[ — Привет. Как продвигается работа?]

Я вернулась домой раньше обычного и сидела за столом, когда мне позвонил мой менеджер, Котегава-сан. Я перевела звонок на громкую связь и ответила.

— Неплохо.

[ — И что это значит?]

— Музыка... почти готова.

[ — Хм. Значит, остались только слова. В таком случае, похоже, ты успеешь в срок.]

Котегава-сан говорила с облегчением в голосе.

Котегава-сан, ставшая моим новым менеджером после смены лейбла, – подруга Акаги-сэнсэя. Она – женщина со спокойной, истинно взрослой манерой поведения. Её речь мягкая, что резко контрастирует с Акаги-сэнсэем.

— ...Да, наверное...

[ — «Наверное»? Ты только что сказала «наверное» еле слышным голосом?]

Но временами она давила на меня вот так, и это было пугающе. Неудивительно, что они с Акаги-сэнсэем хорошие друзья. Обе обладают сильной, устрашающей аурой.

[ — Ну, небольшая задержка не проблема.]

Пока я сжималась от её тона, Котегава-сан тут же смягчилась.

[ — Пожалуйста, создай то, чем будешь полностью довольна, JUN-сан. Всё-таки это твой первый сингл на мейджоре. Давай выложимся по полной, хорошо? Как будто врежем кулаком в солнечное сплетение – БАМ! Мы ворвёмся на музыкальную сцену!]

— Д-да...

Эта женщина... определённо была сорванцом в прошлом. Внешне она кажется спокойной, но её темперамент даже яростнее, чем у Акаги-сэнсэя. Я замечаю это, когда слушаю её игру.

[ — Потому что мы... проиграли.]

Голос Котегавы-сан окрасился меланхолией.

Воздух будто натянулся, как струна, готовая лопнуть, и я невольно затаила дыхание.

[ — Когда мы перешли с инди на мейджор, мы радикально изменили стиль музыки, чтобы соответствовать ожиданиям и требованиям окружающих. В итоге мы хорошо продавались, но... нет, именно потому, что мы хорошо продавались, искажение, рождённое тогда, в конце концов разорвало нашу связь и разрушило нас.]

Ё, Котегава Ё-сан – бывшая гитаристка ENDY. После распада группы три года назад она оставила карьеру музыканта и основала небольшое музыкальное агентство.

Я не знаю, какие причины или обстоятельства к этому привели. Понятия не имею. Но..

[ — Я не хочу, чтобы такое случилось с YOHILA и с тобой.]

Её чувства звучали громко и чётко. Её чистые, неискажённые чувства к группе YOHILA, ко мне и к музыке.

Поэтому я и решила принять их... Руки Котегавы-сан и Акаги-сэнсэя.

[ — Тебе не нужно думать о том, что сейчас в тренде, или что популярно, или чего хочет рынок... забудь об этом. Как я уже говорила тебе не раз, даже если ты на мейджоре, тебе не нужно подстраиваться под толпу... Всё, что нужно тебе, JUN-сан, – оставаться YOHILA, таким, какой ты всегда была, и делать то, что хочешь делать.]

— ...Да. Спасибо.

Котегава-сан высоко ценит музыку YOHILA и уважает её.

Нежелание насильно менять мой музыкальный стиль было и моим собственным условием при переходе на новый лейбл, так что проблем быть не должно.

Я хочу в это верить.

— Ха-а…

Закончив разговор с Котегавой-сан, я глубоко вздохнула.

Белый лист бумаги.

На нём не было написано ни единого слова.