Выглянув в окно, я увидела, что в какой-то момент пошёл снег.

В больнице было тепло, поэтому я не чувствовала холода даже в лёгкой одежде. Оторвав взгляд от окна и посмотрев на доску объявлений, я увидела приколотый к ней лист бумаги, в котором сообщалось, что рождественская вечеринка отменена.

То, что в городе не было ни души, объяснялось не только снегом. Ни у кого не было ни времени, ни ресурсов, чтобы праздновать Рождество.

Сколько вообще людей осталось в мире?, — подумала я. Наверное, половина от того количества, которое было при максимальной численности населения, — нет, даже меньше. Даже в новостях по радио никогда не называли точных цифр, возможно, из-за ограничений.

Хотя я была уверена, что оно ещё не упало до «0».

Потому что я, по крайней мере, всё ещё была здесь.

Тем не менее день, когда меня не станет, был уже не за горами.

Мне нужно было многое сделать, прежде чем мир окончательно рухнет.

***

Все мои коллеги разъехались по домам. Казалось, я была единственным человеком в больнице.

Палаты тоже были пусты, но это не только сегодня вечером. Эта больница изначально не была приспособлена для лечения «обычных» пациентов.

Вероятно, правильнее было бы называть это не больницей, а «исследовательским центром». Здесь на карантине находились люди с очень специфическим заболеванием, которые становились объектами исследований. Однако наш последний пациент умер буквально на днях.

Она сама нажала на выключатель — одним словом, «совершила самоубийство».

Так что мы не могли проводить новые клинические исследования, работая сверхурочно. Директор сказал всем идти домой и провести вечер с семьёй, но мне совсем не хотелось этого делать.

Я знаю, что немного эксцентрична, но мои мама и брат ещё более странные, чем я. И я виделась с ними практически каждый день, когда мы работали в этой самой больнице, так что не было никакой необходимости собираться всей семьёй и проводить Рождество дома.

Мои мать и брат, скорее всего, тоже не вернулись домой. Моя мать, скорее всего, осталась на ночь с каким-то новым мужчиной, а брат... ну, он, как обычно, слонялся где-то, одетый как женщина.

Даже без испытуемого у нас было достаточно клинических данных, которые нужно было привести в порядок. Сегодня вечером я сидела за столом и собирала всё воедино, чтобы написать диссертацию.

Не было места, где я могла бы опубликовать диссертацию после её завершения. И не было никакой гарантии, что она принесёт хоть какую-то пользу.

Но когда этот день настал, я поняла, что больше не смогу заниматься исследованиями, которыми занималась до сих пор. Когда проект перешёл на следующий этап, мне дали другую роль.

Я хотела завершить все эти исследования до того, как это произойдёт, несмотря ни на что.

***

Звук, доносившийся из радиоприёмника, оборвался. Сегодняшняя передача закончилась.

Мне было некомфортно в этой тишине, без фонового шума. Тем более посреди ночи.

Дело не в том, что я боюсь или что-то в этом роде.

Это произошло как раз в тот момент, когда я встала и потянулась к своему старинному музыкальному проигрывателю, чтобы включить какой-нибудь белый шум на заднем плане

— Добрый вечер.

Я невольно вздрогнула от неожиданного голоса, раздавшегося у меня за спиной.

— Кто там?!

Я в страхе обернулась.

Входная дверь была открыта, и там кто-то стоял. Хотя, конечно, было бы ещё страшнее, если бы раздался только голос, а никого бы не было.

Этот кто-то был невысокого роста, в кепке, которая сидела так низко, что скрывала глаза, а воротник пальто закрывал рот.

На мгновение я подумала: «Санта-Клаус?» — потому что на нём было красное пальто, но, конечно же, это был не он. Если рассуждать здраво, то человек, который вот так внезапно пришёл сюда посреди ночи, скорее всего, грабитель или извращенец; в любом случае, он здесь не ради чего-то хорошего.

Я достала пистолет, который кто-то небрежно положил на шкафчик, и направила его на собеседника.

