Действие Первое

Юкина ~Империя Вельзения — “Руколебени” ~

.

«Страна, рожденная от Луны» или «Алая страна».

Говорят, что носившая эти имена Вельзения была огромной империей, власть которой распространялась на более чем половину региона Эвиллиос больше трех сотен лет. Даже после того, как ее бывшие территории — Асмодин и Люцифения — провозгласили свою независимость, влияние, которое империя оказывала на континент, осталось прежним.

Однако около тридцати лет назад, когда король Арт взошел на престол Люцифении, положение вещей внезапно изменилось.

Королевство Люцифения объявило войну соседям и со временем расширило свою территорию. Больше всего от этого пострадала именно Вельзения, а у некогда великой империи была отобрана вся южная территория Эвиллиоса.

Город Ретасан, в котором я останавливалась недавно, тоже раньше принадлежал империи.

Неудобная правда, но говорить вслух себе дороже - но внешний вид домов Руколбени не мог похвастаться хоть какими-то особенностями. На самом деле, особой уникальности в них вовсе не было, особенно если сравнивать с домами в Ретасане.

Поскольку Вельзения была родиной высококачественного вина «Кровавая могила», здесь было много винных лавок, но меня они не слишком интересовали, так как мне пока рано пить алкоголь.

Я направилась к центру городу и развернула карту, отойдя подальше от толпы. Еще с самого начала своего путешествия она служила мне верой и правдой, поэтому бумага изрядно поистрепалась. К тому же на ней не очень детально изображены районы южнее и восточнее Вельзении. Мне скоро понадобится новая карта.

Итак, куда мне теперь идти?

Вообще перед приездом, на контрольно-пропускном пункте я получила приглашение на прием в замок императора Вельзении. Но из-за него может возникнуть немало хлопот, если послушно принять его, перед этим воспользовавшись фамилией “Фризис” для въезда в страну. Я сыта по горло ролью пешки на политической доске, и в худшем случае отец в Марлоне узнал бы о моем местонахождении.

Как только я прибыла в страну, я стала сама по себе. Идти на поклон к императору я с самого начала не собиралась.

Если бы я направилась на восток от Руколбени, то смогла бы увидеть Море Полумесяца. Именно оно дало название «Страна, рожденная от Луны». И, поскольку место, в которое я направлялась, находилось близко к восточной границе города, я думала, что скоро выйду к морю.

Но, разумеется, сначала я должна посетить знаменитый особняк Кончита.

Баника Кончита когда-то была аристократкой, известной большим вкладом в развитие местной кухни.

Сказку о «Вампирше Банике» знали везде в Эвиллиосе, и возникла она из-за ее образа жизни гурмана.

Интересно, что в легенде, написанной о «Сосудах смертельного греха», принадлежавший Кончите бокал был одним из сосудов. Из-за этого считалось, что она была одержима демоном [Чревоугодия].

— Ты действительно веришь этой оккультной книжке?

Мальчик, с которым я путешествовала в Левианте, смеялся надо мной. На самом деле я не верила ни в существование [Сосудов смертного Греха], ни в [Семь демонов], которые обитали в них. Но я подумала, что было бы лучше сделать такую загадочную тему смыслом моего, по большей части, бесцельного путешествия. Поездка не была бы интересной, если бы она не была драматичной.

Я впервые узнала о [Сосудах смертного Греха], из книги историка Уилла Яакко. Сейчас его считали шарлатаном, а его исследования были почти полностью признаны неправдоподобной сфабрикованной чепухой.

Но описание [Семи смертных грехов], о которых говорится в романе, было чрезвычайно захватывающим и сенсационным.

Больше всего меня заинтересовал тот факт, что имя некоего человека появилось в конце книги — книги, написанной более века назад.

.

«...Подводя итог, я хочу искренне поблагодарить моего друга, который предоставил мне так много ценной информации — Эллуку Клоквокер».

.

Эллука Клоквокер.

Колдунью, что недолго гостила у нас пять лет назад, звали так же.

Действие второе

Юкина ~Империя Вельзения, “Поместье Кончита” ~

.

Стоило мне ступить в каменные руины, построенные среди гор на юге Руколбени, меня постигло разочарование.

