Глава II: Действие первое

— Ты и я больше не должны видеться, — сказала девушка.

— Почему? — спросил мужчина.

— Нам просто не стоит, — послышалось в ответ.

— Я этого не приму, — мужчина настаивал.

Печаль на лице девушки, наконец, сменилась раздражением.

А потом она сказала:

— ...Ты такой надоедливый.

— Почему ты такой тупоголовый? — продолжала она.

— Правда в том, что я с самого начала ненавидела тебя, — поток слов не останавливался.

— У меня от одного твоего присутствия уже мороз по коже, — казалось, что им нет конца.

— Я не могу вынести то, насколько ты отвратителен, — и она все еще говорила.

В итоге девушка скривилась и сказала:

— Держись от меня подальше с таким уродливым лицом.

Я не уродливый.

Вовсе нет.

Разве не выражение твоего лица было уродливым в этот момент?

И тут мужчина проснулся.

Глава II: Действие второе

Сатериазис проснулся в карете.

По всей видимости, он задремал.

— Проснулся, да? Выглядел так, словно тебе приснился кошмар, — прозвучало от красной кошки, сидевшей рядом с ним и смотревшей в окно без малейшего интереса.

Снаружи открывался вид на обширную сельскую местность. Они приближались к деревне Абито.

Сатериазис поинтересовался у IR, сколько времени прошло после отъезда из Ласаленда.

— Почти час. Специально брать для этого карету было лишним.

— Я — лорд этих земель, и меня бы не красил поход пешком до ближайшей деревни.

— Беспокоишься о подобном сейчас? Разве прогулки без слуг не подозрительны сами по себе?

— Вероятно.

Молодой светловолосый кучер мельком оглянулся на них, натягивая поводья.

— ...Эй, IR, — Сатериазис тут же перешел на шепот, обращаясь к красной кошке. — Нормально ли для нас вот так разговаривать? Говорящие кошки повсеместно не встречаются, по крайней мере, точно не в Асмодине.

— Хм? А, вполне нормально. Ты единственный, кто слышит мой голос как человеческую речь. Для кучера там, наверху, ты выглядишь как чудак, любящий кошек, как я думаю.

— ...Это-то и странно. Почему ты не явилась в теле девушки?

— Таинственная дама, крутящаяся вокруг герцога, поднимет всевозможные слухи. Предпочту, чтобы каждый раз, когда мы с тобой будем снаружи, я была в этой форме.

Слухи пошли бы только из-за того, что он разговаривал с кошкой… Сатериазис раздумывал, что предпочел бы сам. Что же, если IR так будет удобнее, тогда и ему казалось, что все в порядке.

Кузов кареты, мчащейся по грунтовой дороге, слегка подскочил, будто по пути попался большой камень.

В регионе Асмодин ежегодно выпадало очень небольшое количество осадков, но местность вокруг столицы Ласаленд была исключением — там дожди лили значительно чаще. По этой причине недалеко от города было создано несколько фермерских общин.

Деревня Абито, куда они сейчас направлялись, была одной из них.

— Деревня Абито, да? ...Ты когда-нибудь бывал там раньше, герцог?

Для Сатериазиса было в новинку услышать подобный вопрос от IR.

— Нет… Сомневаюсь. Во всяком случае, у меня нет воспоминаний об этом.

Память Сатериазиса еще не вернулась до конца. Или, скорее, оставалось много вещей, которых он пока не мог вспомнить.

Получилось выделить три момента.

Во-первых, он заключил контракт с [демоном Похоти] благодаря поддержке IR.

Во-вторых, стимулом послужила резня в поместье герцога, виновником которой был не кто иной, как сам Сатериазис.

И в-третьих, он заключил контракт с демоном ради получения “Гумины”.

Но даже при этом он не мог вспомнить подробности в полном объеме.

Начиная с родителей, Сатериазис убил всю свою семью. Это не подвергалось сомнению, но даже от него ускользал мотив.

Я ненавидел их… Судя по всему. Я могу ощутить отголосок этих чувств. Но за что я возненавидел их?