— Убирайтесь. Всем, у кого нет разрешения, запрещено здесь находиться.

Несмотря на то, что в него целились из пистолета, этот человек ни на секунду не дрогнул. Я не видела его лица, поэтому не знала, какое у него выражение, но он не убежал и не поднял руки, а просто встал по стойке смирно и сказал:

— Как странно, что в больнице есть пистолет.

Он звучал молодо. Мне показалось, что это был либо голос мальчика, либо голос девочки, пытающейся говорить мужским голосом.

— Веяние времени. Никогда не знаешь, когда на тебя нападёт какой-нибудь псих, так что это вполне естественно, вам не кажется?

— Эти «психи», о которых вы говорите, — вы имеете в виду людей, которые становятся объектами ваших исследований?

— Да, можно и так сказать. И... такие люди, как вы.

Он сунул руку в карман пальто и что-то вытащил.

Как только я поняла, что это пистолет, я без колебаний нажала на спусковой крючок.

— !?

Пуля пролетела прямо над головой собеседника и вонзилась в дальнюю стену.

— Вы промахнулись. Или… возможно, вы сделалт это нарочно. Если так, то вы неплохо прицеливаетесь.

— В следующий раз я выстрелю по-настоящему. Я повторю ещё раз: убирайтесь отсюда сейчас же!

Он бросил на пол пистолет, который держал в руках, и наконец поднял обе руки.

Но даже после этого он не сдвинулся с места.

— Пожалуйста, не поймите меня неправильно — я не вор и не извращенец, как вы, наверное, подумали. Я пришёл сюда, чтобы пройти психиатрическое обследование.

— Понятно. Похоже, вам это нужно.

— Это не для меня.

С этими словами он вышел из комнаты.

Я прогнала его — хотя эта мысль пришла мне в голову лишь на мгновение, потому что он тут же вернулся в комнату, толкая перед собой инвалидное кресло.

В инвалидном кресле сидела девушка. Она, казалось, была в сознании, но её взгляд был пустым и совершенно не выражал никаких эмоций.

— Я хочу, чтобы вы поставили диагноз именно ей. Её зовут Немезида Судо. К сожалению, из-за того, с чем ей пришлось столкнуться, она превратилась в то, что вы видите сейчас.

— К сожалению, я не принимаю без предварительной записи. Вам нужно будет записаться на приём и прийти в течение дня.

Но он отрицательно покачал головой.

— Я не могу этого сделать. У нас осталось не так много времени.

— Ваши проблемы меня не касаются.

— ...Но мы проделали весь этот путь. Простите, но я заставлю вас провести этот осмотр, если придётся.

Я услышала, как за дверью разбилось стекло.

В то же время раздалась какофония из нескольких мужских голосов.

Судя по всему, этот человек и девушка в инвалидном кресле были не единственными нарушителями.

— Здание уже окружено. Даже с оружием в руках вы не справитесь с таким количеством противников.

Я не знала, правда ли то, что он сказал, или это блеф, и решила, что проверять это будет рискованно.

— ...Я бы хотела получить хоть какую-то гарантию сохранения моей жизни.

— Конечно. Пожалуйста, не волнуйтесь. Я не собираюсь вас убивать, доктор Левия Баризоль.

— Звучит не очень убедительно из уст того, кто размахивает пистолетом.

— А... вы имеете в виду это?

Он поднял пистолет, который уронил, и протянул его мне.

— Он не заряжен. Я принёс его сюда не как оружие.

— Тогда... зачем ты его принес?

Я взяла пистолет. Это был револьвер, но очень старой модели.

— Она — Немезида — когда-то убила из этого пистолета шестерых человек.

— О, так она убийца, да? Тогда, может быть, вместо того чтобы приводить её сюда, вам стоит обратиться в полицию?

— Вы же сами знаете, что полиция больше не справляется со своими обязанностями, не так ли?

— ...Верно.

Всё было так, как он сказал. Поэтому у такого простого исследователя, как я, есть пистолет.

Прямо сейчас я находилась в мире, где мне приходилось защищать себя самой.

— Ну и что же мне следует выяснить об этом преступнике?

