Я стоял у двери, слушая музыку в наушниках и глядя сквозь окно поезда на ярко-синее небо и проплывающие мимо кучево-дождевые облака. «Ao to Natsu» от Mrs. GREEN APPLE – даже такой циник, как я, порой выбирает прямолинейную песню о юности вроде этой.

Вовсе не из-за того, что… два дня назад, когда я предложил Джунне встретиться после школы, она резко отказалась, сказав: «Сегодня я иду гулять с ребятами из класса», и я расстроился, но потом получил от неё радостное сообщение… и теперь моё сердце бешено колотилось от предвкушения сегодняшней встречи, или чтобы я как-то особенно разволновался и понёсся вскачь – ничего подобного.

В голове зазвенел звук ветряного колокольчика, и в кармане завибрировал телефон.

JUN: Извини, похоже, я немного опоздаю!

Сигурэ: Это редкость. Ладно.

Едва я отправил ответ, поезд прибыл на нашу станцию, и двери открылись. Меня окутала волна жары, а в нос ударил запах раскалённого бетона.

Запах Токийского лета.

— Жарко...

«Линия Токю Тёко, станция Нака-Мэгуро. Возможно, я впервые в жизни выхожу здесь. Говорят, в этом районе живёт множество знаменитостей, и прямо над станцией возвышается сорокапятиэтажное небоскрёбное здание, с высоты взирающее на простых смертных. Интересно, живёт ли она там?» – размышлял я, спускаясь по лестнице и направляясь вперёд.

Стоило пройти через турникеты и я оказался в тени под эстакадой железнодорожных путей – почему-то это напомнило мне Джунну, и я невольно усмехнулся. Место встречи находилось перед стильным книжным магазином со стеклянными стенами.

Я снял наушники и уже собирался отправить сообщение «Я на месте», как вдруг услышал:

— И-извини за опоздание!

Я поднял взгляд от телефона и…

— О. Я только что… – начал я, но осёкся.

— Сигурэ?..

Передо мной стояла прекрасная девушка в белой блузке с пышными рукавами и сиреневой расклешённой юбке. На ногах у неё были стильные сандалии, а ногти покрашены в сине-фиолетовый оттенок. Эта изящная девушка, больше похожая на настоящую аристократку, подняла на меня взгляд и спросила:

— Ты… злишься, что я опоздала?

— Н-нет, – ответил я прекрасной девушке – Джунне, почёсывая щёку. — Я не злюсь. Всё же до назначенного времени ещё пять минут. Просто удивился, потому что ты одета… не так, как я ожидал.

— Значит, странно?..

— Ни в коем случае, тебе очень идёт.

В прошлый раз она выглядела скорее мальчишески, а теперь была куда женственнее. Панковского духа почти не осталось, но этот образ ей отлично подходил.

— Ты покрасила ногти.

— Ага. Только на летние каникулы. Цвет такой же, как у моего внутреннего цвета – гортензии вне сезона.

— Красиво. Другого от Джунны и не ждёшь.

— М-м… – она улыбнулась и заёрзала, а затем внимательно оглядела меня и сказала: – Ты тоже, Сигурэ... На тебе супер-дупер-пупер круто смотрится!

На мне была бледно-голубая футболка и джинсовые джоггеры индиго-синего оттенка. На ногах – любимые белые кроссовки, через плечо – чёрная сумка-сакош.

— Ты же фанат Aerosmith, верно?

— Stan Smith. Редко слышу от тебя отсылки к западной музыке… А что вообще слушаешь?

— Nirvana, Radiohead, Nine Inch Nails. Мне нравятся Курт Кобейн, Том Йорк и Трент Резнор.

— Понятно. Западный аналог депрессивного рока, да?

— М-м… теперь, когда ты так сказал, наверное, да. Я об этом особо не задумывалась.

Под тусклой тенью эстакады, в незнакомом районе, мы вели привычную беседу. Это было странно умиротворяюще и спокойно. Даже тёплый ветерок, пропитанный запахом выхлопных газов, казался приятным.

— Всё же Нака-Мэгуро… Ты живёшь в хорошем месте. Арендная плата, наверное, немалая?

— Ага, но агентство покрывает часть расходов, да и транспортная доступность отличная. Сэнсэй тоже живёт неподалёку.

— Правда?

Как и следовало ожидать от бывшей вокалистки супер популярной группы. Было бы неудивительно, если бы Акаги жила в том самом небоскрёбе, но теперь она всего лишь школьная медсестра, так что, скорее всего, нет.

— …Да ладно. В любом случае, пойдём. Жарко.

Джунна пошла вперёд и раскрыла зонт.

— Но ведь солнечно… Зачем тебе зонт?

— Это солнцезащитный зонт.

Зонт, который раскрыла Джунна, был того же сине-фиолетового оттенка, что и её дождевой, но чуть светлее и с кружевной вышивкой по краям. Он идеально сочетался с её нарядом, и, держа его, она выглядела точь-в-точь как кукла. Её наряд был настолько эффектным, что даже местные жители, привыкшие видеть знаменитостей, не могли не оборачиваться.

— Хочешь зайти под зонт?

— Нет-нет…

— Да ладно тебе.

— Делить один зонт – это как-то…

— Заходи.

— Это приказ?..

Так, перебрасываясь шутками, будто комедийный дуэт, мы двинулись к месту назначения.

Сегодня, вскоре после начала летних каникул, должно было состояться «домашнее свидание», о котором попросила Джунна.

☂

JUN: Хочу, чтобы ты пришёл и приготовил для меня что-нибудь!