Я не нашла ничего, что могло быть хоть как-то связано с [Сосудами Смертного греха]. Было глупо ожидать чего-то грандиозного, но все же.

До этого я не находила ничего похожего на сосуд.

Но здесь вообще ничего не было.

Во время поисков мне казалось, что где-то может быть спрятан потайной ход или что-то вроде того, но я ничего не заметила.

Конечно, было ошибкой надеяться найти что-то в поместье, заброшенном почти двести лет назад, но в нем было слишком пусто.

Я достала блокнот и сделала пару записей о состоянии вещей в руинах. Но закончила почти сразу. Там, честно говоря, писать было не о чем.

— Не слишком здесь драматично, а? — пробубнила я себе под нос, не задумываясь.

Из окна третьего этажа открывался великолепный пейзаж. Отсюда было видно, как вдоль мирных виноградников тянулась линия зданий Руколбени.

Я решила полюбоваться еще немного, а потом вернуться в город. День подходил к своему концу, и мне стоило подыскать ночлег.

Если так подумать, Лили сказала, что Вельзения укрывает преступника, и это может стать причиной возобновления войны.

Преступник… попал ли он под «Приказ об охоте на ведьм»?

Изначальной целью «Приказа об охоте на ведьм» была глава революционного движения — Жермен Авадония. Официальная версия: она готовила еще одно восстание, прикрываясь недовольством от того, как с ней обращались после окончания революции.

Но я узнала кое-что, что не сходится с этой легендой. Чтобы дать толчок революции, Жермен совершила [грех]. Судя по всему это было нечто такое, за что ее возненавидел король Кайл. Это было не более, чем просто слух, поэтому я не знала, правда это или нет.

На данный момент «Приказ об охоте на ведьм» стал распространяться на всех, кто выступал против королевской четы Марлон.

Среди моих знакомых уже двое стали мишенями «Приказа об охоте на ведьм».

Эллука и Гумилия. Интересно, где они сейчас?

Эллука, одна из Трех Героев, и ее ученица Гумилия жили в поместье Фризис несколько месяцев во время Люцифенской Революции пять лет назад.

Я плохо помню, как они выглядели, но обе были красивыми женщинами. Эллука не особо обращала на меня внимание, но я много играла с Гумилией. Она была молчаливой и немного необычной девушкой, которая всегда требовала от меня вежливости.

как только все успокоилось, они покинули особняк, сказав, что направляются в страну на востоке.

Страна на востоке… Они не были Асмодине. Неужто они отправились еще дальше на восток?

Я снова услышала о них год спустя.

Они были в списке «Приказа об охоте на ведьм», изданном королем Кайлом Марлоном.

В этом не было ничего удивительного. Эллука напрямую подчинялась «Дочери Зла» – принцессы Рилиан, которая была казнена во время революции. Но тогда зачем искать их только год спустя?

И та Эллука Клоквокер, которую упомянул в своей книге Уилл Якко, была ее полной тезкой. Совпадение?

Ее имя появилось в книге, написанной более ста лет назад. Я не знала, был ли это один и тот же человек, но если, скажем, она была частью фамилии, где одно и то же имя передавалось из поколения в поколение, то, возможно, ей что-то рассказали о [Сосудах Смертного греха].

Кроме того, меня также интересовала «Дочь зла», которой Эллука и Гумилия когда-то служили. В этой Революции было несколько белых пятен. Разумеется, если бы я смогла поговорить с кем-то из приближенных принцессы Рилиан, то я могла бы получить невероятно ценные для истории сведения..

Не то чтобы у меня большая склонность быть историком, но это был бы отличный материал для романа.

Погрузившись в мысли, я лениво смотрела на улицу, но вдруг услышала, как кто-то поднимался по лестнице.

Похоже, кто-то кроме меня еще заглядывает в это опустевшее место.

Подошедший человек оказался девушкой в очках с короткими зелеными волосами.

— Я уверена, что сказала пограничнику, чтобы по прибытии в Руколебени он направил вас сразу в императорский замок, — сказала она.

Ага, значит, она как-то связана с императорской семьей Вельзении или с военными. И когда я не явилась в замок, она, видимо, пошла меня искать.