Даже IR, что, кажется, стала свидетелем, не дала бы ему ответа. Или все дело в том, что она не разобралась в тонкостях причины, что привела к действиям Сатериазиса, ведь почти случайно оказалась на месте происшествия.

Только при их первой встрече в поместье он сказал IR касательно своего мотива, что “хотел быть любимым”.

Любовь… Да, я любил “Гумину”. И она сказала что-то ужасное, оттолкнув меня. Могло ли это быть причиной?

Но за исключением ее внешности и того факта, что она насмехалась над ним, Сатериазис почти ничего не мог вспомнить о Гумине.

Казалось, что они знакомы очень давно, с самого детства. Хотя даже это оставалось лишь предчувствием, и он не мог быть уверен.

Но если она старая знакомая, имевшая зеленые волосы…

Тогда было очень вероятно, что она приходилась родственницей его матери — родом из семьи Глассред.

Они живут поблизости, поэтому, как я думаю, нет способа быстрее проверить это, чем если я наведаюсь в их поместье и расспрошу… Хотя я и не слишком рад такому.

Маркиз Глассред, дядя Сатериазиса, был с ним в плохих отношениях с тех пор, как они поссорились из-за отсутствия слуг в поместье Веномания.

В поле зрения герцога появились обшарпанные деревянные ворота, выглядевшие вполне похожими на вход в деревню Абито.

Сатериазис спросил красную кошку, умывавшуюся рядом с ним:

— Та встреченная нами девушка с кувшином воды здесь… ты уверена?

— Да, ошибки быть не может. Она, Микулия Грионио, живущая в деревне Абито крестьянка.

— Впечатлен, что тебе удалось отыскать ее за столь короткий промежуток времени.

— У меня есть кое-какие связи в правительстве этой страны. Твое становление лордом и герцогом проходит гладко, ведь я заранее негласно потянула за нужные ниточки.

IR гордо выпятила грудь. Возможно, она посчитала, что заслужила немного благодарности.

— Что ж, я тебе очень признателен. Хотя раз я изначально был старшим сыном в семье герцога, то стал бы лордом этого региона и без твоего вмешательства, как мне кажется.

— ...Ты наивный дурак.

Сатериазис поднял руки и коротко потянулся, словно пытаясь взбодриться.

— Нгххх… Все еще чувствую небольшую усталость.

— Так бывает, если не спать всю ночь. ...Похоже, ты насладился ею. Или мне следует сказать “ею тоже”.

— Лукана, возможно, еще спит в постели в поместье. Вчерашний день был особенно насыщенным.

— У тебя хватает наглости — продолжать всю неделю без остановки.

— Разве не ты сделала меня таким? О? Неужели ты немного покраснела?

— Я буквально вся красная!

В тот день Сатериазис вспомнил, как использовать свои силы. Он пленил сердце Луканы способностью [демона Похоти].

Контракт с этим демоном даровал Сатериазису возможность очаровать любую женщину, что ему приглянется.

По словам IR, как только он освоится, то сможет обходиться без демонической трансформации для использования силы.

Но существовало одно условие, без которого та сошла бы на нет.

Оно заключалось в нужде периодического вступления в половую связь с женщиной.

Из-за чего решение когда-нибудь прервать все близкие контакты с противоположным полом привело бы контрактора к потере контроля над своей похотью, и он бы страстно возжелал женских тел. Потеряв память, Сатериазис опасался этого и держался от окружающих на расстоянии.

Сатериазис размышлял о том, чтобы сделать Лукану своей официальной женой, объявив о помолвке публично.

Но в регионе Асмодин, или, скорее, во включавшей в себя эту область Империи Вельзения, отдавали предпочтение моногамии. Даже заповеди государственной религии, церкви Левин, запрещали иметь несколько жен.

В конце концов, Сатериазис планировал заполучить “Гумину” и сделать ее своей женой. Что не давало ему жениться на Лукане, и если бы о ее заключении в поместье стало известно, это принесло бы лишние неудобства.