Вот так звучала просьба Джунны. Поскольку это было обещание исполнить одно желание – любое, без исключений, – единственный допустимый ответ был «да».

Однако лично я, готовившийся к чему-то «ещё более потрясающему», честно говоря, подумал: «И это всё?..»

Тем не менее, это был визит к ней домой. В дом девушки, что живёт одна.

Из-за этого почти не спал прошлой ночью. Зевая, я шёл рядом с Джунной, пока мы проходили через автоматические двери.

Холодный воздух принёс знакомый аромат. Аромат, который я люблю так же сильно, как и запах книжного магазина: запах супермаркета.

— Сигурэ... Ты уже решил, что будешь покупать?

— Да, – ответил я ей, держащей корзину. — Попробуй угадать, что я буду готовить, глядя на ингредиенты, которые мы купили.

Я начал искать продукты из списка.

Первым делом – капуста.

— Имбирная свинина.

— Не могла бы ты не угадывать с первой же секунды?..

Я вздохнул и взял имбирь. Свежий, сезонный имбирь.

— Ну… – пробормотала Джунна, — капуста значит нашинкованная, а нашинкованная капуста – значит имбирная свинина… Я думала, тебе нравятся необычные вещи, Сигурэ, но твоя кухня такая классическая.

— Тебе не нравится?..

— Нет, нравится.

— Вот и отлично. Я люблю брать классику и добавлять в неё немного изюминки.

Я начал складывать ингредиенты: ростки сои, мёга, листья сисо, ростки редьки, лук…

— Свиная грудинка?

— Корейка или обрезки тоже подошли бы, но на этот раз – именно она.

Я положил тонко нарезанную свиную грудинку в корзину, которую держала Джунна, и мы покинули отдел свежих продуктов.

— У тебя есть все основные приправы?

— Да. Иногда ко мне приходит кто-то и готовит…

— Сэнсэй Акаги? Какая она добрая.

— Не упоминай имена других женщин во время нашего свидания.

— Это совершенно несправедливо в данном контексте!

— Миледи… жена? Покупки вдвоём – мы словно женатая пара. Как будто живём вместе.

— Ну, есть такое.

— Какой-то вялый ответ. Плюс десять тысяч очков депрессии.

— Цифры становятся нелепыми. И к тому же давно не вспоминали про эти очки.

Я отвёл взгляд, делая вид, что ищу что-то на полках. Хотелось бы, чтобы она не говорила так откровенно о том, что «мы как женатая пара» или «живём вместе».

— Хмф...

Джунна нарочито громко фыркнула и резко зашагала вперёд. Я схватил банку кукурузы и поспешил за ней.

— Эй, подожди! Не уноси корзину!

— Ещё это.

Там, где она остановилась, Джунна взяла синюю зубную щётку.

— Для тебя, Сигурэ.

— Мы что, правда теперь живём вместе?!

— После еды же нужно почистить зубы, верно?

— Ну, да…

— А вторая вещь, необходимая для совместной жизни…

— Не беги вперёд паровоза. Мы же не собираемся сейчас съезжаться.

— Сейчас? Хм-м…

— Ч-что такое?..

— Минус двадцать тысяч очков депрессии.

— Говорю же, твои эмоциональные качели слишком резкие.

Пока вели этот разговор, нам удалось собрать всё необходимое. Однако Джунна уже некоторое время нервно бродила по магазину, оглядываясь по сторонам.

— Ищешь что-то конкретное?

Я спросил, и она обернулась. С совершенно серьёзным выражением лица Джунна ответила:

— Презервативы.

— Ты… Что?!..

В этот самый момент мимо нас прошла молодая пара, вероятно, студентов.

Парень с удивлением посмотрел на Джунну, а девушка хихикнула, будто говоря: «Ох уж эти школьники…»

Лицо Джунны покраснело до самых ушей.

— Я-я-я-я-я просто шутила! – громко выпалила она так, чтобы пара услышала, и, опустив голову, быстро направилась к кассе. Я смотрел, как её юбка до колен колыхается, а фигура удаляется вдаль, и подумал:

«Проиграла на собственном поле боя…»

Я горько усмехнулся и кивнул в ответ паре, которая всё ещё оглядывалась на нас.

☂

— Весной здесь прекрасно цветут сакуры.

После покупок в супермаркете мы шли бок о бок вдоль реки Мэгуро. Пышные зелёные листья сакур над нашими головами колыхались на ветру, неся с собой аромат глубокой зелени.

— Давай обязательно прийдём сюда, когда зацветут сакуры, ладно, Сигурэ?

— До этого далековато…

Я поправил хватку на ручке пакета с продуктами, он казался вдвое легче, чем должен быть, и ответил:

— Но, конечно, почему бы и нет.

— М-м… Это обещание. Договорились.

— Ты заглядываешь слишком далеко вперёд!

— И на всякий случай я даже записала это как доказательство.

— Шутишь, верно?..

Джунна не ответила, вместо этого запев себе под нос. Фоновым хором звенели цикады.

Слушая мелодию, которая, возможно, однажды станет песней YOHILA, я начал задумываться, какими мы станем к следующей весне… но тут же остановился.

Это казалось слишком далёким. Ощущение было такое, будто меня затягивает в бескрайнее синее небо, раскинувшееся за колышущейся зеленью деревьев.

Мы, неспособные летать, делаем всё возможное лишь для того, чтобы идти по твёрдой земле настоящего.

О чём это мы?..

— До моего дома от станции ещё немного идти.

Впервые в своей жизни я был так взволнован из-за будущего, которое вот-вот наступит. Из-за первого в моей жизни важного события: посещения дома девушки.