— Я хочу узнать о жизни Немезиды. Как она жила и как пришла к тому, чтобы убить этих шестерых людей.

— А вы не... её знакомый?

— Знакомый... наверное. Я знаю её. Но я мало что знаю о Немезиде.

— Я не понимаю, что вы имеете в виду, когда говорите это.

— Не волнуйтесь, вы тоже это поймёте... если, конечно, заглянете в её разум.

Всё это время он говорил спокойным тоном, но мне казалось, что за этим скрывается отчаяние.

Как психиатра, меня в некоторой степени интересовало его душевное состояние, но сначала мне показалось, что я не смогу выйти из этой ситуации, не изучив эту девушку по имени Немезида.

— Приятно познакомиться, мисс Немезида, — сказала я ей.

На мгновение она перевела взгляд в мою сторону, но тут же снова уставилась куда-то вдаль.

Затем я легонько похлопалп её по щеке. Она отреагировала, но не отмахнулась от моей руки, а просто промолчала.

— ...Есть только одна проблема, — я убрала руку от её плеча и сказала сопровождающему: — Судя по тому, в каком она сейчас состоянии, достичь взаимопонимания будет непросто. Я не смогу провести первичный сеанс консультации.

— Верно. Обычно так и происходит. Но разве нет другого пути, который вы можете выбрать, доктор Левия?

Значит, он пришёл сюда, потому что знал обо мне — о моей «способности».

В таком случае любой мой обман на полпути не сработает.

— Фух, — я тяжело вздохнула, собралась с духом и снова повернулась к нему. — Значит, тебе нужен «Обмен» — тип разума.

— Да, именно так. Я рад, что вы так быстро всё поняли.

— Это очень опасный метод. В худшем случае он может оказать значительное негативное влияние на сознание испытуемого...

— Здесь нет никаких проблем. Как видите, она была сломана уже давно.

— ...Мне не очень нравится, когда ты так говоришь. Не стоит использовать слово „сломана“ по отношению к человеку.

— Прошу прощения, если я вас обидел... Но я пришёл сюда сегодня не для того, чтобы спорить с вами об этике и выборе слов. Пожалуйста, ответьте мне — да или нет?

У меня возникло неприятное чувство. Судя по голосу, человек передо мной был довольно молод, но при этом слишком спокоен. Разговаривая с ним, я чувствовала себя так, будто общаюсь с пожилым человеком, прожившим несколько десятилетий.

Он сказал, что он не вор и не извращенец. И что он не собирался меня убивать.

Однако он также ни словом не обмолвился о том, что не причинит мне вреда.

...Мне показалось, что это не та ситуация, в которой я могу просто сказать «нет».

— Хорошо. Но нам нужно подготовиться к «Обмену». Вы дадите мне на это время?

— Пожалуйста, работайте как можно быстрее.

Он сел в кресло, в котором незадолго до этого сидела я.

Не было похоже, что он собирается покинуть комнату, пока не закончатся приготовления.

***

«Обмен» — это особый метод психиатрического обследования, разработанный и предложенный главой этого учреждения профессором Эдом Иггдрой.

В принципе, можно сказать, что это научное возрождение оккультизма, которое охватывает как восточный, так и западный мир. Проще говоря, это метод, с помощью которого можно опосредованно пережить часть жизни другого человека, настроившись на его разум.

Естественно, единственные люди, которые могли бы сделать это в одиночку, — это те, кто обладает экстрасенсорным восприятием, или медиумы (если бы такие люди действительно существовали).

Но благодаря совместным исследованиям с учёными из других областей профессор Элд смог успешно сконструировать устройство, которое позволяет визуализировать сознание с помощью анализа мозговых волн и синхронизировать его с сознанием другого человека.

Это было революционное изобретение, но в то же время у него было несколько недостатков. Чтобы настроиться на разум испытуемого, нужно было, чтобы кто-то выполнял эту задачу. Но также было установлено, что практикующему нужна определённая «способность».