Даже пусть так, появилась она чересчур уж быстро. Откуда она знала, что идти нужно именно в эти заброшенные развалины?

Я придумала оправдание, чтобы ненадолго сгладить ситуацию:

— О, боже, как же так. Кажется, я ошиблась замком.

Даже для меня ложь казалась слишком очевидной.

— …Думаю, лучше для вас не заставлять Кила так волноваться.

— А?! А как насчет того, чтобы не совать свой нос в чужие дела? Я не собираюсь выслушивать ничьи нотации.

Я не выдержала, когда она упомянула моего отца, и сорвалась на грубость. У меня была привычка е следить за языком, если меня что-то выведет из себя. Видимо, до гордого звания “леди” мне еще очень далеко.

Но она назвала моего отца “Килом”. Насколько близко она знала его?

— Ты такая же, как и всегда, Юкина. И… я старше тебя. Обращайся вежливо к старшим.

Где-то я уже это слышала.

Я судорожно начала копаться в памяти. Может быть, поездка в Вельзению внезапно обернулась большим сюрпризом?

— Неужели… если я не ошибаюсь…

— Это я, Гумилия. Давно не виделись, Юкина.

В следующее мгновение я обняла своего старого друга так крепко, как только смогла.

Действие третье

Юкина ~ Империя Вельзения, Северо-Западный регион ~

.

На следующий день, после того, как я пообедала и вышла из гостиницы, Гумилия привела меня в гарнизон армии Вельзении на северо-западе. Я пошла туда, чтобы встретить одного человека.

Гумилия сказала мне, что она организует экипаж, но до нашего места назначения было не так уж и далеко, а я надеялась дойти пешком и полюбоваться сельскими пейзажами Руколбени.

— Если это вас не затруднит.

— Не возражаю. Я не прочь прогуляться.

Дорогой часто пользовались, поэтому она была в очень хорошем состоянии, и идти по ней легко.

— Вы теперь производите другое впечатление, вот я вас не узнала, — сказала я ей.

Оно поменялось не из-за внешности. Она была все в том же балахоне, что и пять лет назад, с той же прической. Если что поменялось — так это очки. Она раньше их не носила.

Самое кардинальное изменение претерпела ее речь. Она стала более плавной и мягкой, и в ней появилось что-то… я не знаю, как это описать, но казалось, что она стала более женственной, чем раньше.

— Вижу, вы начали носить очки.

— Это странно?

— Нет, на самом деле вам очень идет.

Подул ветер, и зеленые волосы Гумилии начали слабо развеваться. Такой цвет был характерен для Эльфе, живущих в Эльфегорте.

Я жила в расположенном к северу от Люцифении Эльферогре, пока мне исполнилось девять. Наш особняк сгорел из-за войны пять лет назад. С этим местом меня связывали как счастливые, так и болезненные воспоминания. Во время путешествия я была проездом в Эльфегорте, но не останавливалась там.

— Я думала, вы уже не в Эвиллиосе. Вы говорили, что направлялись на восток.

Конечно, Вельзения была расположена восточнее от Марлона. Но по тому, как она говорила об этом пять лет назад, я сама убедилась, что она говорила о стране, расположенной намного дальше на востоке.

— Честно говоря, я планировала. Но кое-что произошло, потому я уже два с половиной года работаю советником у императора Вельзении.

— Вы, чужак, занимаете такую важную должность здесь? Потрясающе!

— Ну, это благодаря связям Эллуки.

Очевидно, у нее была тесная связь с императорской семьей. Хотя Гумиллия коротко сказала мне, что не знает, какая именно.

Эллука остановилась с Гумиллией в замке императора?

— А как поживает Эллука? — спросила я.

Гумиллия к моему удивлению ответила:

— Не знаю.

— Что?

Она сказала мне, что Эллука канула в небытие три года назад, и с тех пор они не виделись. Гумилия искала ее, но она не смогла попасть на территорию Марлона из-за «Приказа Охоты на Ведьм», так что это было трудно.

— «Приказ Охоты на Ведьм», а? … С вами же все в порядке, мадемуазель Гумилия?

— До тех пор, пока я в этой стране.