— О-ох… Правда?

Пот выступил на моих ладонях.

— Угу, – кивнула Джунна и тоже поправила хватку на ручке с другой стороны пакета. — На велосипеде, наверное, было бы удобнее, но тогда я не смогу слушать музыку.

— Верно.

— И дождевик в дождливые дни тоже не люблю носить.

— Да уж…

Джунна бросила на меня косой взгляд:

— Сигурэ? Ты какой-то рассеянный… Тебе жарко? Если да, я раскрою зонт…

— Нет, всё в порядке. Просто немного не выспался...

Зонт Джунны был закрыт, ведь я отказался делить его с ней. Тем не менее, она уточнила:

— Хм… Ты не спал прошлой ночью? Переживаешь из-за первого раза?

— Ты имеешь в виду первый раз, когда я войду в дом девушки?

— Первый раз, когда ты войдёшь в девушку.

— От жары у тебя мозги закипели?! Твои пошлые шутки сегодня заходят слишком далеко!

Идти вдвоём, держа пакет между нами, было довольно неловко. Я пытался нести его сам, но Джунна упрямо настаивала.

В итоге получилось, будто мы держались за руки, зажав между ними пакет.

Джунна посмотрела вниз на содержимое пакета, где поверх всего лежала синяя зубная щётка, и сказала:

— Эй, а может, нам всё-таки купить презервативы? В каком-нибудь магазине у дома или ещё где…

— Чёрт, да заканчивай уже!

Меня это уже достало, но когда тема поднималась столь откровенно, это, наоборот, убивало настроение и снимало напряжение. К тому времени, как мы перешли синий мост через реку, прошли сквозь зелёный тоннель деревьев и вошли в жилой район, я полностью пришёл в себя.

— Сигурэ, у тебя всё лицо покраснело…

— Да-да, просто жарко. Давай включишь кондиционер, как только мы зайдём к тебе.

— Он уже включён, осталось только внести тебя внутрь.

— Меня – в дом. Внести меня. Да-да.

— Хватит повторять «да-да».

— Перестану, как только ты прекратишь шутить.

— …Не могу. Умру.

— Ты что, тунец, которому нужно плыть, чтобы дышать…

— Не могу быть пассивной, понимаешь? Наверное, я даже довольно активная.

— Да-да.

— Я же сказала: хватит «да-да»!

— Если хочешь, чтобы я перестал, перестань пошло шутить.

— Да-да.

— Не повторяй за мной «да-да»!

Я продолжал ловко парировать поток мёртво-серьёзных шуток Джунны.

«Причина, по которой она сегодня разговорчивее обычного, скорее всего, заключалась в том, что она нервничала не меньше меня…» – с нежной улыбкой подумал я.

☂

Перед нами стояло аккуратное пятиэтажное здание. Фасад из неоштукатуренного бетона придавал ему отчётливый свежепостроенный дизайнерский вид.

Комната Джунны находилась в угловой квартире на верхнем этаже. Мы поднялись на лифте, прошли по внутреннему коридору с изящным плиточным полом в стиле мозаики и остановились перед дверью, больше похожей на гостиничную.

— Проходи.

— О-ох… Извини за вторжение…

Держа пакет из супермаркета, я робко переступил порог. В нос ударил цветочный аромат освежителя воздуха. Слева от входа была дверь, а вперёд уходил короткий Г-образный коридор.

— Гостиная слева, а кухня и ванная – в глубине справа.

— …Понял. Пока что я просто уберу купленные продукты в холодильник, ладно?

Мельком взглянув на подставку для зонтов, где покоился сине-фиолетовый зонт, я снял обувь и зашёл внутрь.

На полу лежал коврик с Героппи. Действительно, всё здесь очень напоминало дом Джунны.

— Рабочее место немного тесновато, но потерпи, пожалуйста.

— Ничего страшного, здесь две конфорки.

На кухне стояла индукционная плита. Она оказалась компактнее, чем я ожидал, но, полагаю, для однокомнатной квартиры это нормально. Я начал раскладывать продукты по новенькому чёрному холодильнику.

— Откуда здесь столько энергетиков?..

— Купила слишком много, когда готовилась к экзамену.

— Не пей их слишком много, ладно? Вредно для здоровья.

— Не говори как учитель…

Мы купили не так уж много, поэтому я быстро всё разложил.

— Ладно, теперь нужно проверить приправы и кухонную утварь. Я сейчас открою, хорошо? – объявил я и, когда начал рыться в кухонных шкафчиках, Джунна окликнула меня.

Она стояла у двери за кухонной стойкой, в одной руке держа синюю зубную щётку, а другой касаясь дверной ручки.

— Сигурэ.

— Да?

— Я пойду приму душ.

— Ага.

Душ?..

— Используй любые приправы и приборы, которые тебе нужны…

— Подожди, подожди!

— Хм?..

— Не «хм», почему ты идёшь под душ?

— Потому что вспотела.

Лицо Джунны выглядело совершенно спокойным. Она вовсе не казалась вспотевшей.

— Это потому, что ты не дал мне использовать зонт, Сигурэ.

— Ты могла просто использовать его сама.

— Ладно, тогда я оставлю тебя…

— Эй, подожди! Не ухо…

Хлоп! Щёлк!

Джунна сбежала. Звук захлопнувшейся двери и щелчок замка.

Оставшись совсем один, я почесал затылок вытянутой рукой и проворчал:

— Только потому, что это твой дом, ты делаешь всё, что хочешь…

— Сигурэ.

Джунна заговорила со стороны двери. Я услышал шуршание одежды.

— Хочешь со мной? Если да, я открою…

— Ни за что на свете!

