Сегодня у Данте Хиакапо был суматошный день.

Всё началось с вызова от Иезекииля, декана факультета Магов.

Этот чистокровный маг королевских кровей особо ценил эффективность. Едва Данте приблизился к его кабинету, как Иезекииль с помощью [Телекинеза] распахнул дверь, снял с Данте плащ и выдвинул для него стул.

— Так ты завтра сопровождаешь Грей в Империю? — Спросил он.

— Да.

— Ясно, ты твёрдо решил уехать. Ты хоть знаешь, как сейчас дуется Крысиный Король?

Затем Иезекииль принялся рассказывать, как Шаман тем утром отказался от пончика, сославшись на отсутствие аппетита. Данте вспомнил его массивный двойной подбородок и, понимающе кивнув, осознал всю глубину трагедии.

Но он ничего не мог поделать с тем, что столетний старик впал в уныние.

— Кстати, не мог бы ты подготовить специальную лекцию на перерыве в следующем месяце? — Спросил Иезекииль.

— ...специальную лекцию?

«С чего бы декану лично вызывать кого-то, чтобы просто попросить о лекции?» — Подумал Данте, но быстро разгадал истинные намерения Иезекииля.

— Вы имеете в виду лекцию для преподавателей магии? — Уточнил он.

— Совершенно верно. В роли Каина.

— Я могу это сделать. Но захотят ли профессора магии посещать лекцию, которую проводит убийца?

Убийц заботят деньги.

Воинов — убеждения.

А магов — гордость.

— Так даже тебя беспокоят такие вещи. — Заметил Иезекииль.

— Я не намерен учить тех, кто не будет уважать мои лекции.

— ...это понятно.

Иезекииль усмехнулся, позабавленный тем, что столь молодой человек придерживается таких принципов и готов их отстаивать.

— Крупнейшим предателем среди Магов был завкафедрой изучения иллюзорной магии, Глуми. Из-за предательства этой дуры тридцать процентов профессоров иллюзорной магии покинули академию.

— ...

— Остались те, у кого, несмотря ни на что, ещё сохранилась преданность Хиаке и академии. Они могут быть гордецами, но их воля к обучению невредима.

Данте кивнул. Раз уж сам декан организовал это мероприятие, проблем возникнуть не должно.

Теперь ему оставалось лишь не спеша подготовить лекцию.

— Но всё же... — Иезекииль внезапно нахмурился. — Даже если ты создал себе вторую личность, то почему сделал её маленьким мальчиком?

Он говорил об образе Каина.

Данте ответил с непроницаемым лицом:

— Вы бы предпочли маленькую девочку?

— Нет! Дело не в поле, парень. Я говорю о том, не слишком ли он юн? Даже если ты метил в детский образ, зачем делать его беспомощным карапузом?

— Это проблема?

— Да.

— Объясните, в чём проблема, и я её исправлю.

— Он слишком милый.

— ...?

Вопреки нелепости его слов, выражение лица Иезекииля было строгим и серьёзным.

— Как кто-то настолько милый может быть Главным профессором?

Ошарашенный Данте тупо моргнул и ответил:

— ...я надену маску.

— Это было бы лучшим решением. Может, даже полностью закрытую. Если возможно, добавь её к иллюзии прямо сейчас.

— На то есть причина?

Иезекииль раздражённо махнул рукой.

— Возникло срочное дело. Честно говоря, это и есть настоящая причина, по которой я тебя вызвал.

— Срочное дело?

— Через пару часов в Девятую Зону прибудут профессора Искусства Иллюзий из Империи, чтобы повесить огромное украшение на Священное Древо. От имени Империи.

Глаза Данте расширились.

Это была грандиозная новость.

Уже сейчас маги-иллюзионисты и убийцы из разных стран украшали Древо Каина сверхмасштабными иллюзиями.

Среди наиболее известных имён была Гюль-Гюль, претендент и практик Искусства Иллюзий из Королевства Хитахита. Она разместила большой символ «∞», национальную звезду Хитахиты, прямо в центре Древа Каина. И впрямь, Королевство Хитахита поклонялось «Вечной Звезде ∞».

Её символ стал горячей темой в онлайн-сообществах всех наций.

——

< Ого, это реально Гюль-Гюль сделала ту Вечную Звезду? Масштаб её иллюзии просто на другом уровне... >

< Сияние, размер... это просто жесть. Похоже, она особенно постаралась для этой иллюзии. >

< Гюль-Гюль ← живая легенда. Пропала на годы, а потом вернулась, чтобы сделать это, лол >

< ЛОЛ, реакция просто умора. Куча народу из Герцогства Хоранче в бешенстве. >

└ Почему?

└ Потому что национальная звезда Хоранче — тоже Вечная Звезда, лол. Они говорят, что могут сделать больше.

——

И действительно, на следующий день явился маг-иллюзионист из Хоранче и разместил на древе символ Вечной Звезды чуть большего размера.

——

< Они реально припёрлись ради этого, лол >

< И он больше, АХАХАХАХА >

< Гюль-Гюль уделали! >

——

Но что больше всего заботит магов?