Конечно, Вельзения, со всем своим враждебным отношением к Марлону, для нее была самым безопасным местом во всем Эвиллиосе.

Кажется, что преступником, которого преследовал Марлон, была она. Правительство Марлона выдвинуло требование императору Вельзении о выдаче Гумилии. Естественно, он отказался.

…Я снова заинтересовалась связью Эллуки с августейшей семьей.

Во всяком случае, моя надежда увидеть Эллуку Клокворкер пошла прахом. Но все-таки я смогла встретиться с человеком, который был близок с ней. Мои шансы встретить Эллуку, работая с Гумилией, были гораздо выше, чем если бы я искала ее сама.

Вдали я увидела запряженную волами повозку с двумя крестьянами, направляющимися в нашу сторону. Они проедут мимо нас прямиком в город.

Кое-что вспомнив, я кивнула Гумилии в знак благодарности:

— Это ведь вы послали мне разрешение на въезд в страну, не так ли?

— Да, я вспомнила твое имя. В любом случае, почему ты приехала в такое место?

— Действительно, почему… Думаю, я путешествую, чтобы расширить свой кругозор и вылезти из зоны комфорта.

Я не касалась темы Сосудов Смертного греха. Даже если бы она знала что-то об этом, лучшая ученица Эллуки вряд ли бы так просто рассказала мне о них. Я где-то читала, что колдун не раскрывает ничего, связанного с его силой.

— Что ж, мы должны появиться в замке императора? — спросила я, чувствуя себя немного неловко.

— А, в этом нет необходимости. Так было проще с тобой встретиться. Хотя ты пренебрегла этим, как я и думала, — ответила Гумилия, слегка улыбнувшись. На самом деле, стоит заметить, что она стала более выразительной, чем была.

— Извините за это… О, что это там?

Я указала вперед.

Впереди нас дорога уперлась в оградку. За ней выстроились памятники, кресты, статуи людей.

— Это кладбище?

— Да. За ним расположился гарнизон. Там же подразделение Лэнгли.

— Это немного тревожное место, да?..

По словам Гумилии, подобные кладбища были повсюду в Вельзении.

— Почти все могилы принадлежат умершим от болезни Гула.

Болезнь Гула была эпидемией, распространившейся по Эвиллиосу около пятнадцати лет назад, и, как говорили, пошла она с Вельзении. Недавно было разработано лекарство, но раньше она считалась неизлечимой.

С кладбища мы услышали женский крик.

— Эээээй! Сюда, идите сюда!

На ней была солдатская форма, так что, скорее всего, она была кем-то из гарнизона. Гумиллия направилась к ней, я последовала ее примеру.

— Спасибо, что пришли встретить нас, командир Лэнгли.

— Ой, что такое? Это гость, мастер Гумиллия?

— А, да. Я вас познакомлю. Это Юкина.

— Рада вас видеть, мадемуазель Шартетта. Я Юкина Фризис.

Я немного поколебалась, называть ли свою фамилию, Фризис. Но, поскольку эта земля не принадлежала Марлону и я уже раскрыла себя, прибыв сюда. Да и какой смысл скрывать это от кого-то из армии.

— …

Шартетта замолчала. Я почувствовала легкое беспокойство, что случайно сделала что-то грубое.

— В-ВООООООУ!

Вдруг вскрикнула Шартетта. Чувствуя некоторую опасность для себя, я сделала пару шагов назад.

— Мадемуазель Юкина! Вы — многообещающий юный автор, чье имя добавлено «Новеллисты, которые сейчас в моде», да?!

— Оч-чаровательно…

— “Черный Ворон и три лисицы” — прекрасная книга! Такой свежий стиль в классике, такая удивительная концовка! Сцена на мосте Дандар, когда раскрылись истинные цели Ворона была настолько трогательной, что я просто… ААА!

Внезапно стоящее рядом надгробие взлетело в воздух и бросилось на Шартетту. Бедную девушку отбросило назад, и она упала.

Обернувшись, я увидела Гумиллию, повторяющую какое-то заклинание, выставив перед собой левую руку.

Это была «магия» Гумиллии, которую я не видела уже пять лет.

— Я сделала это, потому что она меня раздражала. Тебя это не беспокоит?

