстинктивно почувствовали непреодолимое желание заткнуться.

Заставив замолчать более тысячи двухсот курсантов, не проронив ни слова, профессор наконец заговорил.

— Отныне любой, кто нарушит порядок, будет дисквалифицирован с экзамена.

Его низкий голос эхом разнёсся по площади.

— Попробуйте пикнуть ещё хоть раз. Я вам разрешаю.

Его тон был медленным, гнетущим и властным.

Каждый кадет ощутил необъяснимое давление, словно беззащитный олень, стоящий перед свирепым тигром.

И так экзаменационная площадка погрузилась в тишину.

— Так, так, отсюда я продолжу, детки.

Следующим, кто появился рядом с Коллайдером, был глава кафедры Галуа.

— Этот экзамен был создан гениальным практиком Искусства Иллюзий, главой кафедры Кейном. Кейн — гений, которого мы тайно привлекли в Хиаку, так что не относитесь к экзамену легкомысленно. Ясно?

"Кейн? Кто это?"

Среди кадетов распространилось любопытство. Даже они знали, в каком безнадёжном состоянии находились исследования Искусства Иллюзий в Хиаке после того, как Кройц переманил главу кафедры Глуми и саботировал исследования академии.

В этот момент профессор Данте заговорил снова.

— Копировать у другого кадета будет невозможно. Как только экзамен начнётся, каждый из вас войдёт в своё собственное иллюзорное подпространство и будет решать задачу в одиночку. Это ясно?

— …да.

Кадет-маг, который огрызался на Коллайдера, теперь покорно кивнул.

Галуа продолжил: — Экзамен продлится 48 часов. Поскольку мы начинаем днём, он займёт три дня и две ночи. Сколько часов вы будете посвящать ему каждый день — решать вам.

Он сделал паузу, прежде чем объявить следующую часть.

— По результатам, факультет Магов предоставит рекомендательные письма от декана и от меня лучшим кадетам-магам. Что касается факультета Убийц, их лучшим кадетам будет вручено несколько выпускных дипломов.

Выражения лиц кадетов мгновенно застыли.

Только тогда они поняли, что это не просто обычный экзамен.

Когда ропот снова начал нарастать, Галуа поднял руку и добавил последнее заявление.

— А лучшего студента по итогам экзамена ждёт особый приз. Ему будет предоставлена возможность изучить секретную технику у профессора по своему выбору. Это будет индивидуальное занятие с кем угодно, чтобы научиться всему, чему он может научить. Все члены преподавательского состава согласились на это условие.

Толпа взорвалась от полного изумления и восторга.

"Шанс изучить секретную способность, навык или магическое заклинание профессора? У любого из преподавателей академии?"

Воображение кадетов разыгралось, когда они представили себе идеальный исход.

Глоть—

Грей с трудом сглотнула. Это был шанс всей её жизни.

Не в силах сдержаться, она подняла руку.

— Это правда может быть кто угодно? Даже декан кафедры или председатель?

— Председатель — исключение. — Последовал ответ.

Кадеты ахнули и повернулись к деканам, стоявшим в стороне.

Это означало, что Шаман и Иезекииль не были исключением.

У них был шанс получить индивидуальное обучение и изучить техники бойца ранга Претендента — одного из двухсот лучших в мире.

— …

Но в отличие от других кадетов, глаза Грей были сосредоточены на другом профессоре.

"Данте Хиакапо."

Ей просто нужно было встретиться с ним наедине, чтобы спросить и кое-что подтвердить.

Удивительно, но она была не единственным кадетом-убийцей, наблюдавшим за Данте.

Другой была Элиза — которая совершенно не интересовалась экзаменом.

"Браслет…"

Всё, что её волновало — это когда ей представится шанс вручить профессору свой подарок.

— Ваши навыки будут важны. Но одних навыков будет недостаточно, чтобы решить эту проблему. Настоящая тема этого экзамена — сможете ли вы определить свою основную силу и превзойти собственные пределы.

Слова Галуа зажгли искру во многих кадетах.

Если настоящая задача — превзойти свои пределы, то у каждого был реальный шанс на успех.

— Что ж, а теперь мы начнём экзамен.

Экзамен начался. Кадеты вошли в свои иллюзорные подпространства.

В своих белоснежных пространствах они начали анализировать и манипулировать отправными точками, разложенными перед ними.

Я открыл созданную мной «Апертуру». Мана вращалась по часовой стрелке в воздухе, превращаясь в зеркало, через которое я мог наблюдать за несколькими иллюзорными подпространствами.

