Дверь закрылась с мягким щелчком, на мгновение приглушив гул разговоров снаружи. Кейдж наконец остался один, но это не продлится долго.

Он устало потер лицо, поглаживая щетину на подбородке, которую не потрудился сбрить утром.

Ему хотелось снова принять душ, выпить крепкий напиток и съесть что-нибудь сытное. Он мечтал оказаться подальше от репортеров, жаждущих его внимания. Кейджу нестерпимо хотелось услышать от кого-нибудь, что его время драгоценно и что не стоит раболепствовать перед другими, чтобы заставить их писать о себе.

Его менеджер называл это «быть в тонусе», но для актера это стало его личным адом.

Раздался стук в дверь, и вошел ассистент с планшетом в руке и выжидающим выражением лица.

– Готов продолжать? – Спросил он с легкой улыбкой, которая всегда раздражала Кейджа.

– Дай мне пару минут, – простонал он, разминая мышцы и потянувшись за стаканом, чтобы выпить немного воды. От всех этих разговоров у него пересохло в горле.

– Хорошо. Мы подождем пять минут, – сказал помощник, прежде чем выйти и закрыть за собой дверь.

Кейдж достал свой мобильный и открыл приложение, надеясь расслабиться и найти облегчение от всех этих ищущих его внимания репортеров.

Как всегда Ринтен не разочаровала.

Ринтен: Вертолет у тебя на быстром наборе? А тренер? Мистер Лысый Дохреналлиардер, просто удочери меня. Я бы с удовольствием стала твоей наследницей. Дай угадаю: ты из города Н. улетаешь в закат на собственном вертолете?

Он усмехнулся.

Во всей вселенной был лишь один человек, который высмеял бы его, назвав безволосым уродцем и все равно попросив бы удочерить ее.

– Ринтен, милая Ринтен. Что мне с тобой делать?

Словно получив глоток свежего воздуха от ее комментария, он убрал мобильник в карман и подозвал своего помощника.

– Я готов, – весело сказал он, что вызвало удивление у ассистента. Он повернулся, что-то пробормотав, и разрешил женщине зайти.

Прекрасно.

– Я представляю журнал Cougardom.

Помощник молча одарил женщину натянутой улыбкой. Кейдж сдержал вздох и задался вопросом, как он переживет тридцать минут разговора с репортером журнала для взрослых дамочек, вздыхающих по нему. Какие каверзные вопросы может задать ему этот репортер?

«С нетерпением жду этого», – саркастически подумал он, затем встал, вытирая ладони об обтянутые джинсами бедра, прежде чем протянуть руку в знак приветствия.

Журналистка сделала шаг вперед. Ему кажется или эта женщина вела себя с ним слишком дружелюбно? Он уже давно привык к фальшивым улыбкам и не самым скромным взглядам, но не мог не почувствовать, как по спине пробежал холодок от двусмысленной улыбки этой дамочки.

– Кейдж. Приятно познакомиться. Пожалуйста, присаживайтесь, – вежливо предложил он, махнув рукой.

Как и все предыдущие встречи сегодня, эта тоже началась с обмена любезностями. Он мысленно продолжал желать выпить чего-нибудь очень крепкого.

Актер мог бы ограничиться рукопожатием и непринужденной беседой, однако ему на самом деле не нравилось постоянно быть настороже в ожидании каверзных вопросов. Корреспонденты из журналов с подобными названиями любили заставать звезд врасплох. Они легко могли в любой момент спросить нечто такое, что заставило бы его подавиться напитком, едой или даже собственной слюной. Они точно умеют заставать его врасплох.

На женщине были слишком высокие каблуки. Надув губы, она одаривала его еле заметными намеками, ну или по крайней мере она думала так. Он видел, как она «рассеянно» посасывала кончик ручки, и Кейджу захотелось бросить в нее эту самую ручку или что-нибудь потяжелее, чтобы выразить свое недовольство подобным поведением.

На репортере был элегантный костюм, и она села, скрестив ноги так, чтобы показать их в наиболее выгодном ракурсе. Волосы были гладко зачесаны в идеальный пучок. С этой прической женщина выглядела привлекательно, даже несмотря на очки, и было понятно, что она готова действовать.

– Вы очень красивый мужчина, – репортер выдала комплимент и, не оставив возможности ответить, тут же продолжила, – вас дважды подряд называли самым сексуальным мужчиной в мире. Что вы думаете об этом?

Сколько же различных версий этого вопроса он уже слышал за сегодня? А на этой неделе? Кейдж практически ощутил щелчок, с которым его мозг переключился в режим автопилота. Он рекламировал свой новый фильм уже почти месяц, а премьера должна состояться через несколько дней. Так что актер едва ли мог придумать новый ответ на заезженные вопросы.

– Я удивлен, что меня считают привлекательным. Думаю, красота в глазах смотрящего и, как бы банально это ни звучало, мне кажется, люди просто считают меня таковым без особой на то причины. Кстати, мои родители хотели, чтобы вы знали, что в детстве я был гадким утенком, – сказал он, нервно посмеиваясь.

Актер не хотел показаться тщеславным, но на самом деле не понимал, что именно привлекало к нему так много поклонников. Он был благодарен, что его сочли настолько красивым, чтобы дважды включить в список самых привлекательных людей мира, но не видел в себе ничего особенного.

Интервью продолжалось, и репортер говорила об ожиданиях от фильма.

Как долго, по словам ассистента, будет продолжаться эта встреча? Тридцать минут? В какой-то момент все стало расплываться и превращаться в один большой кавардак. Кейдж точно знал, что еще пара секунд и женщина перейдет на личные вопросы. И ему придется вынести это.

– Читатели нашего журнала хотят узнать о вас больше, – начала она, и актер сразу понял, что сейчас произойдет. – Так что вы предпочитаете носить – семейники или трусы в обтяжку?

Кейдж замолчал, шокировано глядя на ее лицо. Это было действительно что-то новое – подобного вопроса он еще не слышал.

– Я ношу и то, и другое, но профессия требует, чтобы я выглядел презентабельно, – небрежно ответил Кейдж, стараясь скрыть легкое смущение, которое испытывал.

– Понятно,– сказала женщина, улыбнувшись.