— О нет… Просто это все еще такая впечатляющая и странная сила, эта «магия».

Даже если рассматривать это как магию, бросание надгробия в кого-то, вероятно, было бы оскорблением для последователя Левина, если бы он увидел это. Но Гумиллия, похоже, это совершенно не волновало.

Я хотела спросить больше о магии, если бы могла, но поскольку я сама не была ученицей, она вряд ли научит меня своим секретам.

— В любом случае, мадемуазель Шартетта в порядке?

Шартетта влетела в ограду кладбища. Теперь она выглядела, как изношенная тряпка для пыли.

— Она в порядке. Проблем нет. Она крепкая.

— Понятно, спасибо, — ответила я с улыбкой.

— Ой, так не пойдет. Знакомство еще в процессе. Эта девушка с кудрявыми хвостиками, ползающая по земле, — командир разделения Лэнгли, Шартетта.

Последняя встала, трясясь.

— …Шартетта Лэнгли… Приятно познакомиться…

— Действительно, она все еще жива. Ничего себе.

.

Оттуда мы втроем отправились в гарнизон.

— Мы будем там через минуту.

Шартетта шла впереди, ведя нас.

— Для меня большая честь встретиться с одним из героев революции, мадемуазель Шартетта Лэнгли, — сказала я, та же выглядела удивленной.

— Вы знаете обо мне?

— Да, мой отец тоже участвовал в революции. Я просматривала старые документы и газетные статьи.

Шартетта Лэнгли. Герой, сражающийся в Люцифенской Революции как одна из революционных солдат. Она победила одну из “Трех Героев”, Мариам Футапье в Битве при Райском Дворе.

Я спросила, может ли она как-нибудь рассказать мне об этом больше.

— Конечно, я расскажу тебе об этом сего… О, мы пришли.

Шартетта прервалась на полуслове. Пройдя через кладбище, мы увидели небольшое поселение.

— Это гарнизон подразделения Лэнгли.

Действие четвертое

Юкина ~Империя Вельзения, Гарнизон подразделения Лэнгли ~

.

Шартетта объяснила, что в качестве гарнизона армии использовался город-призрак. Рядом с полуразбитым колесом водяной мельницы, не перестающим пронзительно скрипеть и вращаться, двое крепких мужчин тренировались с мечами копьями.

— Она здесь?

Я бегло огляделась, но человека, ради которого я пришла сюда, мне найти не удалось.

— Не вижу ее. Должно быть, она в главном офисе.

— А где он?

— Я тебя проведу.

Шартетта снова пошла вперед, я последовала за ней.

— Основные силы подразделения Лэнгли состоят из солдат Люцифенской Революции… в основном из бывших членов сопротивления.

Шартетта по пути начала рассказывать о гарнизоне. Проходящие солдаты приветствовали ее. Это было похоже не столько на уважение к начальнику, сколько на чувство привязанности.

— Бывшие участники сопротивления?

— Да. После революции мы продолжали сражаться против короля Марлона, когда тот объявил об аннексии Люцифении.

Видимо, сначала у них было преимущество в бою. За короткий промежуток времени они заняли Черную гору и крепость Ретасан.

— Но все пошло не так хорошо, как во время Революции. После того, как генерал Лили Муше приняла контрмеры, мы потеряли Ретасан и нам пришлось бежать в Вельзению.

Лили сказала то же самое, когда мы впервые встретились. Даже под управлением Марлона Люцифения и Вельзения продолжали свои стычки по каким-то причинам.

— Император отказался от требований выдать сопротивление. Спасибо мастеру Гумилии, она замолвила за нас слово.

Последняя же продолжала идти за нами, оставаясь незаинтересованной.

— В свою очередь, сопротивление, в конце концов, оказалось в Вельзении одним из подразделений.

Таким образом их интересы пересекались: сопротивление нуждалось в покровителе, император Вельзении боролся с сокращением рабочей силы.

Постепенно я поняла причину, почему Марлон был начеку из-за Вельзении.

Сопротивление и «Ведьма» Гумилия собрались здесь, в этой стране. Кроме того, император полностью игнорировал все требования.