Для сохранения демонических сил не имело значение, чтобы партнером была именно Лукана. Герцог мог бы развеять чары и отправить ее домой. Мог бы утолить свое желание с проститутками в городе.

Но Сатериазис все равно не собирался отпускать Лукану.

Меня интересует “Гумина”, но и Лукана тоже. Закон о моногамии нелеп. Что плохого в том, чтобы любить всех приглянувшихся тебе женщин?

Несмотря на подобные мысли, в конечном итоге, Сатериазис имел власть лишь в одном регионе. У него не было полномочий изменять законы целой страны.

Он мог использовать демоническую трансформацию и силы, невообразимые для обычного человека. Однако, это не позволило бы ему в одиночку противостоять армии Вельзении. [Демон Похоти] в первую очередь специализировался на умении очаровывать противоположный пол. Все, что Сатериазису было доступно в данный момент — это спрятать Лукану как можно дальше в своем особняке, подальше от глаз людей, и вместе утопать в желании каждую ночь.

В особняке имелся подвал. Он выглядел давно не использованным, и Сатериазис не спускался туда с тех пор, как потерял память. Без окон, без связи с внешним миром — самый идеальный вариант для удержания Луканы взаперти.

По размерам подвал напоминал первый этаж, исключая тесность как проблему, но, к сожалению, выглядел он убого и никуда не годился для человеческого проживания. Даже Сатериазис колебался, прежде чем запереть там Лукану.

Так или иначе, он не мог нанять слуг для поместья, уже по другой причине, нежели ранее… В связи с чем ему пришлось задуматься об иных выходах из ситуации, что были в его собственных силах.

Существовала еще одна проблема. Скоро семья Луканы, родители и дядя, заметят ее исчезновение и поднимут шум. С ними тоже придется что-то сделать.

Общеизвестно, что Лукана оставалась в поместье Сатериазиса и работала над пошивом его одежды. Если так пойдет, он, несомненно, попадет под подозрение.

Хотя, похоже, у IR была какая-то идея на этот счет. Сатериазис спросил ее о подробностях, и она ответила, что все пояснит после решения вопроса с Микулией Грионио.

Микулия Грионио, да...?

Зеленоволосая крестьянка.

Почему тогда его магия не подействовала на нее?

Для выяснения причин и для того, чтобы заставить девушку, ставшую свидетельницей истинной формы Сатериазиса, молчать “любыми способами”.

Сатериазис и IR прошли через ворота в деревню Абито.

Глава II: Действие третье

Микулия Грионио была принцессой.

...По крайней мере, она сама так думала.

Я — принцесса далекой страны, и из-за некоторых важных обстоятельств меня бросили в оросительном канале у входа в эту деревню. Однажды прекрасный принц с каштановыми волосами, с которым я помолвлена, приедет за мной. И тогда я действительно расцвету как принцесса, выйду замуж за своего принца и буду жить долго и счастливо.

...Так она считала.

Будет ли в конечном итоге все это не более, чем иллюзией, или же когда-нибудь станет правдой — не имело значения.

Ведь сейчас она почти ничем не отличалась от обычной крестьянки, дышащей воздухом, смешанным с запахом конского навоза и опилок. Приемные родители, взявшие к себе брошенную девочку, воспитывали ее с большой заботой и любовью, словно та была благословением свыше.

Но лишь до тех пор, пока не обнаружились проблемы с умственными способностями Микулии.

На фоне других детей было совершенно очевидно, чего ей не хватает.

То, что мог сделать каждый, она одна не могла. Юной Микулии это приносило большие проблемы, и ее окружение не было столь любезно, чтобы защитить девочку и войти в положение.

Даже сейчас, когда ей исполнилось восемнадцать, Микулия все еще думала как ребенок. Поэтому все вокруг относились к ней как к досадной помехе.

И Микулия всех их ненавидела.

Она мечтала как можно скорее убежать из деревни.

Но она никогда не могла сделать этого из-за своего недалекого ума.

К настоящему моменту она продолжала мечтать.

О том, что она принцесса, и что однажды за ней приедет принц.

