Лиз заложила почти всё имущество, чтобы воплотить в жизнь план по добыче чёрного кристалла. Она продала и платья, и обувь, и украшения, а потому не могла нарядиться для бала. То же касается и Бреннана.

Семья Маккарти приняла предложение руки и сердца Дэррила Коуэна, и он, как полноправный жених Элизабет, имел полное право быть её партнёром на банкете в честь дня всех влюблённых. Если слухи правдивы и он действительно влюблён в неё, то не мог пропустить столь романтическое мероприятие.

Розовое платье доставили прямо в общежитие Академии Фитцсиммонс, но остатки совести не позволили Элизабет Маккарти продать свидетельство безответной любви Дэррила Коуэна.

И тут появилась Фатима. Я легко могла представить себе, как эта милая, но невероятно настойчивая служанка хватается за штанину Лиз.

— Я Ариэль, дочь виконта Далтон. А Лиз… точнее, мисс Маккарти — моя подруга. Я… кхм… позаимствовала у неё это платье.

На последних словах мой голос стал почти неслышным, потому что цвет лица Дэррила Коуэна стал нездоровым.

Я бы тоже расстроилась, если бы мой жених одолжил подаренную мной вещь кому-то другому. Нет, не просто расстроена, а невероятно зла. Тот, кто виноват в этом, и его дети, и дети его детей — я прокляла бы их всех.

— Я понимаю. — Однако Дэррил Коуэн не злился. Вместо этого он выглядел бесконечно печальным. — Я знал, что у мисс Маккарти уже есть возлюбленный. К тому же, брачный контракт подписал граф Маккарти, а не она.

— …

— Я надеялся, что смогу что-то изменить, если приду сюда… Глубокой ночью в банкетном зале под звуки менуэта нередко происходит волшебство.

— Мне жаль.

Сама того не ведая, я стала самым жестоким в мире письмом с отказом. Когда я смущённо пожала плечами, он выдавил из себя улыбку. Как будто это могло избавить меня от тяжести вины.

Маверик описывал Дэррила Коуэна как бесхитростного человека, но мне он показался довольно милым. Хотелось бы мне встать на его сторону, но Бреннан — мой давний друг.

— По правде говоря, это даже к лучшему. Она ясно дала понять, что отвергает меня… Эта её черта мне тоже нравится.

— Скажу по секрету, второе имя Лиз — «Бунтарка», и это иногда делает её до смешного привлекательной.

— Вы так хорошо знаете друг друга. А мы с ней, похоже, не больше, чем обычные друзья.

Короткий смех Дэррила Коуэна пронёсся по воздуху, но вскоре этот тихий звук сменился стрекотанием сверчков в тишине. Прежде, чем неловкость переросла в волнение от встречи с незнакомым прежде хорошим человеком, он тихо, но уверенно сказал:

— Пожалуй, я уйду, пока о вас не поползли ненужные слухи, мисс Далтон. Передайте мисс Маккарти, что Дэррил Коуэн сдаётся.

* * *

Я увидела карету в форме ковчега, припаркованную перед банкетным залом. Шедевр Мии Петерсон красовался на моём пустующем месте и издалека выглядел ещё более впечатляюще. Эта штука заменила меня на оставшейся части парада. Я стряхнула с неё бумажные лепестки, застрявшие в каждом углу, и улыбнулась. У Керана Иллестии весьма своеобразное чувство юмора.

Как только я открыла дверь, в нос ударил насыщенный сладкий запах. Как будто кто-то перемолол сахар в пыль, смешал с лепестками цветов, а затем поджёг в курильнице. Тема банкета — любовь, а за подготовку отвечал студенческий совет. Должно быть, они решили, что у любви должен быть именно такой запах. Занятно.

Под люстрой располагался огромный мраморный фонтан, окружённый прозрачной тканью, напоминающей крылья феи. Очень жаль. Если бы я знала, что здесь будет фонтан, я бы обязательно нашла заклинание, превращающее воду в шоколад. 

Вскоре я заметила учеников пятого курса, танцующих строем посреди банкетного зала. Затем красная штора, закрывающая балкон, поднялась, и появился оркестр, в котором играли волшебные куклы. Похоже, я пришла как раз вовремя.

— Жаль, что картина Мии не могла заменить меня и здесь.

Между кандидатками на роль королевы банкета, стоящими плечом к плечу, осталось одно пустое место. Когда я, тяжело дыша, заняла его, «Кайли» неожиданно начал спорить.

— Мы собирались принести её, но решили, что ты расстроишься, когда узнаешь, что холст в деревянной раме танцует лучше тебя.

Я разозлилась, но ничего не ответила, потому что не была уверена, смогу ли станцевать лучше картины. На последнем банкете маркиз Болтон наглядно продемонстрировал, что танцор из меня никудышный.

Сделав вид, что поправляю платье, я изо всех сил наступила на ногу Кайла.

— Кажется, ты сломала мне кость, — строго сказал он.

— О, Кайли, человеческие кости не настолько хрупки, — ответила я с дружелюбной улыбкой. — Если хочешь, я расскажу, каково это — сломать кость по-настоящему.