Я крикнул и включил вытяжной вентилятор. Затем, чтобы сосредоточиться на готовке, вытащил из сумки-сакош фартук.

☂

Надев потрёпанный фартук (с аппликацией, пришитой моей сестрой), я встал у плиты.

На разделочной доске, положенной поперёк раковины, я ловко занимался приготовлением еды.

Аккуратно избегая кочерыжки, нашинковал лишь мягкие наружные листья капусты тонкой соломкой. Замочил их в холодной воде, чтобы сделать хрустящими, затем добавил мелко нарезанную мёгу, листья сисо и ростки редьки. После того как слил воду и убрал салат в холодильник, гарнир был готов.

Пока я тонко резал лук, вода в кастрюле закипела, и я бросил туда крупно нарезанную кочерыжку капусты. Бульон был простым – обычный «широ-даши»*. Я не заморачиваюсь с самостоятельным приготовлением бульона, но такова уж кухня парня, привыкшего ко всему простому и надёжному.

В наушниках, вставленных в уши, случайным образом играла музыка из плейлиста.

Внезапно один из наушников выдернули.

До меня донёсся сильный запах мыла. Джунна без спроса поделилась моим наушником:

— «Kanpeki na Niwa» от People In The Box… Класс, мне нравится.

Не надо так просто говорить «мне нравится».

Я перестал резать имбирь и спросил:

— Это твоя домашняя одежда?..

Джунна, закончив душ, сменила выходной наряд на более повседневный – сине-фиолетовый худи. На голову был накинут капюшон с торчащими глазами.

— Ага, моя любимая пижама с Героппи. Ква-ква.

«Боже, ну и милота!» – я с новой силой занялся нарезкой имбиря.

Её влажные, только что вымытые волосы, выбивающиеся из-под капюшона, слегка порозовевшая кожа и пухленькие ляжки, выглядывающие из-под подола, были чересчур соблазнительны.

— Кстати, под ним…

— Шорты, верно? Я и так вижу, не нужно показывать. Не показывай мне.

— Хмф...

Половину имбиря я мелко порубил, а другую половину натёр на тёрке. Пока я сосредоточенно занимался этим, Джунна надула губки. Она убрала руку с подола худи и, заглядывая сбоку так, будто пытаясь закрыть мне обзор, сказала:

— Кстати… Я сегодня без макияжа.

Я не мог нормально работать, пока Джунна так стояла рядом.

— Как тебе?.. – спросила она.

Я отвёл глаза от её пристального взгляда и ответил:

— М-миленько… да.

— Посмотри на меня нормально.

Меня отчитали, и я снова посмотрел на неё.

Кожа по-прежнему была прекрасной – гладкой и слегка розоватой.

Аромат шампуня и кондиционера, исходящий от неё, угрожал растопить мой разум, но я всё же выдавил из себя:

— Ты и без макияжа крайне милая.

— Подробнее.

— Честно говоря, я особо не вижу разницы... Если уж на то пошло, сейчас ты выглядишь немного моложе. Мне кажется, макияж подходит к тому наряду, что был на тебе раньше, а отсутствие макияжа – к тому, что на тебе сейчас. Так что в итоге ты милая в любом случае… Довольна? Ты такая требовательная.

— !..

Лицо Джунны покраснело, а её сжатые губки задрожали, будто она сдерживала что-то внутри.

В тот самый момент, когда я подумал: «Ой, сейчас лопнет!» – Джунна опустила голову и отвела лицо в сторону.

Она обмахивала раскрасневшиеся щёки рукой, пытаясь охладиться, и прошептала еле слышно:

— Д-довольна…

Кастрюля закипела и начала переливаться через край.

— ?!

Я поспешно снял её с индукционной плиты и выключил питание.

— О-ой, вот это было близко…

Что-то внутри меня тоже вот-вот должно было прорваться и переполниться.

— И-извини, я увлеклась.

Джунна извинилась передо мной, пока я вытирал пролитое полотенцем, стараясь не обжечься. Я вздохнул и вернул кастрюлю на место.

— Вообще… Ха-а… Ладно, раз ты извиняешься, всё в порядке. Я сейчас готовлю, так что, пожалуйста, держи себя в руках. Особенно когда я работаю с огнём и ножом.

Пока плита остывала, я начал резать свиную грудинку. Сердце колотилось, и музыка, играющая в случайном порядке в одном ухе, сменилась.

«Mariage» от Bungei Tengoku…

Джунна, до этого смотревшая в пол, подняла голову%

— Сигурэ…

Она подняла телефон, и её объектив вместе с глазами блеснули.

— Можно сфотографировать тебя в фартуке?.. И снять видео, как ты готовишь?

— Да уж, вины-то ты совсем не чувствуешь.

☂

Я принёс готовые блюда в гостиную и поставил их, всё ещё на деревянных подносах в стиле кафе, поверх салфеток. На столе стоял полный сервиз на двоих – от рисовых пиал до подставок для палочек.

— Купила на всякий случай, если вдруг такое случится, – сказала Джунна, сидя на стуле за обеденным столом в гостиной размером примерно в восемь татами** и просматривая только что сделанные фотографии и видео. — Комплект. Выбирала из списка популярных свадебных подарков.

— …Я забыл проверить, есть ли у тебя посуда на двоих, так что это очень помогло. Удачная покупка.

Я проигнорировал упоминание о свадебных подарках и сел на стул напротив неё.

Джунна подняла телефон.

— Выглядит вкусно.

Сделав быстрый снимок еды, она направила камеру на меня:

— Сигурэ, сделай для меня «молодожёнское» лицо.