По сути в этой стране было много поводов для беспокойства Марлона. Потому Вельзения не могла позволить всему этому ускользнуть.

И сейчас Шартетта сказала кое-что неожиданное.

— Ну, я слышала это только от других солдат.

— Серьезно?

Удивительно, но похоже, она не участвовала в сопротивлении в то время.

— Я приехала в Вельзению около года назад. Когда сопротивление официально стало подразделением, я стала командиром вместо Йорка. Ему пришлось уйти с фронта после ранения.

— Вы, должно быть, широко известный человек, мадемуазель Шартетта, раз стали командиром так скоро после прибытия.

— Хех, я же лучшая!

Шартетта сильно возгордилась.

И, видимо, она не слышала, как сзади Гумилия буркнула: «Больше никто свою кандидатуру не выдвигал».

— Но тогда где вы были, пока не прибыли сюда, мадемуазель Шартетта? – спросила я.

Она, не оборачиваясь, ответила:

— Как и вы, я путешествовала.

.

В центре гарнизона стояло здание больше других. Оно могло быть домом деревенского старосты. Шартетта открыла дверь.

— Это главный штаб. Заходите!

Когда мы с Гумилией вошли, там сидело два человека. Один из них был крупным, но одноглазым, а, второй отличался зелеными волосами и тонкими чертами лица.

— Я привела их! – сказала Шартетта.

Одноглазый мужчина встал, протягивая руку для рукопожатия. Он опирался на трость, как будто у него была больная нога.

— Я Йорк ле Корбюзье. Мы встречались однажды, помнишь?

Немного подумав, я сообразила и вспомнила его. Я пожала Йорку руку и ответила, улыбаясь:

— Давно не виделись, месье. Последний раз я вас видела в особняке Корпы, да?

Это было после того, как наш дом в Эльфегорте сгорел, и моя семья нашла убежище у знакомого в Люцифении. Некоторые люди навещали моего отца, прося у него финансовой помощи для Революции. Йорк был одним из них.

— Твой отец очень помог нам тогда.

Поприветствовав остальных, Йорк вернулся на свое место.

— У вас больная нога?

Услышав мой вопрос, Йорк слегка смущенно похлопал по своей правой ноге.

— Рану нанесла леди генерал Люцифении.

При этом другой человек, пишущий письмо за столом, раздраженно сказал: — Ты больше не можешь сражаться, тебе пора в отставку.

Йорк обиженно возразил:

— Заткнись, Минаж. Тебе нужно уходить домой раньше. Секка жаловалась мне.

— Да, да, понял, тесть… Ой, простите. Не хотел заставлять вас ждать.

Человек по имени Минаж встал и поклонился.

— Я заместитель командующего Минаж. Я родом из Эльфегорта, потому у меня нет фамилии.

В Эльфегорте у простых людей, которые не были дворянами или членами королевской семьи, не было фамилий.

Я слышала имя Минаж раньше. Если я правильно помню, это было имя революционера, который смог связаться с королем Сони в Эльфегорте во время революции.

— Рада встрече с вами. Я знаю о вашем вкладе в Революцию.

— Я был просто посредником.

— О нет, я слышала, если бы вы не смогли связаться с эльфенской армией, Революция бы не завершилась успешно.

Пока Минаж скромничал, Шартетта беспокойно оглядывалась. Затем она спросила Йорка:

— Где сестренка?

— Кто знает? Может напилась где-то, — ответил Йорк, в его голосе слышалось отвращение.

— Юкина пришла, чтобы увидеться с ней. Она слышала истории о ней, о лидере Революции.

— Эх… И зачем? – спросил Йорк, поворачиваясь ко мне.

— Я хочу как-нибудь написать историю о [Дочери Зла]. Поэтому я хочу расспросить людей, которые так или иначе были связаны с ней.

Правда это или нет, Йорка, видимо, это не беспокоило. Он отвернулся, по его выражению лица было понятно, что он недоволен тем, что я трачу его время.

— Ну, она не могла покинуть гарнизон. Поищите ее на где-то территории.

— Так и сделаю.

Гумилия, до этого тихо стоявшая и наблюдавшая, внезапно заговорила:

— Могу ли я вернуться к делам?