Их гордость.

Несколько дней спустя Гюль-Гюль вернулась и...

——

< АХАХА, Гюль-Гюль закрыла своим символом символ Хоранче >

< БОЖЕ, ЭТО УМОРА! Пойду за попкорном, буду смотреть на эту битву, АХАХАХАХА >

——

В конце концов, на одной стороне древа висело тринадцать символов «Вечной Звезды ∞», пока их всех не стёр главный профессор Каин, оставив лишь два.

(К вашему сведению, победителем стала Гюль-Гюль.)

Пока на древо добавлялись все эти украшения, ни один практик Искусства Иллюзий из Империи не принимал в этом участия. Причины были политическими.

В конце концов, древо было мемориалом.

При зашкаливающей напряжённости между Хиакой и Кройцем, если бы Империя оказала предпочтение одной стороне, ответная реакция другой была бы колоссальной.

Континент был в основном разделён на два союза: южный блок во главе с Хиакой и северный блок во главе с Кройцем. Империя же пыталась угодить обеим сторонам.

— ...Имперские профессора прибыли для участия? Что именно происходит? — Спросил Данте.

— Профессора из Имперской Академии Хаттенграй заранее объявили, что приезжают в роли туристов. Оставляя в стороне международный конфликт, они проявляют живой интерес к Каину.

Иезекииль кивком указал на Данте.

— ...полагаю, они хотят увидеть моё лицо. — Заметил Данте.

— Вероятнее всего. Так что сегодня я пойду с тобой. — Сказал Иезекииль.

Данте кивнул.

— Понял.

Даже если он и не был наследником престола, член королевской семьи оставался членом королевской семьи.

Сопровождение Иезекииля было бы весьма обнадёживающим.

⋮

Затем Данте посетил собрание старших профессоров и преподавателей.

Пока шли обсуждения работы факультета, Данте, которому было нечего сказать и который не питал особого интереса к происходящему, просто сидел с отсутствующим выражением лица.

Он лениво размышлял о дизайне маски для Каина, когда в комнату внезапно кто-то вошёл.

— Прошу прощения за вторжение, но у меня срочное сообщение для профессора Данте. Позволите?

Это был сэр Чон-ру, пожилой рыцарь-хранитель принцессы.

— Выяснили? — Спросил Данте.

Теперь, когда они работали вместе, Ребекка дала Данте право использовать имя королевской семьи. И он воспользовался этой привилегией, чтобы разузнать детали расписания «Вестника Ассасина» и их планы на фотосессию с Грей.

И результат был поразительным.

— Вы были правы, Хиакапо. Я подтвердил это.

Пока окружающие профессора обменивались настороженными взглядами, Чон-ру сбросил настоящую бомбу.

— Я слышал, что на фотосессии с «Вестником Ассасина» также будет присутствовать девушка из престижного дома иллюзионистов Кройца.

Данте кивнул, услышав информацию. Она совпадала с поддельным будущим, показанным ему [Звездой-Шпиона │ㅅㅇ)].

Но остальные отреагировали совсем иначе.

— Простите? Что вы только что сказали?

— Что всё это значит, сэр Чон-ру?!

Чон-ру стиснул зубы и объяснил:

— Ровно то, что я сказал, профессора. Была ли это идея «Вестника Ассасина» или Кройца, но, похоже, один из кадетов Кройца присоединится к фотосессии и интервью с Грей для ежемесячного журнала.

Если бы Данте не использовал имя королевской семьи при наведении справок, Империя — и «Вестник Ассасина» — действовали бы по плану, ни о чём не беспокоясь. Таков уж был стиль работы Империи.

Старшие профессора разразились гневом.

— Что за идиотская ситуация?!

— Эти ублюдки из «Вестника Ассасина» совсем с ума сошли!

— Они прекрасно знают, в каком положении находится Хиака, и всё равно хотят поместить нашего кадета на обложку с кадетом из Кройца?

— Как можно быть настолько неуважительными лишь потому, что за их спиной стоит Империя? Это безумие!

Профессора бушевали, их голоса становились всё громче, пока они изливали своё возмущение — и их можно было понять.

Ещё совсем недавно Хиака и Кройц размахивали клинками и угрожали жизням друг друга.

Но на протяжении всей этой суматохи профессор Данте сидел спокойно.

В глазах Данте «Вестник Ассасина» был движим деньгами — одержим повышением продаж.

Нынешние отношения Хиаки и Кройца были самым сенсационным и зрелищным конфликтом в мире.

Две нации вели войну исключительно руками убийц, при этом официально отрицая свою ответственность за взаимные теракты.

Таким образом, они всё ещё могли с гордостью появляться на публике, поскольку ни одна из сторон официально не была вовлечена в конфликт.

Все знали, что происходит, но никто этого не признавал.

И теперь «Вестник Ассасина» пользовался этой щекотливой ситуацией.