— Какое ещё «молодожёнское» лицо?..

Пока я смотрел на неё с раздражением, она сделала серию снимков. Зачем она использует режим серийной съёмки?

— М-м... Спасибо.

Пока я наливал мугитя в стакан Джунны, спросил:

— Эй, а почему ты снова переоделась?

— Я не переодевалась, просто сняла худи.

Она, теперь в простой футболке, ответила, положив телефон на стол. Это было уже её третье перевоплощение. Неужели планирует все семь?***

— Когда я сидела напротив тебя за столом, почувствовала, как поднимается температура тела и стало жарко…

— Не обязательно снимать, можно просто приподнять. Температуру кондиционера можно… Ай!

Пока я пытался уйти от темы, она пнула меня под столом по голени.

Джунна уставилась на меня:

— Дорогой, что у нас сегодня в меню?

— Имбирная свинина, нашинкованная капуста со смесью трав и мисо-суп с кукурузой и маслом, – ответил я, наливая себе мугитя.

И стаканы тоже были из одного комплекта. Когда они были пустыми, этого не было видно, но как только я налил чай, на поверхности каждого появилась надпись: «Жена ♡» и «Муж ♡».

«Я не стану комментировать это».

— Добавив сезонные травы в капусту, я сделал её более освежающей, чтобы не надоедала.

— Дорогой?

— Я выбрал свиную грудинку, потому что её насыщенность отлично сочетается с этим гарниром. Также добавил майонез и доубаньцзян для смены вкуса. Если не любишь острое, можешь попробовать смешать их.

— Дорогой…

— Мисо-суп с кукурузой и маслом – именно то, чем кажется: мисо-суп с кукурузой и сливочным маслом. Он насыщенный и вкусный. Лучше всего зимой, но и летом неплох.

— Эй, дорогой...

— Хватит меня так называть.

Я больше не выдержал и резко ответил. Глаза Джунны сузились, и на лице появилось довольное выражение.

— Сигурэ... Тебе неловко?

— Мне не неловко.

— Врун. Когда ты говоришь «мне не неловко», обычно именно неловко.

— Давай есть, еда остывает...

— О, теперь сбегаешь.

— Приятного аппетита.

— …Приятного аппетита.

Мы сложили ладони вместе и взяли палочки. Я наблюдал за Джунной.

Она поднесла пиалу к губам и сделала глоток мисо-супа.

Затем её обычно бесстрастное лицо озарила мягкая улыбка:

— Вкусно.

Следующий укус. На этот раз она положила в рот ростки сои, капусту и тофу и сказала, смакуя:

— Т-так вкусно…

Я невольно тоже улыбнулся.

Хотя ещё не попробовал мисо-суп, в груди разлилось тёплое чувство.

Мы сделали третий укус одновременно.

— Да. Вкусно получилось, если самому себе позволить так сказать. Я добавил жир от обжаренной свинины, и это действительно углубило вкус.

— На вкус как счастье...

Прошептав это, Джунна начала напевать мелодию того «счастья», которое она сейчас чувствовала.

Сладкая мелодия, и время за ней текло незаметно.

— Имбирная свинина тоже вкусная, отлично сочетается с гарниром.

— Рад слышать.

— Как ты и я, Сигурэ.

— …Ага.

Стрелки часов двигались вперёд, пока мы повторяли цикл: ели, разговаривали, напевали.

И в то же время, уверен, двигались и наши отношения.

Я молился, чтобы их будущее было… наполнено такими днями.

— Сигурэ? Ты задумался, что это с тобой?

— Нет, ничего...

Я двинул палочками, которые незаметно остановились до этого, и вернул взгляд к столу.

В совпадающих стаканах, где от напитка остались лишь следы, и на поверхности виднелись только символы «♡», тающий лёд звонко постукивал, издавая прохладный, чистый звук.

☂

Шик-шик-шик-шик.

Я водил зубной щёткой перед зеркалом. Новая щётка ещё была жёсткой.

Шик-шик-шик-шик.

Рядом со мной Джунна в домашней одежде так же водила своей сине-фиолетовой зубной щёткой. То, что даже её мелкие повседневные вещи были выдержаны в оттенках гортензии, говорило о её сильном чувстве стиля.

— …

Пока мы чистили зубы, наши глаза встретились в зеркале.

Оба были бесстрастны. Мне показалось, что проиграю, если первым отведу взгляд, и это превратилось в своего рода соревнование.

Шик-шик-шик-шик-шик.

— !..

Первой не выдержала Джунна.

Её глаза сузились, лицо расплылось в улыбке, и она выплюнула белую пену, скопившуюся во рту.

Она вернула слегка прополосканную щётку на подставку и, набрав воды из такого же сине-фиолетового стаканчика, прополоскала рот.

— …

Джунна не спешила сплёвывать и, продолжая полоскать, смотрела на меня в зеркало.

Её щёки надувались и сдувались, поочерёдно с каждой стороны. Вид был настолько забавным, что я не удержался и тоже выплюнул пену.

В тот самый миг Джунна поднесла лицо рядом с моим над раковиной и, издав «пф», смыла мою пену водой, которую только что выплюнула. Затем она вытерла мокрый рот рукой и...

— М-м.

Протянула мне стаканчик, в котором ещё оставалось несколько глотков воды, пока я полоскал щётку.

— Спасибо.

Я поставил свою щётку на подставку и прополоскал рот водой из стаканчика, который она мне дала.

Когда я поднёс стакан к губам, перед глазами мелькнуло воспоминание о том инциденте в бургерной во время учёбы, и я на миг замер… но так как не мог определить, где именно Джунна держала стакан губами, решил не заморачиваться и выплюнул вместе с водой и слабое смущение, расцветшее в груди.

