— И всё-таки… если просто последовательно проходить игру, вовсе не обязательно, что удастся узнать вообще всё, да?

— Угу, именно так. Например, про навыки господина Луки в игре вообще ничего не писали.

Вероятно, об этом должны были рассказать уже после шестой главы. Из основной сюжетной линии, которая, как было заявлено, состоит из семи глав, Франческа успела пройти лишь первые пять — ровно до того момента, пока была жива.

— Лука был персонажем, которого нельзя было получить, поэтому о нём совсем не было информации. Среди игроков строили догадки, что его навык связан с защитой Священного древа.

— Догадки?.. А, понимаю. Значит, игроки сами предсказывают дальнейшее развитие игры и получают от этого удовольствие.

— И о том, какими навыками обладает Леонардо, тоже было много разных мнений.

— Ха-ха. Интересно, был ли среди них тот, кто угадал.

Леонардо улыбается, но на самом деле ему, должно быть, совершенно всё равно. И всё же он вот так легко принимает рассказы, которые для него самого должны быть почти невероятными.

— Леонардо, спасибо, что слушаешь истории про «игру» и не сомневаешься.

— Само собой, я выслушаю всё. Это ведь тайна, которую ты доверяешь только мне.

Похоже, Леонардо окончательно пришёл в хорошее настроение — он лукаво прищурился.

— К тому же, зная, что произойдёт, можно и вперёд забежать — ради личной выгоды.

— Личной выгоды?

Тихо усмехнувшись, он коснулся пряди волос Франчески, убирая её за ухо, и прошептал:

— Я хочу хотя бы немного создать повод, чтобы ты оставалась рядом со мной.

— …!!

Вспомнив, что её назначили «невестой» для Ритуала, Франческа часто задышала, беспомощно открывая и закрывая рот.

— Л-Леонардо… Ты что, помимо плана по срыву действий Крестани, ещё и пытаешься заставить меня смотреть на тебя по-другому?..

— Ха-ха. Разумеется.

С улыбкой, в которой невозможно было понять, насколько он серьёзен, Леонардо заглянул Франческе в лицо.

— Во время обряда Священной ночи на тебе будет наряд, похожий на свадебное платье, верно?

— Д-да, вроде того.

Этот момент тоже упоминался в игре.

— Сейчас твой отец, должно быть, с ужасающим выражением лица подбирает платье. Я предложил взять на себя и наряд для «невесты», но меня тут же без разговоров отшили.

«Папа… Как же хорошо, что ты не начал войну с Леонардо…»

Однако рано было облегчённо выдыхать. Леонардо по-прежнему смотрел на Франческу с близкого расстояния и мягко улыбался.

— Какая причёска будет самой красивой, как думаешь?

Он перебирал её волосы, прищурив глаза.

— Как ни крути, ты прекрасна. …Поэтому даже в воображении выбрать что-то одно очень трудно.

— Д-да ты сам куда красивее, Леонардо!

— Не может быть.

Тихий голос осторожно сплетает слова:

— Моя дорогая Франческа… мой драгоценный свет.

Взгляд, направленный на что-то тёплое и ослепительное, заставил сердце Франчески подпрыгнуть.

— Можно прикоснуться к твоему маленькому, милому уху?

— К уху?!

От неожиданности она моргнула, но, прислушавшись к себе, поняла, что особых причин отказывать нет.

— Э-э… д-да.

— Спасибо.

Когда она кивнула, хоть и смущённо, пальцы Леонардо коснулись её уха, медленно скользя по его краю.

«Ой… щекотно…!»

Наверное, потому что Франческа инстинктивно сжалась, Леонардо, стараясь не напугать её, двигался очень медленно.

— Среди всех украшений именно серьги — тот аксессуар, который неизбежно попадает в поле зрения во время разговора.

Щекочущие прикосновения быстро закончились. Леонардо тихо улыбнулся и начал мягко, играючи мять её мочку пальцами.

— Я слышал, ты решила принимать подарки от других людей только по особым поводам — вроде дня рождения…

— Потому что если не установить такие правила, дом просто утонет в подарках от папы и всех членов семьи…

Зажмурившись, Франческа терпела щекотку.