Глава Галуа сказал, что навыки или талант мало влияют на их шансы на успех.

Но это было не совсем так.

В мире не было ни одной области, не затронутой влиянием таланта или навыков. Часто те, кто был полон таланта, также были теми, кто усерднее всех работал, обгоняя всех остальных.

Даже сам акт преодоления своих пределов зависел от таланта.

Неудивительно, что кадеты «Симфонии» начали вырываться вперёд среди магов, в то время как кадеты «Лунной Тени» и «Чёрного Дракона» устремились вперёд на факультете Убийц.

Некоторые даже начали анализировать и работать над экзаменом, пока мы ещё объясняли его ранее. Эти кадеты быстро прикрепили иллюзии к отправной точке, чтобы сформировать древо. Их инстинкты были поразительно остры. В конце концов, конечная форма иллюзии действительно должна была быть древом.

Но они были не совсем правы — пока что.

Однако кое-что застало меня врасплох. Кое-что, чего я совершенно не ожидал.

"Хм..."

По правде говоря, я уже знал, кто выиграет этот экзамен. Очевидно, это должна была быть Грей.

Она была не только из дома Хабанеро, но и обладала ошеломляющим потенциалом, который был намеренно увеличен Адским Режимом, чтобы повысить сложность игры, облегчив ей моё убийство.

Эти качества должны были привести её к победе.

"И всё же… что, чёрт возьми, происходило?"

— Хм-м-м…

Элиза провела рукой по пространству под отправной точкой, и ранее пустой белый пол начал проваливаться, открывая форму древа.

— Хм? Это оно?..

Она почесала затылок и начала стирать ещё больше белого пространства вокруг себя, совершенно не догадываясь, какую безумную вещь она творила.

Элиза стирала фон иллюзии.

Проще говоря, это было похоже на то, как если бы кто-то копал землю вокруг дерева, чтобы обнажить его корни.

Это был сплав Искусства Иллюзий и Искусства Скрытности: гибридная техника, которую могли попытаться применить лишь те, кто достиг уровня Грандмастера — и прошёл через долгое и сложное слияние сил.

Комбинированная способность, Стирание.

Она действительно была вундеркиндом с безумным талантом. Более того, Элиза стирала не просто обычную иллюзию, а ту, что создал я.

— Хм, это правильно?.. Не знаю… — Пробормотала она.

Хоть и явно неуверенная, она продолжала безрассудно стирать пространство вокруг себя, раскрывая формы древа и его корней.

— О? Увеличилось.

Когда её счёт подскочил, Элиза хихикнула про себя.

Существовала иллюзорная таблица результатов, которую я использовал для отслеживания баллов кадетов. Каждый кадет мог видеть свой собственный счёт.

И к моему полному изумлению, Элиза в настоящее время занимала первое место.

——

1-е место: Элиза – 84

2-е место: Фархан – 26

3-е место: Грей – 21

——

Только тогда мне в голову пришла мысль.

"Может ли причина быть в этом?"

——

Элиза Чикош [2.8]

Грей Хабанеро [2.7]

——

Были ли невероятные достижения Элизы над Грей результатом этой ничтожной разницы в 0.1 балла их потенциала?

Кстати говоря, Грей всё ещё пыталась прикрепить различные иллюзии к отправной точке. Она застонала от разочарования.

— Да чтоб тебя… почему оно всё время ломается?..

Она вела себя сегодня довольно странно — взволнованно, не могла сосредоточиться.

В результате она портила задание, требовавшее ювелирной точности.

На самом деле, каждому кадету был назначен определённый участок общего «древа». Если Элиза отвечала за некоторые корни, то Грей работала над ветвями.

И всё же она продолжала пытаться прикрепить к отправной точке ствол.

Неудивительно, что у неё ничего не получалось.

Созданное мной иллюзорное подпространство отвергало любую иллюзию, которая не была правильным ответом, независимо от того, насколько впечатляюще она выглядела.

Дзинь—!

Вот почему иллюзии Грей так беспомощно рассыпались.

— Э-э?.. Что происходит? Ответ — «древо», и я сделала древо. Так почему же не работает?..

Ей нужно было быть утончённой. Утончённость была ключом.

Я начинал чувствовать лёгкое разочарование. Грей, знаменитая кадетка «Чёрного Дракона», показывала результаты гораздо хуже, чем ожидалось.

Но это была не единственная моя проблема.

— Хм. Ваш туз что-то медлит, не находите?

Глава кафедры Галуа подошёл ко мне с ухмылкой на губах.