И спасет от злой мачехи.

Глава II: Действие четвертое

Староста деревни Абито был озадачен внезапным визитом местного лорда, но поприветствовал его с широкой улыбкой и приказал мальчику-слуге немедленно заняться приготовлениями к приему гостя.

— О нет, в этом нет необходимости, — Сатериазис жестом руки остановил старосту, подчеркнув, что не желал, чтобы из-за него поднимали шум, — Это я прибыл без какого-либо предупреждения. Не хотелось бы доставлять вам неприятности.

— Хах… Но почему сегодня вы посетили нас так внезапно?— Осмотр территорий — одна из моих обязанностей как лорда. Большую их часть я не выполнял с тех пор, как унаследовал титул и владения моего отца. Сейчас я решил, что пришло время заняться этим.

— Понимаю. Это замечательная новость, — деревенский староста улыбнулся еще шире, чем раньше, — Пусть и всего раз в год, но предыдущий лорд, герцог Илотт, лично приезжал сюда и спрашивал наше мнение о налогообложении и предотвращении стихийных бедствий. Однажды он даже привез вас с собой, когда вы были юны, лорд Сатериазис. Помните?

— ...Да. Относительно.

Сатериазис не помнил, но решил притвориться перед старостой.

— Тогда вы были довольно красивым молодым человеком и могли одинаково взволновать женщину любого возраста. Теперь вы стали еще прекраснее… Уверен, что покойный герцог Илотт был бы доволен. ...Выражаю крайние соболезнования из-за того, что случилось с вашим отцом.

Дальше староста начал рассказывать все, что помнил о герцоге Иллоте.

Сатериазис хотел прервать беседу в подходящий момент и отправиться на поиски Микулии, но староста никак ему в этом не помогал.

Это продолжалось целый час.

IR громко зевнула рядом с ним.

— Боже правый… Какой же болтливый идиот. Я пойду, — сказала она Сатериазису.

И красная кошка куда-то убежала.

Глава II: Действие пятое

По мнению IR, Абито была самой обычной деревней, нисколько не привлекавшей внимания и не вызывавшей даже толики интереса. К настоящему моменту ей попадались несколько таких же. Кое-какие были ею уничтожены.

Я бы предпочла превратить и эту деревню в груду пепла.

Данный способ казался ей самым быстрым в сложившейся ситуации. Так она избавится от свидетеля, видевшего демоническую форму герцога.

Но IR решила пока воздержаться от использования магии.

Сатериазис Веномания стал первым контрактором [сосуда Смертного Греха].

Что он предпримет и чего добьется?

Она хотела увидеть это самолично.

И прежде всего, я не способна колдовать в этой форме.

“Тело девушки”, которым обычно управляла IR, было оставлено в особняке герцога.

Обычно она никогда не отходила далеко от используемого тела, находясь в форме кошки. Все потому, что без контроля “тело” было немногим больше, чем трупом, остававшимся в крайне уязвимом состоянии.

Но сейчас в особняке находилась Лукана. IR доверила заботу о “теле” ей. Для ставшей марионеткой герцога Луканы было немыслимо причинить вред “телу”, потому ей было приказано присматривать за ним и защищать от возможной опасности ценой своей жизни.

Очень удобно иметь союзников.

В плане передвижения IR становилась гораздо проворнее в своем кошачьем теле, что тоже было несомненным преимуществом. Она ловко пробежала по деревне.

...Нашла тебя, Микулия Грионио.

Микулия не выглядела занятой делом. Она куда-то направлялась с пустыми руками и что-то напевала.

— ♪~Я~при-инце-есса-а~

Бодрым шагом она шла к окраине деревни.

IR тайно следила за ней. Вряд ли она смогла бы что-то сделать с Микулией, будучи красной кошкой.

Неужели чертов герцог все еще задерживается с тем старым козлом?

Бестактность герцога начала ее раздражать. Тем не менее, казалось, что никто пока не знал об его истинной форме. Поведение старосты деревни было этому лучшим доказательством.