— Участие в обряде Священной ночи — разве это не достаточно «особый» случай?

— Н-ну… наверное…

— Поэтому я хочу подарить тебе серьги.

День рождения Франчески был в апреле — как раз тогда, когда она только познакомилась с Леонардо. В то время они ещё даже не были «друзьями», и он ограничился формальным, обязательным подарком как жених. Похоже, теперь Леонардо искренне сожалел об этом.

— Нельзя?

— У-у…

Когда он посмотрел на неё в упор, Франческа растерялась. Леонардо умел выпрашивать. И, без сомнений, прекрасно осознавал это — в такие моменты он без колебаний пускал в ход своё обаяние.

— Тогда давай так: я тоже подарю тебе что-нибудь на ту же сумму. Согласен?

Леонардо широко распахнул глаза, а потом расхохотался от души.

— Ха-ха! Это нечестно, Франческа.

— Потому что иначе ты наверняка подаришь что-нибудь безумно дорогое, даже не задумываясь…! Пусть это будет что-то, что я смогу купить на свои карманные деньги. Договорились!

Леонардо ещё немного посмеялся, а затем, отпуская её, сказал:

— Ты стараешься искренне отвечать на каждое моё слово и каждый поступок.

— Леонардо…

Франческа сразу заметила, как в его золотых глазах промелькнула тень самоиронии.

— Если бы я сказал, что хочу обнять тебя… какой ответ ты бы дала?

— Нельзя...

— Да. Я это понимаю.

Видя его покладистое выражение лица, Франческа поспешно добавила:

— П-постой, Леонардо.

Это тоже нужно было сказать вслух.

«Смогу ли я правильно выразить это своими словами? …Нет, как я и подумала раньше: даже если я не уверена, лучше сказать и не заставлять его тревожиться…!»

Набравшись храбрости, она произнесла:

— Нельзя — но это не значит, что мне неприятно!

Она почувствовала, как Леонардо едва заметно задержал дыхание.

— Но я знаю. Если согласиться просто потому, что «не неприятно», ты обязательно сделаешь вид, что рад, а в глубине души решишь, что я «дала себя уговорить», верно?

— Франческа...

— Ты бы начал винить себя. …Даже если бы я прямо сейчас сказала, что хочу выйти за тебя замуж, ты ведь всё равно не принял бы это, правда?

Леонардо моргнул — словно сам представил себе такую ситуацию.

— Почему ты так думаешь?

— Я понимаю. Хотя бы это.

Раньше она отвечала: «потому что мы лучшие друзья».

Теперь эти слова больше нельзя было использовать. Но Франческа сказала ему то, что было у неё на сердце.

— Я ведь тоже всё это время наблюдала за тобой, Леонардо.

Даже если они перестанут быть близкими друзьями, этот факт никогда не изменится.

— Я хочу быть с тобой искренней. И точно так же я должна быть честной и с собственными чувствами. …Если ответ не будет выстрадан таким образом, он просто не дойдёт до тебя.

Вот почему даже в шутливых прикосновениях необходимо чётко проводить границу.

— У меня нет навыка предвидения будущего… но я буду думать о нём сама, как следует!

— Да…

С улыбкой, в которой сквозило облегчение, Леонардо снова коснулся её волос.

— Мне стало спокойнее, когда я понял, что ты умеешь чётко меня останавливать.

— Леонардо?

— Я и правда колебался, стоит ли всерьёз тебя добиваться. Спасибо тебе за твою прямоту.

Он поцеловал её в волосы.

— С-с-слушай! Ритуал Священной ночи — это ведь только мера против Крестани, да? И тот «момент» в ритуале — это же понарошку, по-настоящему мы этого делать не будем?! В игре, когда я проходила его с Элизео, так и было…!!

— Кто знает.

— «Кто знает»?!

— Ведь проблемы в этом нет, верно?

Леонардо ослепительно улыбнулся и с вызовом произнёс:

— Ты моя невеста, и совсем скоро станешь моей женой. Я не отпущу тебя, моя милая Франческа.

«Вот это «невеста» — в каком смысле?!»