По иронии судьбы, рядом с изящной музыкальной шкатулкой была выставлена тощая мужская кисть, оканчивающаяся ровным срезом на запястье. Сей экспонат стоял на полке и с набухшими венами, оплетающими тыльную сторону руки, изображал собой странную фигуру. Вся пятерня была сжата в кулак, но, как только Алиса начинала двигаться, кисть подрагивала пальцами под стать движениям девушки.

Алиса, подойдя поближе к шкатулке, чтобы рассмотреть ее, от изумления отшатнулась назад, заметив, наконец, сжатую в кулак руку, лишенную владельца.

- Ой!

Кошка, которой минуту назад на полу не было, резко вскрикнула, поджав под себя хвост:

- Мяу!

Потянувшись, она почесалась лапкой за ушком и, пожалев свой пораненный хвостик, подбежала к Алисе.

- Ай!

На голой лодыжке, видневшейся над туфлей, кошка оставила обидчице царапины.

Сожалея о том, что сделала животному больно, Алиса увидела, как хвостатая вздыбила шерсть, стреляя настороженным взглядом в незваную гостью.

- Прости меня, милая. Ты удивилась?

Кошка недоуменно наклонила голову в ответ на извинения девушки и с гордым видом зашагала прочь.

Алиса слегка улыбнулась этой ее выходке. Но улыбка длилась лишь секунду. Ушей девушки достиг пронзительный крик, вспоровший тишину лавки:

- Эй, там посетитель! Ты чем, клуша, там занимаешься, что гостей не встречаешь? Эта чертова кошка расцарапала нам посетителя! Демон тебя побери! Кончай прихорашиваться!

Крик этот шел от входной двери, которую несколько минут назад отворила Алиса, чтобы пройти в лавку. Более того, источником вопля была дверная ручка, с искаженным от крика человеческим лицом.

Впрочем, Алиса знала, кем, а точнее, чем приходилась эта крикунья.

Это был магический предмет, состоявший из деревянного основания и прикрепленного к нему медного изваяния в виде человеческого лица. Инструмент этот, обычно остававшийся неподвижным, использовался при домах, чтобы извещать хозяев о приходе гостей либо сторожить жилище и вопить, как сирена, в случае, если в дом пытаются прорваться воры.

Издалека послышался нервный голос, владелец которого наверняка успел услышать рев дверной ручки:

- Да знаю я, знаю. Замолчи уже.

Из-за длинного блестящего занавеса показалась женщина с распущенными волосами. Вид у нее был измученный. Грубоватое смуглое лицо, на котором сохранились отпечатки бессонных ночей, обладало странной способностью вселять в окружающих усталость.

Вошедшая натолкнулась взглядом на неловко стоящую Алису и, протерев глаза, деловито улыбнулась.

- Добро пожаловать? Что вас привело сюда?

Алиса достала из сумки кожаный дневник.

- Я думаю, что это магический инструмент, но мне бы хотелось его оценить.

- О! Это как раз-таки моя специальность. Никто не знает о прощупывающей магии больше, чем я. Недаром же меня называли Кабилла-нежные-пальчики! Ха-ха-ха!

Напряжение Алисы спало при виде широкой улыбки хозяйки лавки.

От гордости почесывая нос, Кабилла приняла дневник из рук своей посетительницы.

Сначала женщина, пристально осмотрев книжицу, поднесла ее к носу. Впечатлившись соблазнительным запахом кожи, волшебница даже запрокинула голову от удовольствия и, окутавшись сияющей дымкой, тихим голосом прочитала заклинание:

- Покажи мне свою сущность.

Синий свет вырвался из рук Кабиллы, обвился вокруг дневника и просочился под обложку. Дневник раскрылся. Голубая магия, выскальзывающая из-под пальцев женщины, прощупывала каждую страничку.

В воздухе плавали полупрозрачные буквы. Так как созданы они были с помощью волшебного дневника, то и читать их могли только волшебники.