Наверное, Микулия либо никому об этом не рассказывала, либо ей просто не поверили… в любом случае, все шло именно так, как и предсказывала IR. Никто из окружающих не поверил бы так сразу крестьянке, распространяющей слухи о превращении человека в демона, без каких-либо доказательств. И возможно, Микулия не поняла, что увиденное ей существо было именно герцогом.

Но даже в этом случае мы не можем просто позволить ей разгуливать и дальше без присмотра.

С запада к окраинам деревни Абито прилегал большой лес. Микулия подошла поближе к нему, а затем опустилась на колени, прямо на землю.

Далее она сложила обе руки перед лицом и начала молиться.

IR наблюдала за ней со спины.

Молитва лесу… А, понятно. Это помеха.

Государственная религия, церковь Левин, состояла из трех основных сект.

Секта Левии, секта Элда и секта Бегемо.

Последняя среди них считалась скорее “ересью”, чем деноминацией религии, и к настоящему моменту почти исчезла. На самом деле, один из вышестоящих членов организации, которая продолжала свою деятельность тайно, поддерживал действия IR за кулисами, но... прямо сейчас это не имело никакого отношения к делу, и все необходимое уже было сказано.

Что касалось последователей Левина в империи Вельзения, большинство из них принадлежало секте Левии. Секта Элда процветала в соседнем Эльфегорте, а в этой стране последователей почти не имела.

Но прямо сейчас Микулия “молилась лесу”... что являлось религиозным обрядом, характерным для секты Элда.

Объектом их поклонения был “земной дракон Элд”. IR знала, что этот бог продолжал существовать в мире, хотя и в другой форме. Элд превратился в огромное дерево, заняв позицию наблюдателя. Главным местом поклонения ему был “лес Элда” в Эльфегорте.

Неприятным для IR был тот факт, что Элд планировал стереть из мира [HER], подобных ей и [сосуды Смертного Греха], способные преумножить их количество.

[Очарование] герцога не подействовало на Микулию, последовательницу Элда.

Иначе говоря…

Этот чертов Элд наверняка вызывает какие-то сбои. Ты надоедливый, отвратительный, старый бог…

IR заскрежетала зубами.

Возможно, услышав этот звук, Микулия резко вскочила и обернулась, после чего заметила IR.

И просто сказала:

— А, фамильяр демона.

Под “демоном” она, скорее всего, имела в виду герцога. Вероятно, она успела увидеть их разговор.

Тогда IR была в теле девушки, но ее настоящая оболочка, красная кошка, сидела у той на плечах. Поэтому не было ничего странного в том, чтобы называть IR “фамильяром демона”.

— Хотя я не особо желаю так называться, — пробормотала IR, не подумав. Она не помнила, чтобы становилась подчиненной герцога. Если выбирать из них двоих, кому быть главным, она бы назвала именно себя.

Тут Микулия ответила, склонив голову набок.

— Хах~ Но~ Раз уж вы кошка, то вы можете быть только фамильяром?

— Это распространенное заблуждение. Немногим больше, чем плоды созданных кем-то историй, оказавшие влияние на будущие поколения.

— Значит, вы не фамильяр демона, госпожа Китти?

— Конечно нет. Скорее я та, кто использует этого де… Постой, постой-ка минутку. Это странно.

Единственными людьми, с которыми IR могла общаться в виде кошки, были заключившие контракт с демоном… другими словами, сейчас на это был способен только герцог. Для всех остальных ее слова должны звучать как обычное мяуканье.

...Так как же тогда эта девушка могла с ней говорить?

— Эй, девчонка, почему ты… — IR попыталась спросить Микулию, но показавшийся мужчина как бы прервал ее.

— А, IR. Так вот куда ты ушла. Я повсюду тебя искал.

Это был герцог.

Затем он заметил Микулию перед IR.

— ...IR, ты уже нашла ее, не так ли?

Герцог попытался что-то сказать Микулии, но она открыла рот и заговорила первой.

— Ах! Это же демон! Демонический принц!

В ее тоне не было ни капли страха. Напротив, она казалась довольной собой.