— Сигурэ…

Джунна окликнула меня, пока я вытирал рот платком из заднего кармана. Я попытался предугадать, что она скажет дальше.

«Правда похоже, будто мы живём вместе».

«Мы снова (косвенно) поцеловались…»

«Можно одолжить этот платок?»

— Что на ужин?..

— Но мы только что обедали, не?!

Её вопрос оказался совершенно неожиданным.

Я покачал головой, убирая платок.

— К сожалению, я ещё не думал о меню на ужин.

Я использовал все купленные продукты за один раз. Планировал меню, исходя из того, что ей будет неудобно с остатками, ведь она сама не готовит.

— Э-э-э-эх, – надулась Джунна. — Ты слишком наивен, Сигурэ. Когда идёшь к девушке домой, ночёвка – естественное развитие событий. А значит, нам понадобится ужин… Так что давай снова сходим за покупками, ладно?

— Я исполняю только одно желание.

Твёрдо произнёс это и отвернулся от раковины, где стояли рядом синяя и сине-фиолетовая зубные щётки.

Я пошёл на кухню и начал мыть посуду за нас обоих.

Джунна последовала за мной и встала рядом, взяв чистое полотенце.

— Н-ну, это правда, но… Ты разве не хочешь остаться на ночь, Сигурэ?

— …Я не-не-не-не-не-не-не-не против.

— Слишком много отрицаний. Значит, «хочешь»? Какой обходной способ выразиться. Ты такой милый, Сигурэ.

— Я не так глубоко об этом думал, и не считай так точно.

— Вот оно, «не». Тебе неловко?

— Я не-не-не-не-не-не не против.

— Теперь нечётное… Значит, «мне не неловко», но тебе совершенно точно неловко, правда, Сигурэ? Ты такой милый.

— Хватит говорить «милый».

— Перестану, если ты останешься на ночь со мной.

— Тогда не надо переставать.

— Хмф…

Продолжая перепалку, я мыл посуду и передавал её Джунне. Она сразу же брала и ловко вытирала.

Будто делала это годами.

Отлаженная совместная работа.

После того как Джунна замолчала, мы некоторое время молчали, но мне это не мешало.

Звон посуды, журчание воды. Было странно, щекотно и приятно погружаться в эти повседневные звуки вместе с Джунной.

— Мне правда не хочется идти домой.

Эта мысль просто всплыла в голове.

— Милый, милый Сигурэ-сан... До скольки ты сегодня задержишься?

Спросила Джунна. Не знаю, почему она вдруг перешла на формальное обращение, но я ответил:

— Думаю, до четырёх-пяти вечера.

Я как раз закончил мыть всю посуду, когда...

— М-м, поняла. Тогда…

Джунна повесила мокрое полотенце на вешалку и спросила:

— Хочешь посмотреть, как работает JUN из YOHILA?

☂

«Меня полностью заманили в ловушку», – подумал я.

В задней части гостиной находилась раздвижная дверь-сёдзи. За ней, в комнате размером примерно в четыре с половиной татами, стояла кровать и рабочий стол.

— Это моя рабочая зона… и спальня.

Белые простыни, бледно-сиреневые наволочка и пододеяльник.

Сине-фиолетовые затемняющие шторы были задёрнуты, и бледный синевато-белый свет потолочного светильника освещал маленькую комнату.

— Удобно: как только устану, сразу могу лечь.

Говоря это, Джунна прошла вглубь комнаты. Сняв худи и переодевшись в футболку, она обнажила низ, и подол её шорт оказался явно короче обычного.

Это была спортивная одежда, известная как «дельфиньи шорты»: свободные, с разрезами по внешней стороне бёдер для удобства движений.

И это, конечно же, было опасно для моего психического здоровья.

Её бёдра, на две трети, а не наполовину обнажённые, были ядовиты для моих глаз.

— Сигурэ, ты же хочешь посмотреть, да? Заходи…

Даже если я пришёл к Джунне домой, я дал себе обещание никогда не ступать в её спальню.

И всё же, поддавшись на обаяние «приманки», повешенной передо мной, я с жадностью схватил её, даже не задумавшись…

Сглупил, ничего не скажешь.

— Закрой дверь.

— Не лучше ли оставить её открытой?..

— Я всегда закрываю, так что закрой. Если окружение меняется, я отвлекаюсь.

Джунна сказала это, включая компьютер и берясь за мышь.

— …Понял, – послушно ответил я и закрыл дверь в рабочую зону (и спальню).

Когда я обернулся, Джунна, стоявшая у стола, наклонилась вперёд, выставив попку в мою сторону.

Из-за большого офисного кресла её тело находилось под углом.

— Не могла бы ты сесть в кресло?..

Джунна бросила на меня взгляд.

— Куда смотришь? Изврат.

— Чё?!..

— Не на меня. Смотри сюда.

Джунна указала пальцем на стол и села. Я проглотил возражение и подошёл.

Как мне велели, я перевёл взгляд на стол.

Впервые в жизни видел рабочее место музыканта.

В центре стоял настольный компьютер, по бокам – массивные чёрные колонки. Устройство с рядом маленьких ручек, скорее всего, было аудиоинтерфейсом.

Клавиатура была расположена буквой «Г», под столом – усилитель и педалборд. По полу извивались многочисленные кабели, один из которых вёл к микрофону на стойке.

Вдоль стены стояли несколько гитар: знакомая электрогитара цвета морской волны, белая электрогитара и чёрная акустическая.