Алиса стояла неподвижно, наблюдая за магией Кабиллы.

Прочитав все буквы, что повисли в воздухе, волшебница захлопнула дневник. Как только обложка вернулась на свое прежнее место, голубая энергия возвратилась в руки Кабиллы.

Женщина откашлялась и, улыбнувшись, сказала Алисе:

- Отлично! Во-первых, никаких проклятий или чего-то наподобие тут нет, можете быть уверены. Думаю, здесь использовано несколько видов магий, переплетенных между собой, но с оценкой сложностей не возникло. Слишком долго объяснять, так что сразу перейду к результатам. Это дневник обмена.

- Что-что?

- Ну, это то, чем дети часто увлекаются в юности. Чтобы вести дневник обмена вместе со своими друзьями, используется специальная магия. Условие вызова – имя. И только те, чье имя вписано, могут прочитать записи друг друга. Возможно, где-то существует и другой дневник, похожий на этот. Здесь есть магия, соединяющая две книги, так что, если вы напишите что-то в своем дневнике, содержание вашей записи появится в другом.

- О…

Неужели вчера кто-то писал в дневнике с такой же магией? Но тогда почему он указал одиннадцатый год королевского правления? Ошибся датой?

Кабилла, взглянув на Алису, погрузившуюся в размышления, откашлялась.

Когда девушка очнулась от собственных мыслей и посмотрела на волшебницу, та продолжила объяснение:

- В глазах остальных это просто чистые страницы, на которых ничего не написано. Дотошные детишки используют еще кое-какую магию, чтобы сделать дневник похожим на обычную книгу. Только старайтесь не попадаться на глаза родителям, притворившись читающей старый талмудище «33 способа стать прекрасным волшебником». Ну, естественно, подобное со мной никогда не происходило.

Очевидно, Кабилла говорила о себе. Она хулиганисто рассмеялась. Эта игривая улыбка полностью изменила впечатление от женщины. Следы усталости никуда не делись, но вот цвет лица уже не выглядел таким темным.

- На самом деле, магия тут очень хитро сплетена, всех тонкостей мне не удалось прочитать с помощью простого прощупывания. Здесь уже понадобятся формулы посложнее… Но не волнуйтесь, проклятия тут нет.

- Ясно, какое облегчение.

- Но откуда у вас этот дневник? Вам его подарили? О, просто, волшебная формула, которая используется в нем, немного устарела. Ну, не то чтобы совсем... Она была популярна, когда я училась в Академии. Ха-ха, она существует уже примерно десяток лет. Приятно встретить ее спустя столько времени, так как я сейчас использую уже что-то более современное.

«Так это магическая формула десятилетней давности».

Переварив новую информацию, Алиса на секунду забеспокоилась, как же ей ответить на вопрос волшебницы, но затем лучезарно улыбнулась:

- Он мне достался чисто случайно. Вы сказали ранее, что если я напишу что-нибудь в этом дневнике, то запись, если дневник с чем-то связан, появится где-то еще?

- Именно!

- Значит, мою запись увидят люди, владеющие дневником с той же магией?

- Ага-ага.

- А могут ли эти люди находиться в другой временной эпохе. Например, с интервалом в несколько лет…

- Что? – удивилась Кабилла. – Магия времени – это магия очень высокого уровня, и не каждому она по зубам. Сама формула невероятно сложна и требует четкого понимания, поэтому середнячок ее не потянет. Какой сумасшедший, пройдя все круги ада, станет вкладывать такую сложную магию в дневник обмена? Такая магия вообще незаконна. Если использовать ее без разрешения государства, можно схлопотать тюремный срок. – Состроив решительное выражение лица, волшебница покачала головой: - Это невозможно, просто невозможно.

- Ой. – Алиса вспомнила дату, которую видела вчера в дневнике. Одиннадцатый год королевского правления.

Если это была та же династия, то описанное в дневнике происходило одиннадцать лет назад, если не больше.

