— Ахи!

Ноги Кита подкосились и он упал.

— А, слегка с силой пламени переборщил.

Когда Бонни исчез, исчезла и тень, накрывавшая Винсента.

Перед такой мощью подчинённые Бонни тут же бросились к выходу.

Видя это, Винсент щёлкнул пальцами. Точно по сигналу беглецы загорелись. Через пару минут осталась лишь куча обгоревших трупов. Поднимавшийся чёрным дымом запах мертвечины достиг носа Кита. И мужчина жалко закричал.

— Обычно я не обращаю внимания на всякую шпану, но то, что делал ты, заслуживает лишь смерти.

Винсент остановился перед кричавшим мужчиной.

— Ахя-а-а! П-прошу! Жизнь! Сохрани жизнь! Я-я заплачу! Буду облизывать твою обувь!.. Только пощади!

Кит весь в слезах и соплях кланялся перед Винсентом.

— ... Эх. Ты такой жалкий, что даже убивать не хочется. Зло должно оставаться злом до конца, — вздохнул Винсент.

«Надо выглядеть ещё более жалким, если он посчитает глупостью идею убить меня, я спасён!»

Кит увидел лучик надежды в словах противника.

Он улёгся на живот, принял позу собаки и обоссался.

— Уф, уф. Пощади жалкого пса.

— Эх... Впервые вижу такое ничтожество... Никакого смысла тебя убивать...

«Ещё немного... Я справлюсь...»

Он выживет.

Так думал Кит, когда в его глазах отразился Винсент с «Дорогой жизни».

— Запомни, мразь. Единственное, что подходит для такого как ты — оставаться на дне мусорного бака и вечно бродить среди темноты и дерьма.

Когда он начал читать заклинание, на левой руке Винсента появилось зелёное пламя, а на правой — красное. Он свёл руки, и огонь соединился на правой руке. Цвета не перемешивались, они точно отталкивали друг друга.

— Эй. Знаешь, какая смерть самая мучительная? — Винсент спросил это так, будто хотел узнать время.

— А?

— Мучительнее всего, когда ты сгораешь. Было бы неплохо надышаться дымом и потерять сознание, но покуда возможность дышать есть, умирать ты будешь испытывая невообразимые страдания. Но сильная боль принесёт смерть, так что всё продлится недолго. Однако если сжигать, исцеляя, это уже будет настоящий ад, — Винсент оставался так же спокоен.

— Н-не может быть...

— Ты не стоишь того, чтобы убивать тебя, но и того, чтобы сохранить жизнь, тоже. Прочувствуй адскую боль и продолжай гореть десятилетиями, пока твоё время не выйдет.

Резкий взгляд Винсента пронзил противника.

«Пятая ступень, искусство слияния, вечное пламя».

Произнеся название заклинания, Винсент ударил правой рукой.

— Хи... А... А-а...

Кит кричал что-то невразумительное, продолжая гореть. Он должен был испытывать это, пока его время не подойдёт к концу. Было бы легче, если он сойдёт с ума, но «пятая ступень, искусство слияния, вечное пламя» этого не позволит. Тёмно-зелёное пламя восстановит его как физически, так и душевно. А алое так и будет пылать, пока его жизни не придёт конец. И противостояние двух начал так и будет причинять страдания Киту.

— И последнее... — пробормотал Винсент. — Я не следователь. Я отставник[✱]Вообще не знаю, зачем это. Он использует два слова на манер профессий the investigation и the resignation в английском, но японский вариант указывает на сферу деятельности..

Его слова растворились в крике Кита.

Винсент взял Алису и ушёл.

* * *

— У... М-м...

— О, Алиса, ты очнулась?

Открыв глаза, Алиса увидела курившего Винсента. Мужчина немедленно потушил сигарету.

Девочка поднялась и осмотрелась вокруг. На столе стояли бутылки от выпивки и полная пепельница. В книжном шкафу сложные книги, каких она никогда не видела.

— Это моя комната. Понимаю, что для девушки тут настоящий бардак, так что прости за это.

— ... А где отец? — тихим голосом спросила Алиса.

— Отец? Не знаю. Я нашёл тебя спящей на улице, ты могла простудиться, потому я принёс тебя сюда. Могу лишь сказать, что твой отец больше никогда не появится перед тобой.

Винсент закинул в рот жвачку.

Услышав это, Алиса пришла к пониманию.

— ... Вот как.

Винсент встал и подошёл к холодильнику.

— У меня нет напитков для ребёнка, вода устроит?

Алиса кивнула. И стала мило пить протянутую воду.

— Дядя... Ты меня... Спас?

— Спас? Не очень понимаю, о чём ты, — невнятно ответил он.

— ... Спасибо, — тихо поблагодарила девочка.

— Да я ничего особо и не делал.

— Нет... Я благодарю... За еду...

Винсент захлопал глазами.

— А, за еду. Да ничего особенного. В следующий раз накормлю чем-нибудь повкуснее.

Он улыбнулся и погладил Алису по голове. И девочка радостно улыбнулась в ответ.

— Я же сказал вчера, ты красавица, и тебе стоит чаще улыбаться. И тогда в будущем ты станешь прекрасной женщиной.

— Да... Я постараюсь...

— Ага. А я буду ждать!

Алиса снова поникла.

— ... Я осталась одна.

— ... А, по этому поводу... У меня есть друзья, которые не могут завести ребёнка, но очень хотят. Не хотела бы ты, чтобы они тебя удочерили? Конечно если не хочешь, можешь отказаться. Но я гарантирую, они хорошие люди.

Алиса о таком даже не мечтала.

— ... Спасибо.

— А-ага... Завтра тебя с ними познакомлю. Уже поздно, так что заночуешь у меня... — сказал Винсент, и в животе у девочки заурчало. Лицо Алисы сразу же покраснело.

— ...

Винсент почесал голову.

— ... Может сходим перекусить?

— Да... Я бы хотела вкусного мяса.

Винсент улыбнулся, когда услышал, чего хочет Алиса.

— Ха-ха! Тогда накормлю тебя самым хорошим мясом.

Вместе они покинули комнату Винсента и отправились в сияющий неоновыми огнями первый район.