Войти в сознание другого человека — значит иметь два разума, сосуществующих в одном теле. Обычному человеку было бы невозможно выдержать такую колоссальную нагрузку.

Было проведено множество тестов, чтобы найти человека, способного стать таким специалистом — так называемым «лицензированным лицом». Я была одной из нескольких человек, которых в итоге выбрали.

Это устройство, которое осуществляло «обмен»… в народе прозванное «Чёрным ящиком», в итоге стало использоваться и для исследований в других областях. Например, физик Сет Твайрайт (один из разработчиков «Чёрного ящика») смог провести наблюдение за параллельными мирами, существование которых до этого момента ставилось под сомнение. Об этом, вероятно, говорил бы весь мир, если бы он не был охвачен хаосом из-за кризиса, вызванного разрушением.

«Чёрный ящик» также оказал большую помощь в моих собственных исследованиях. Благодаря «Чёрному ящику» мои психиатрические аналитические методы в отношении девиантов, ответственных за хаос в мире, — технически называемых «HER» — продвинулись далеко вперёд.

…Хотя, конечно, это не всегда было хорошо.

***

— Это довольно масштабное устройство,— сказал мне мальчик в красном, когда я усадила девушку по имени Немезида в Чёрный ящик, который теперь был полностью готов.

— На самом деле он намного меньше прототипа.

— Понятно… Значит, это и есть «Чёрный ящик».

— Вас интересует эта машина? Хотя обычный человек вряд ли когда-нибудь увидит такую, так что, полагаю, это действительно диковинная штука.

— А? …Да, так и есть.

Как следует из названия, внешне устройство напоминало чёрный ящик. Оно было достаточно большим, чтобы внутри могли с трудом разместиться два человека, и в нём были установлены два сиденья для «испытуемого» и «лицензированного лица».

Усадив Немезиду на место испытуемой, я подсоединила к ней несколько проводов. Я могла бы воткнуть иглу прямо ей в голову... Конечно, я бы не стала делать ничего настолько жестокого, но всё же, когда я всё подготовила, её тело было опутано электрическими проводами.

А теперь... вот это самое неприятное.

Мне пришлось сделать то же самое с собой. Обычно в таких случаях мне помогает ассистент, но, к сожалению, здесь были только я, Немезида и… мальчик в красном пальто.

— Вы... э-э, как вас зовут? — спросила я его.

— Я? ... Верно. Ну... просто зовите меня Почтальон.

— Это явно вымышленное имя. ... Ну ладно. Что ж, мистер Почтальон. Не могли бы вы мне помочь?

После того как я заняла место «лицензированного лица», Почтальон подошёл, чтобы подключить провода в соответствии с моими указаниями.

— Так нормально?

— Да, идеально. …Хорошо, и последнее…Пожалуйста, нажмите на этот красный переключатель. После этого начнётся «Обмен».

— Наконец-то.

— После того как вы нажмёте на кнопку, покиньте Чёрный ящик в течение тридцати секунд. После этого не прикасайтесь к устройству, пока оно работает. В худшем случае больницу разнесёт в клочья, не говоря уже об устройстве.

Естественно, это была ложь, но я решила, что должна хотя бы это сказать.

— Значит, мне остаётся только ждать, да? Как думаете, сколько времени это займёт?

— Это зависит от сознания испытуемого, но... В любом случае я заставлю устройство отключиться через час.

— Через час?

— Ни мой разум, ни разум испытуемого не выдержат большего. Вероятно, мне придётся сделать несколько перерывов, чтобы увидеть всё, что связано с этими «шестью людьми», о которых вы говорили, — людьми, которых она убила.

— Ничего не поделаешь. Если вы говорите, что это нужно... Что ж, тогда я нажимаю на кнопку.

Почтальон нажал на красную кнопку, как ему было сказано, и сразу же отошёл от устройства.

Чёрная дверь медленно закрылась.

Фух... Как же неприятно быть в одном месте с убийцей.

Вздохнув про себя, я начала готовиться к «Обмену».

***

Жизнь другого человека. Его опыт.

В следующий раз, когда я пришла в себя, я... стала Немезидой.