«Может, просто перепутали дату?»

Но человеком, оставившим запись, если судить по ее содержанию, был кто-то, имеющий право наследовать трон. А еще, вероятно, он был биологическим ребенком короля.

«Он написал, что не хочет становится правителем после своего отца».

Но нынешний король еще даже не женат. И законных детей у него, естественно, нет.

Если в записи разнился только год, а не временная эпоха, то, получается, написавший ее проживал не в этом королевстве.

«Только вот волшебный дневник, который вел член королевской семьи из другой страны, нашелся в нашей читальне».

Не сказать, что это вообще не может случиться – дневник иностранного принца в читальне абсолютно другой страны, но процент такой вероятности о-о-о-чень маленький.

Алиса решила, что все то, что она увидела вчера в дневнике, - неправда. Уж слишком это походило на сюжет одного романа, когда-то ею читаемого. Должно быть, запись оставили просто ради забавы.

Разложив таким образом все свои мысли по полочкам, Алиса кивнула:

- Все понятно.

Услышав это, Кабилла удовлетворенно улыбнулась и вернула девушке дневник.

- Хотите более глубокого анализа?

- Нет, спасибо.

- Хорошо, тогда если вам снова что-нибудь понадобится, приходите сюда!

Заплатив за оценку весьма демократичную цену, Алиса вышла из лавки в прекрасном настроении. Позади раздался оглушительный вопль дверной ручки, а затем и крик Кабиллы, пытающийся заткнуть горе-охранницу.

* * *

Вернувшись домой сразу после лавки волшебных инструментов, Алиса приняла освежающий душ и села за книгу, которую читала еще вчера.

Лицо девушки приняло сосредоточенный вид, будто бы она полностью погрузилась в чтение, но на самом деле она вспоминала ту информацию, что ей предоставили в лавке о дневнике.

Странно.

Обычно, когда Алиса отдавала все свое внимание чтению, она даже не могла слышать, что ей говорят другие люди, а уж думать о посторонних вещах, особенно о тех, насчет которых к ней придирались эти самые люди, - и подавно.

Но она никак не могла поверить, что вспомнила сейчас о дневнике. Поведение девушки стало необычным ровно с того момента, как она приютила потеряшку у себя.

Обыкновенно Алиса не утаскивала домой потерянные вещи, не носила их для оценки в лавку волшебных инструментов, не вспоминала о них во время драгоценного чтения, не закрывала книгу и не вынимала их из сумки.

- Что ты, черт возьми, такое?

Алиса пролистала дневник. Что же за секрет в нем таился?

Кабилла сказала, что магия в этом дневнике неопасна. «Никаких проклятий, можете быть уверены,» - вот ее слова. Однако, как ни странно, Алиса чувствовала себя одержимой этим дневником.

Девушка дошла до страницы, где содержались буквы.

<Пятнадцатое ноября, одиннадцатый год королевского правления>

Года разные, день тот же, а содержание не отличалось от вчерашнего.

- Не стоит заморачиваться над этим, так ведь?

Алиса решила, что самое время начать так думать.

Тут дневник мягко засветился, и на бумаге начали появляться расплывчатые буквы. Происходило все то же самое, что и вчера.

<Шестнадцатое ноября, одиннадцатый год королевского правления>

Алиса смотрела на страницу, затаив дыхание. Вскоре свет погас, и буквы приобрели более четкие очертания.

<Учитель, сравнивая мою домашнюю работу с работой Лотса, вздохнул и сказал, почему я не могу быть лучше своего младшего брата. Откуда мне знать? Я на год старше, но почему тогда во всем отстаю от Лотса? Мама смотрит на меня с жалостью. Меня не обнимают так же крепко, как раньше, и больше не хвалят. Каждый раз, когда мне делают выговор, няня начинает волноваться и плачет. Она смотрит на меня и приговаривает: «Бедный принц, бедный принц». Чувствую себя ужасно.>