— Эй, ты же не собираешься оставить гостью, мастер Гумилия? – пожаловался Йорк, но она этого уже не слушала. Девушка пошла, не дожидаясь разрешения.

— Я не против. Спасибо вам за все. Я хотела бы с вами поговорить на днях, надеюсь, вы будете не против.

— …Было бы хорошо, если бы у меня было свободное время.

Сказав это, Гумилия вышла на улицу и пошла по дороге, по которой мы сюда пришли.

Провожая ее взглядом, Шартетта подняла левую руку и сказала:

— Тогда я провожу тебя, Юкина!

Но вмешался Минаж:

— Вы тоже должны выполнять свою работу, командир~. Вы единственный здесь грамотный человек.

— Агх, но…

Шартетта обиженно вздохнула. Непонятно, она хотела мне тут все показать или просто не работать?

— Все нормально. Позвольте мне самой осмотреться. Я не буду ходить, куда нельзя, вам не о чем беспокоиться.

Я сделала реверанс, а затем покинула здание. Когда я закрыла дверь, то увидела, как Йорк схватил Шартетту за ворот и потянул ее назад, когда она попыталась последовать за мной.

.

Я услышала далекий перезвон колоколов.

Вероятно, из церкви на кладбище.

Настало время пить чай.

В моей родной стране я могла рассчитывать на чай со сливками, который мне приготовят слуги. Я перепробовала много блюд за время своего путешествия, но простого вкуса чая со сливками мне не хватало.

Может быть, я просто тосковала по дому. Интересно, у Айль и Шоу все в порядке?

А? Что это такое?

Я увидела двигающийся силуэт в тени дерева. Я подошла к нему, думая, что это кошка, но увидела только упавшую женщину.

— Ургх!..

Это плохо!

— Вы как? Я сейчас позову кого-нибудь на помощь, подождите немного.

Как только я собралась уйти позвать кого-то, упавшая женщина левой рукой схватила подол моего платья.

— Не уходи…

— …

— Я не хочу… Не хочу оставаться одной… Папа… Аллен…

Ей снился кошмар? Женщина бредила.

В руке у нее была бутылка ликера.

.

— Вы пришли в себя? — спросила я.

Женщина, сидящая вместе со мной в тени дерева, кивнула, не сказав ни слова.

— Извините, что заставила вас беспокоиться, мадемуазель. Похоже, я немного перебрала, — с благодарностью сказала она, глядя на небо и положив на голову мокрую ткань.

Все солдаты гарнизона, как мужчины, так и женщины, были одеты либо в военную форму, либо в темно-алые доспехи — национальный цвет Армии Вельзении. Но она была одета в алое платье.

Не думаю, что она это поняла, но это была не первая наша встреча.

Я пришла сюда, ради встречи с ней.

— Я не думаю, что нужно так много пить в начале дня, мадемуазель Жермен.

— …Мы раньше встречались?

Она выглядела более вялой и подавленной, чем пять лет назад, но это действительно была она. Герой Революции, Жермен Авадония.

— Я Юкина Фризис. Мне приходилось видеть вас раньше в поместье Корпа, мадемуазель Жермен.

Представившись, я сделала реверанс.

— А, дочь Кила? Ты выросла.

Жермен посмотрела на меня еще раз, потом снова перевела взгляд на небо.

— Как у него дела? – спросила она.

Я сама не знала. По крайней мере, известий о его смерти не было, так что, скорее всего, все в порядке.

— Я не уверена. Я не видела его около года, поэтому не знаю.

— Хм? Ты сбежала из дома?

Жермен убрала ткань с головы и положила рядом с собой.

— Я не уверена, что это так можно назвать… Я просто нахожусь в путешествии, чтобы расширить свой кругозор.

— Путешествие, а?.. Это хорошо. Я тоже путешествовала до прошлого года.

На ее губах заиграла легкая улыбка.

— Вы путешествовали с Шартеттой?

Она ведь тоже сказала, что прибыла сюда в прошлом году.

— Ага. После Революции все стало действительно утомительно. Я хотела покинуть Люцифению одна, но она пошла за мной.

— Стало утомительно?.. Почему?

Я ненамеренно заговорила пытливым тоном.

