— Как насчёт того, чтобы просто перестать зацикливаться на этом?

Мои наушники внезапно сняли с головы и унесли прочь.

Я, сидящая на диване в гостиной, обхватив колени и громко слушая «Zettai Korosu Man» группы Hysteric Panic, бросила на сэнсэя укоризненный взгляд снизу вверх.

— И если уж слушаешь музыку дома, пользуйся колонками, а не наушниками, ладно? Это вредно для ушей. Квартира звукоизолированная, так что...

— Сэнсэй, – перебила я её наставления, разомкнув упрямые губы. — Вы что, особый персонаж, который появляется каждый раз, как только у меня с Сигурэ возникает хоть какой-то интимный момент, исключительно затем, чтобы всё испортить?

— Я ведь не хотела мешать, знаешь ли…

У сэнсэя есть запасной ключ от моей квартиры. Не поставить цепочку на дверь было ошибкой, оплошностью. Но всё же! Если бы вы увидели обувь в прихожей, сразу бы поняли, что в моей комнате кто-то (он) есть, и развернулись бы прямо там, верно?

— Просто не смогла сдержать любопытства… ну, сама понимаешь.

— Вы идиотка, сэнсэй. Я вас ненавижу.

— Ох, бедняжка…

Сэнсэй вздохнула и пожала плечами. Без маски даже такое простое движение выглядело безупречно, как со страниц глянцевого журнала, – и это было несправедливо. Просто нечестно.

Даже угольно-серый фартук, который она носила поверх повседневной одежды, казался будто сошедшим с обложки модного фотосета.

Что-то вроде: «Её стильная кухня обладает нежным вкусом».

— Я заготовила тебе гарниры на целую неделю. Обязательно всё съешь, хорошо?

— М-м…

Причина, по которой сэнсэй пришла ко мне домой, заключалась в том, чтобы приготовить еду.

Блюда, которые она заранее сделала у себя дома, и блюда, приготовленные прямо на моей кухне. Это была замена моему бенто на время летних каникул.

…Думаю, сэнсэй слишком меня балует, но это не отменяет её преступления – заставить его уйти домой посреди нашего свидания.

— Спасибо…

Я спрятала лицо между коленями и пробормотала слова благодарности.

— А?.. – сэнсэй приложила ладонь к уху. — Это что, проклятие в мой адрес?

— Да.

— Хе-хе, ну что ж, это должно помочь тебе в написании песен.

Даже мои ядовитые слова не действуют на сэнсэя. Именно поэтому я могу говорить их без колебаний, но я всё же думаю, что это нехорошо. Действительно думаю. Да-да.

— Запись на следующей неделе, – сказала мне сэнсэй, пока я продолжала угрюмо сидеть, и протянула конфискованные наушники.

— Хочешь пригласить Куримото?

— Я слышала, туда нельзя никому, кто не причастен к процессу...

— Он вполне «причастен», разве нет?

Она обернулась ко мне, когда я подняла на неё взгляд, и уголки её губ изогнулись в лукавой улыбке.

— Даже если это запрещено, стоит мне замолвить словечко – и правила можно немного подогнуть. Можешь пригласить друга или двух, кого пожелаешь.

— Сэнсэй…

Мои тёмные, мутные глаза вспыхнули.

— Я вас люблю.

— Ох, бедняжка…