Выбрав для обложки своего ежемесячного выпуска элитных иллюзионистов-ровесников из обеих стран, они поставили всех в положение, когда ни одна из сторон не могла отказаться от сделки под благовидным предлогом. В конце концов, технически страны не находились в состоянии войны.

А любопытство публики, желающей стать свидетелем их напряжения, гарантировало рекордные продажи.

— Как вы думаете, нам стоит продолжать фотосессию? — Спросил один из старших профессоров.

Данте кивнул.

— Я считаю, мы обязаны.

По комнате пронеслись вздохи.

— П-профессор Данте!

— А что, если они устроят какую-нибудь ловушку?!

— Мы не можем доверять Империи! Особенно если в этом замешан Кройц!..

Данте снова кивнул, его лицо оставалось спокойным.

— Я полностью понимаю ваш гнев. Но мы должны ехать. Полагаю, администрация со мной согласится.

Этим профессорам придётся к такому привыкнуть. Именно так и работал «Тотализатор».

Все возможности, за которые стоило ухватиться, находились в Империи, но и все правила устанавливала тоже Империя.

Другими словами, Империя являлась казином.

А все остальные были вынуждены играть по созданным ею правилам, пытаясь хоть как-то увеличить свои фишки.

И даже если однажды это казино сгорит дотла, до этого времени было ещё далеко.

Когда собрание закончилось и Данте вышел, к нему подошёл Чон-ру.

— Откуда вы об этом узнали?

— ...я случайно наткнулся на информацию, когда расследовал кое-что другое.

— ...

В глазах старика промелькнуло недоверие.

— Хорошо, пусть будет так. Но слушайте сюда, профессор Данте. Если с принцессой что-нибудь случится... если хоть один волос упадёт с её головы, клянусь — я вас никогда не прощу.

Рыцарь-хранитель вынес своё предупреждение, поскольку принцесса завтра тоже принимала участие в поездке в Империю.

Данте встретил его взгляд, мгновение помолчал, а затем ответил:

— Вы очень преданы принцессе, сэр Чон-ру.

— Что это за заявление? Разумеется. Я отдам за неё жизнь. Таков долг рыцаря-хранителя.

Данте Хиакапо улыбнулся — улыбкой, в которой нельзя было прочесть ни единой мысли.

— ...это обнадёживает.

На этом их разговор закончился.

***

— Почти время.

— Верно.

Профессора Искусства Иллюзий из Имперской Академии нервно сглотнули, ожидая кого-то.

Они были Грандмастерами, входящими в топ-999 мирового рейтинга. Они пользовались высочайшим уважением, куда бы ни отправились на континенте.

И всё же сегодня они ждали профессора из маленького королевства.

— ...а, вот и они.

К ним приближалась группа людей.

Знаменитый архимаг Хиаки, Иезекииль, шёл к ним с небольшой свитой.

Но в центре этой группы находилась фигура, казавшаяся совершенно неуместной — ребёнок в нелепой маске слона, ковыляющий на коротеньких ножках.

И всё же было что-то странное в том, как толпа сгрудилась вокруг этого ребёнка.

— Неужели?..

Неужели главный профессор Каин — этот маленький ребёнок?

— Не могу поверить.

— Я тоже.

До сих пор ходили слухи, что Древо Каина было создано кем-то другим.

В конце концов, казалось маловероятным, что такой вундеркинд мог появиться из существующего кадрового резерва Хиаки.

Простая публика могла и не знать, но эти профессора иллюзорной магии понимали одну критически важную истину:

Это древо не могло быть создано одним лишь мастерством.

Если бы дело было в компетенции и навыках, то Агион, «Сияющее Созвездие ⁺₊⋆», уже создал бы несколько таких деревьев.

Но он этого не сделал.

В имперской системе классификации подобные творения относились к категории Ваятельного Искусства Иллюзий, и это было сродни созданию произведения искусства.

Чтобы достичь чего-то подобного масштаба, требовалось не только мощное вдохновение, но и способность выдержать боль, накопленную со временем, — боль, собранную в самые тёмные моменты жизни художника-иллюзиониста.

Без этого, даже если бы кто-то другой использовал те же формулы и схемы, Ваятельное Искусство Иллюзий не сработало бы должным образом.

Оно либо вообще не проявилось бы, либо появилось бы частично — выглядело бы ослепительно, но вскоре рухнуло и рассыпалось в прах, как только его истинная природа вышла бы наружу.

Вот почему они сомневались.

Мог ли ребёнок действительно создать эту грандиозную иллюзию?

— ...что ж, скоро мы всё узнаем.

Имперские профессора собирались начать своё тихое расследование.

Кто же такой на самом деле главный профессор Каин?

Насколько экстраординарны его способности?

Были ли какие-либо из его известных подвигов преувеличены — или откровенно сфабрикованы?

— Наш долг — точно выяснить правду.

— Мне так сказали в администрации нашей академии. Но почему? — Спросил один из профессоров своего коллегу.

— Причина проста. — Коллега сделал паузу, а затем произнёс сурово. — Потому что Его Императорскому Величеству любопытно.