Совершенно иное волнение, нежели раньше, теперь прожигало моё сердце.

— Значит, здесь ты пишешь песни и записываешь их...

— Ага. Только демо, правда. – Джунна запустила какую-то программу. — Гитару записываю этим микрофоном… Есть ещё метод «лайн-записи», когда звуковой сигнал берётся напрямую, и качество тогда чище и стабильнее. Но так как YOHILA не играет живьём, я хочу, чтобы звук был максимально «сырым», похожим на живой звук группы, с минимумом цифрового ощущения. Поэтому даже для демо я в основном записываю через микрофон. Не думаю, что симулятор может полностью воспроизвести звук, атмосферу и амбиенс усилителя. Как будто в звуке нет крови.

Её слова сыпались одно за другим, типично для фаната. Некоторые моменты я не до конца понял, но пришёл вот к чему:

— Ты очень придирчива к этому.

— …Да. Мою любовь к музыке тоже нельзя назвать лёгкой.

Ответила она, не отрывая взгляда от экрана. Её серьёзный профиль вновь напомнил мне, что передо мной действительно JUN из YOHILA.

— Можно мне немного сосредоточиться?

Джунна взяла наушники, висевшие на крючке.

Они были проводными, не беспроводными, и другой марки. Наверное, для продакшена и для обычного прослушивания она использует разные наушники.

— Конечно, – кивнул я. — Просто считай меня воздухом и сосредоточься на работе.

— Воздухом… Конечно. В том смысле, что без него я умру, угу. Но если ты стоишь так близко, невозможно не замечать тебя.

Джунна сказала это небрежно.

— Садись на кровать.

— Хорошо.

Я снова послушно выполнил её указание и прошёл на другую сторону стола.

Не знаю почему, но чувствую себя жалким: так разволновался и вошёл в комнату, где спит Джунна. Так легко поддаться на приманку…

— …

Джунна, не обращая на меня внимания, сидела за компьютером.

Я смотрел на её сосредоточенную и искреннюю фигуру.

Не как на воздух, а как на произведение искусства.

Девушка, которая ещё мгновение назад казалась такой близкой, теперь чувствовалась невероятно далёкой.

☂

Примерно через час после начала работы Джунна потянулась с громким «М-м-м…»

Она сняла наушники, встала и начала делать лёгкую разминку.

Я, всё это время внимательно наблюдая за ней, даже не глядя на телефон, окликнул:

— Молодец… Знаешь, это как-то… Работа на удивление обыденная, да?

Я честно выразил своё впечатление. Джунна ответила, ничуть не обидевшись:

— Да. Я просто вырезала, вставляла и понемногу расставляла всё в DAW.

— DAW?

— Digital Audio Workstation****. Это программа для сочинения музыки на компьютере.

— Понял.

Со стороны казалось, будто она просто кликает мышкой перед компьютером.

Иногда она тянулась к MIDI-клавиатуре, но лишь слегка постукивала по ней, будто проверяя что-то, и сразу возвращалась к мыши. Это была чисто офисная работа.

— Похоже, это утомительно – всё время сидеть.

— Точно. Я так устала… Так что… – Джунна повернулась ко мне. — Массаж. – её глаза отражали свет комнаты и блестели. — Пожалуйста?..

— А?

У меня возникло дурное предчувствие с того самого момента, как она сказала «так что». Джунна подошла ко мне, пока я сидел на краю кровати. С бесстрастным выражением лица она пошевелила пальцами:

— Могу сделать сама, если хочешь. Прикоснусь к тебе и восстановлю энергию…

— Не-не-не-не-не, подожди! – со стеной за спиной мне некуда было деваться, и я выставил обе руки, чтобы остановить её. — Это как-то слишком неожиданно! Если устала, в холодильнике есть энергетики…

— Ты же сказал, что они «вредны», Сигурэ.

— Можешь просто лечь и отдохнуть…

— Нет. Ты забыл?

Джунна схватила обе мои руки и отвела в сторону, приблизившись. Сильный запах мыла напомнил мне о душе, и я задержал дыхание.

— Обещание.

— !..

Я вспомнил наш разговор перед экзаменом.

«Если сдам лучше, чем Куджиро, я получаю массаж».

«Я должен делать его?..»

«Всё равно. Я трогаю тебя или ты трогаешь меня».

«Точно».

Я совершенно забыл об этом, выполнив главное обещание – «выполнить одно желание, каким бы оно ни было», но осталось ещё кое-что.

Поднять этот вопрос именно сейчас… Ты слишком хитрий стратег, Амамори Джунна.

— Что будешь делать?

Её хватка на моих запястьях усилилась.

— Ты будешь делать массаж или получишь его?

Бежать было некуда – ни физически, ни морально. Обещание есть обещание.

— Сигурэ.

Я вновь всё переосмыслил.

Джунна действительно заманила меня в эту ловушку, и я полностью попался. Как хищник, поймавший добычу, Джунна усмехнулась.

— Выбирай.

☂

Делать массаж Джунне или получать массаж от Джунны. Столкнувшись с таким окончательным выбором, я решил…

— …Я в твоих руках.

Последнее – «получить массаж». Мне казалось, что быть тронутым будет менее разрушительно, чем трогать её самому. Услышав мой ответ, Джунна отпустила мои руки с «М-м».

— Ложись на живот.

— Может, сделаем это на диване?.. В гостиной.

— Нет. На кровати, на живот, – приказала она тоном, не терпящим возражений, и отодвинула одеяло к стене.

— Ладно, – сказал я и неохотно лёг на живот на кровать.

Матрас был мягким и пушистым, и пах сладко – не мылом и не духами.