— Большие сосуды дольше создаются. — Ровно ответил я.

— Эта фраза для гончарного дела, а не для текущей задачи.

Мы встретились взглядами, и между нами промелькнула искра соперничества. В этом не было неуважения, лишь груз давней вражды.

По правде говоря, мы вдвоём заключили пари ещё до начала экзамена.

Департамент Убийц против Департамента Магов…

Это был не просто вопрос гордости. Эти две кафедры всегда яростно соревновались, особенно в таких областях, как Искусство Иллюзий, Алхимия и общая магия.

Это соперничество и породило наше пари: победит та кафедра, чей кадет займёт наивысшее место по итогам экзамена.

— Наш дорогой Фархан уже набрал 35 балла. — Самодовольно сказал Галуа. — Он может быть высокомерен, но он, несомненно, гений, когда дело касается Искусства Иллюзий. Как там обстоят дела у вашей Грей?

Его таблица результатов показывала только рейтинг факультета Магов, так что он никак не мог знать.

Фархан, кстати — это имя того горластого четверокурсника из «Симфонии».

— …у неё 25 балла. — Тихо сказал я.

— Ого! У вас всё будет в порядке? Между ней и нашим Фарханом уже десять очков разницы.

— Посмотрим. Это ещё только начало.

— Я бы не был так уверен. То, что вы гений в Искусстве Иллюзий, не означает, что ваша кадетка тоже. Кроме того, Искусство Иллюзий традиционно является областью магов, знаете ли.

Я не ответил. Я также не сказал ему, что у Элизы уже 91 очко. И счёт рос — 92… 93…

Почему?

Потому что я всё ещё хотел выиграть пари с помощью Грей.

Она должна была победить во что бы то ни стало. Это должно было быть лёгкой задачей, особенно учитывая, что потенциал Фархана, вероятно, был не выше 2.3.

— Не забывайте о нашем пари. — Добавил Галуа с усмешкой. — Каждые десять очков разницы означают, что вы проведёте один дополнительный день в качестве моего ассистента. Помните?

Холодок пробежал по моей спине.

"Быть ассистентом… проклятая участь аспиранта."

Я абсолютно не мог снова через это пройти. Я должен был выиграть это пари.

— Не забывайте и о моей части сделки. — Парировал я, сохраняя спокойный голос. — Каждые десять очков разницы в мою пользу означают, что вы дадите мне один дополнительный эликсир.

Я снова сосредоточился на Грей.

— Ах, серьёзно… почему!..

К сожалению, она всё ещё была в полной растерянности.

Со временем разрыв между ней и другими кадетами становился всё больше.

Старик рядом со мной, как оказалось, был гораздо более незрелым, чем я ожидал от кого-то, кому под девяносто.

— Ти-хи-хи!

Даже его смех действовал мне на нервы.

И как только разница в счёте превысила сто очков, он притащил стул и плюхнулся рядом со мной.

— Что это? Уже сто очков разницы? Похоже, мне предстоит командовать гениальным ассистентом целых десять дней! Ти-хи-хи!

— Пожалуйста, уйдите, глава. — Пробормотал я.

— Невозможно! Я из тех людей, которые по своей природе не могут устоять перед интересными вещами! Ти-хи-хи!

Я терпел его поддразнивания почти 30 минут. Но в конце концов, я не выдержал.

— О, неужели? Полагаю, именно поэтому вы не смогли устоять перед чужой диссертацией 30 лет назад.

— …

Его ухмылка исчезла. Его взгляд заострился. Скандал с плагиатом — его больное место.

— По крайней мере, я не убиваю своих коллег-профессоров. — Парировал он.

— …!

Это ударило по моему больному месту. Хотя я снова и снова отрицал обвинение, люди просто не хотели оставлять «это» в покое.

Мы смотрели друг на друга в напряжённой тишине. Между нашими взглядами летели искры.

— Я его не убивал. — Сказал я.

— Я тоже не занимался плагиатом диссертации.

— Уверен, что занимались.

— Не занимался, сопляк.

— Посмотрим, кто в итоге победит.

— И тебе того же. Запомни хорошенько, я человек, который никогда не бросает слов на ветер.

— Хотя с диссертацией у вас не было проблем забрать слова обратно.

— Т-ты, щенок!..

Старик затрясся от ярости.

Это была временная победа, но наша битва умов ещё не закончилась.

Я снова обратил свой взор на иллюзорное подпространство.

Грей должна была справиться.

Она должна была.

"Только сокрушительная победа меня устроит."