— Понимаю. Значит, ты и есть та девушка, что увидела мою истинную сущность.

— Да! Сегодня вы принц! Выглядите прямо как обычный человек!

— ...Почему ты называешь меня принцем?

— Из-за вашей одежды! Пусть у вас и нет каштановых волос.

— Ты не боишься меня?

Микулия подчеркнуто покачала головой в ответ на вопрос герцог.

— Вовсе нет! Тогда я действительно была сильно потрясена, но теперь, разглядев получше, считаю, что вы выглядели очень симпатично. Так я решила, что вы должны быть принцем.

— Получается, если я принц, то не пугаю?

— Да! Ведь я знаю, что принц сделает меня счастливой!

Герцог перевел взгляд на IR, всем видом умоляя о помощи, вероятно, сбитый с толку приподнятым настроением Микулии.

— Ну и что мне с ней делать? Может, попробовать те чары еще раз?

— Сейчас поблизости никого, так что ты мог бы. Хотя я боюсь, что они не сработают.

Герцог схватил Микулию за плечи и наклонился к ней.

— У тебя такое милое личико… Может, это просто стечение обстоятельств, а может, наша встреча была предопределена.

— …

— На этот раз я постараюсь не менять форму, насколько получится.

Микулия уставилась на герцога с ошеломленным выражением лица, не сопротивляясь.

— Посмотри мне прямо в глаза.

Глаза герцога постепенно все больше краснели.

Одновременно по его спине пробежала легкая дрожь. Предзнаменование демонического превращения. Но он не отрастил крылья или когти, умело сдерживая этот процесс. Только бараньи рога слегка выглядывали из-под его волос.

Эти двое продолжали молча смотреть друг на друга. Вокруг них раздавались только слабые, низкочастотные звуки, но, скорее всего, подобное не достигло бы их ушей.

Через некоторое время герцог прошептал на ухо Микулии:

— Микулия, не хочешь ли отправиться вместе в мой особняк?

— … Да, пойдем.

Герцог еще раз посмотрел в сторону IR, держа Микулию за плечи, как будто такой ответ был для него неожиданностью.

— ...Похоже, сработало.

— ...Да?

— ...Сработало. На мой взгляд.

Микулия изо всех сил прыгнула герцогу на грудь, словно пытаясь схватить его.

— Хи-хи, мой принц~♪

Герцог нежно погладил Микулию по голове.

— Отлично, тогда пойдем?

Вдвоем они отправились в деревню, держась друг за друга, но тут IR остановила их.

— Погоди-ка, герцог. Ты все еще не можешь просто взять ее с собой средь бела дня.

— Полагаю, это так. Что же, как тогда нам следует поступить?

IR прыгнула на плечо Микулии и прошептала ей:

— Микулия. Сегодня ты вернешься домой одна. А потом, с наступлением ночи, ты ускользнешь втайне от своей семьи.

— А~? Но я не знаю, где принц живет.

— Хорошо, тогда я останусь в этой деревне. Ночью я отведу тебя в поместье герцога.

— Поняла. Полагаюсь на вас, госпожа “фамильяр”~

Микулия неохотно отстранилась от герцога и побежала в деревню.

— Довольно много заботы с твоей стороны, не так ли? — спросил герцог IR дразнящим и слегка любопытным тоном.

— Есть несколько вещей, которые я хотела бы у нее спросить. Просто пользуюсь случаем.

— Понимаю. Тогда я вернусь в особняк раньше тебя. Меня ждет Лукана, — сказав это, герцог тоже направился в деревню.

Оставшись здесь единственным человеком… кошкой, IR громко вздохнула, наблюдая за его уходом.

Неужели этому мужчине не интересно, о чем я хочу поговорить с Микулией? ...Думаю, появилась работа специально для меня.

-----------

Этой ночью Микулия приехала в поместье в Ласаленде в сопровождении IR.

После чего на протяжении трех дней и трех ночей Сатериазис и Микулия занимались любовью друг с другом.

Гарем Веномании.

Количество девушек на данный момент: 2