— Можешь использовать подушку, если хочешь.

— Не надо...

Я положил голову на собственную руку и повернул щеку к стене.

Наши глаза встретились.

Мои и плюшевого Героппи цвета гортензии.

Он был довольно большим. Интересно, спит ли Джунна, обнимая его… Я тут же выгнал из головы начавший формироваться образ.

Кр-р…

Кровать скрипнула и прогнулась. Сразу после этого...

Шух.

Джунна приподняла подол моей футболки. И прежде чем я успел удивиться, она оседлала мою обнажённую поясницу.

Её прохладные голые бёдра коснулись меня и прижались. Так как наша кожа соприкасалась напрямую, я ощущал каждое прикосновение.

— Что?! Эй…

— Не-а, не двигайся.

Джунна похлопала мою ёрзающую спину, будто успокаивая, а затем погладила.

— Всё в порядке, я буду нежной…

Хотя прикосновения были через футболку, стимуляция была более чем достаточной. Я проклинал тонкость ткани – последствие летней одежды.

— Расслабься.

«Как, чёрт возьми, я могу расслабиться?!» – чуть не крикнул я, но сдержался. Почувствовал, как Джунна хихикает.

Количество рук, гладивших мою спину, увеличилось, и постепенно она начала надавливать.

— Я разомну тебя, – объявила она, и областью её воздействия стали плечи. Она надавила подушечками больших пальцев внутрь лопаток. Чтобы усилить давление, она сжала мою талию бёдрами.

— Приятно, Сигурэ?..

— М-м. Д-да…

— Отлично, мне тоже приятно.

— «Мне тоже»?.. Что за фраза? Только не говори, что снова записываешь это, чтобы потом использовать против ме… Ай!

Она надавила на точку на плече, будто выдалбливая её, и скрутила.

— За каждое возражение массаж будет сильнее.

— Э-эй, ты! Не надо делать, чт…

— …Н-н, фу… Мф-ф...

— Хватит издавать эти странные звуки, когда напрягаешься!

Чёрные бусинки глаз Героппи отражали мою кричащую фигуру.

Джунна продолжала массаж не только пальцами, но и ладонями, используя вес тела. Возможно, из-за неопытности её движения были немного неуклюжи, что было одновременно трогательно и приятно.

— Ты на самом деле довольно мускулистый, а? – пробормотала Джунна, разминая мой бицепс. — Хотя такой худой.

— Я же в спортивном клубе… – ответил я, уже наполовину засыпая от приятных ощущений, к которым привык. — Довольно много тренируюсь…

— М-м, ты же в клубе лёгкой атлетики.

Она массировала меня по порядку: от плеча к предплечью, от ладони к пальцам, и...

— Нижняя часть тела, наверное, ещё лучше.

Джунна тихо произнесла это.

Я почувствовал зловещий оттенок в её голосе и вырвался из оков сна.

— Джунна?..

— Меняю позицию. Буду массировать нижнюю часть…

В тот же миг вес на моей пояснице исчез, и её бёдра отстранились от моей кожи. Кровать скрипнула, и сладкий, застоявшийся воздух закружился.

Н-нх… ш-ш…

Моя спина с грохотом вдавилась в матрас.

Дыхание перехватило. Перед глазами мелькнули сине-фиолетовые ногти, и пара белых ног загородила вид на Героппи. Джунна, оседлавшая моё тело, развернулась на 180 градусов.

— ?!..

Плюшевая лягушка исчезла из поля зрения, и передо мной была только её кожа – от икр до ступней.

Эта позиция была плоха по многим причинам.

Её попа, до этого бывшая на моей пояснице, теперь оказалась на спине. Так как я лежал на животе, повернув голову набок, её голые ноги оказались прямо перед моими глазами.

— Э-эй! Джунна...

— Ах.

Я инстинктивно поднял голову, чтобы оглянуться, в тот же момент, когда Джунна издала лёгкий вскрик.

Дверь в комнату была открыта, и там стояла женщина.

— Вы двое…

Летний красный трикотаж без рукавов, чёрные рваные джинсы. Маски на ней не было. Акаги в уличной одежде улыбалась, уголки её губ, подкрашенных красной помадой, были приподняты.

— Не обращайте на меня внимания.

Она опустила светлые солнцезащитные очки, которые до этого держала пальцем у лица.

— Продолжайте...

— Поняла, сэнсэй.

— Не понимай! Нет, хватит! Хватит!

За словами Акаги последовали ответ Джунны и мой возглас.

* * *

*прим. редактора: Широ-даши – белый бульон даши, который готовится на основе рыбного бульона (например, кацуобуси или комбу) с добавлением белого соевого соуса, мирина и сахара. Главное его отличие от обычного даши - он не придаёт блюдам цвет, что делает его идеальным для прозрачных супов и блюд, где важен светлый оттенок. Ну да, загуглил, ачё?)))))

**прим. редактора: 12,4 квадратных метра или тип того.

***прим. редактора: 7 перевоплощений, вероятно, отсылают к 7 богам удачи: Эбису (бог рыбаков и торговцев), Дайкокутен (бог богатства и земледелия), Бисямонтэн (бог воинов, богатства и процветания), Бэндзайтэн (богиня искусств, мудрости и удачи на море), Хотэй (бог сострадания и счастья), Фукурокудзю (бог долголетия и мудрости) и Дзюродзин (бог долголетия).

****прим. переводчика: Цифровая звуковая рабочая станция (англ. digital audio workstation, DAW) – электронная или компьютерная система, предназначенная для записи, хранения, редактирования и воспроизведения цифрового звука.