Кайл вдруг сделал вид, что не слышит меня, и сменил тему.

— Кажется, этот джентльмен заинтересован в Кайли.

Там, куда он указал, стоял Эдгар Рамос — бледный, словно увидел самый страшный ночной кошмар. Похоже, до него не дошли слухи о Кайли Виллард.

— А ты что здесь забыл?

— Повежливее, Рамос. Между прочим, я полноправный кандидат на звание королевы банкета.

Когда Кайл игриво улыбнулся и послал воздушный поцелуй, Эдгар скривился в отвращении.

Несмотря на абсурдность ситуации, я ясно представила себе, как Кайл Виллард и Эдгар Рамос гуляют по банкетному залу, нежно обнимая друг друга, и долго не могла перестать смеяться.

Как раз в тот момент, когда от смеха у меня разболелся живот, оркестр волшебных кукол заиграл. Я упустила время, когда нужно было начать двигаться, и до конца композиции так и не смогла попасть в ритм.

— Какой оригинальный танец. — Мой первый партнёр, Керал Иллестия, поймал мою руку, когда я вращалась не в ту сторону, и повернул меня обратно.

— Тебе придётся иметь с этим дело следующие две минуты.

— Ха-ха, это огромная честь.

Я вдруг поняла, что очень давно не слышала его искренний смех. И почему-то не смогла устоять перед желанием высказать ему свою обиду. Я старалась сохранять весёлое настроение, насколько это возможно, но грусть невольно просочилась наружу.

— Почему ты не навещал меня?

Я сделала несколько шагов вперёд, а Керан одновременно отступил на несколько шагов назад. Таким образом мы всегда оставались на таком расстоянии, чтобы слышать голоса друг друга. Тем не менее, он не ответил.

— Платье, оно тебе очень идёт. Хотя предыдущее тоже было красивым.

— Не уходи от ответа. Ты был занят?

— Нет, но… — Керан выглядел совершенно сбитым с толку, что несвойственно ему. — Буду честен. В тот момент… я не хотел этого делать.

— Что ты имеешь в виду?

— Хм… Наверное, я подумал, что это грубо по отношению к Роуз. Потому что ты ей не нравишься.

Насколько я помнила, Керан Иллестия не из тех, кто употребляет слово «наверное», когда говорит о своих чувствах. Я хотела подробнее расспросить его о «Роуз», но не смогла, потому что пришло время менять партнёра для танца.

За несколько секунд до того, как его следующая партнёрша, Кайли, яростно вцепилась в его руку, Керан сказал, что не шутил насчёт платья. Но я обиделась на него, поэтому вместо того, чтобы сказать «спасибо», просто кивнула.

Моим следующим партнёром стал Джейден. Он заговорил первым — наверное, заметил мою подавленность.

— Что случилось?

— Думаю о том, как вернуть сбившийся ритм.

— Твой ритм не сбит.

— Конечно, это музыка не попадает в один ритм со мной, а не я с ней. Спасибо за попытку утешить.

Джейден говорил вполне серьёзно, но будем честны — мои движения больше напоминали борьбу, а не танец.

— Как насчёт этого?

— Что?

— Я говорила, что ты не найдёшь здесь любовь, которой ищешь… Но это не так. «Глубокой ночью в банкетном зале под звуки менуэта нередко происходит волшебство».

Глаза Джейдена стали круглыми, когда он услышал мои (на самом деле не мои, а Дэррила Коуэна) поэтические слова. После знакомства с Джейденом Спенсером я всего несколько раз видела его лицо, полное эмоций, и каждый раз думала, что он довольно милый.

— Не удивляйся так, это не мои слова. Так сказал Дэррил Коуэн.

— Жених Элизабет Маккарти?

Джейден Спенсер, как и мы с Лиз, был из Милуа. Кроме того, маркиз Коуэн имел тесные политические отношения с герцогом Спенсером. Должно быть, он знал о проблеме Дэррила Коуэна намного лучше, чем я.

— Говорят, он ушёл почти сразу после прибытия в Фитцсиммонс.

Сцепив руки за спиной и сделав несколько вращений, я кратко объяснила, что произошло. О безответной любви Дэррила Коуэна, которая заставила его проделать весь путь до Академии из-за проблеска надежды, и о несчастной любви, которая заставила его с мягкой улыбкой развернуться и уйти после того, как его отвергли самым жестоким образом.

— Хотела бы я когда-нибудь испытать такую же любовь.

— Это вполне возможно, — быстро ответил Джейден.

Мы танцевали уже достаточно долго, и пришло время снова менять партнёра. К нему подошёл пугающий мускулистый парень в платье и схватил за руку. Я улыбнулась и взяла руку следующего партнёра.

Маркиз Болтон в ту же секунду упрекнул меня за то, что я выпрямляю колени в тот момент, когда все сгибают их, и сгибаю, когда все выпрямляют. Он с усмешкой спросил, понравилась ли мне книга, которую он мне подарил (дважды!), на что я ответила, что она очень понравилась мне, особенно когда я приправила её солью и поджарила на гриле. Мне надоели его попытки навязать мне эту книгу, но, в любом случае, я была рада снова увидеть этого парня.