— Почему… ничего особенного.

Жермен смотрела на меня с лицом, говорящим, даже если бы она знала, то не сказала бы.

— Зачем ты пришла сюда, Юкина?

— Я пришла к вам. Хочу поговорить.

По правде говоря, увидеть Жермен Авадонию — лишь одна из целей моего путешествия.

Ходил слух о ней — Указ об Охоте на ведьм.

Поэтому, когда я узнала от Гумилии, что Жермен здесь, я попросила ее взять меня с собой.

— Я не знаю ничего интересного.

— Как насчет Указа об Охоте на ведьм?..

После моих слов Жермен помрачнела.

— Спустя три месяца после того, как я покинула страну, правительство Марлона объявило меня в розыск, не так ли? Публике они заявили, что это из-за того, что я готовила измену,— она не пыталась скрыть свое недовольство. — Это был просто предлог. Я ничего не планировала.

— Но ваши сторонники – члены сопротивления – восстали против Марлона после этого. Я узнала об этом совсем недавно.

Жермен возразила, что на самом деле все было наоборот.

— Это Кайл внезапно решил от нас избавиться. У нас не было выбора, кроме как противостоять ему.

Зачем ему пытаться это делать? Кажется, Жермен сама не знала ответ.

— Мне повезло, что я тогда была в поездке. Йорк говорит, что он не знает, как все обернулось бы, если бы я тогда была в стране.

— Кстати, — конечно, это были просто сплетни, но все же, — может быть, король Кайл думает, что вы убили [Диву Эльфегорта] Микаэлу?

Происшествие с певицей [Микаэлой] был одной из причин Люцифенской Революции.

Король Марлона Кайл был помолвлен с [Дочерью Зла] Рилиан. Но он влюбился в Микаэлу и разорвал помолвку. В ярости принцесса вторглась на Эльфегорт, и в разгар войны Микаэлу убили.

Ее любили многими, и ее смерть только разожгла гнев местных жителей, а также укрепила восстание Люцифении. Говорят, что это привело Революцию к успеху, так как главные боевые силы Люцифении не могли вернуться из Эльфегорта.

— Жермен Авадония, чтобы разжечь ненависть народа к королевской семье Люцифении, нашла спрятанную Микаэлу и убила ее. Король Кайл узнал об этом и в гневе поклялся отомстить Жермен — эту историю я слышала.

Она слушала меня молча. По ее выражению сложно было сказать, злилась она или обижалась.

Через некоторое время она снова заговорила.

— Где ты это услышала?

Я думаю, естественно, что она была удивлена.

— Ну, я подслушала кое-что, пока путешествовала, — ответила я.

Хотя в действительности я получила эти данные, следя за характерными информационными сетями, которые семья Фризис раскинула повсюду в Эвиллиосе.

В каждой стране под покровительством моего отца работали «информационные посредники». Я много с ними не общалась, но они хорошо помогали в моих путешествиях, когда у меня возникали проблемы.

Контроль над информацией является ключом к успеху – так говорит мой отец.

— …Понятно, — Жермен растянулась на траве в тени дерева. — Я не знаю, правда ли это, но это объясняет внезапные перемены Кайла.

Я посмотрела ей в глаза.

— Что случилось потом? Слух, что вы убили Микаэлу… правда?

—... У тебя очень серьезный вид. Это действительно так важно для тебя?

— Я знала Микаэлу при жизни.

Жермен приподнялась на локтях.

— Хм? И в каких вы были отношениях?

— Микаэла была… горничной семьи Фризис. Вы не знали?

— Понятно… Значит так. И что ты собираешься сделать? Если я виновна, ты арестуешь меня прямо тут и передашь правительству Марлона?

— Первым делом я хотела бы знать, правда ли это… Я хочу убедиться, действительно ли ты убила Микаэлу.

Жермен некоторое время молчала, глядя мне в глаза. Я и в прошлый раз отметила, что, что у нее были довольно красивые черты лица.

— Я не убивала ее. Я никогда не встречала Микаэлу.

Мы продолжали смотреть друг на друга.

Наконец, я медленно закрыла глаза и сказала:

— Хорошо, поняла. Я верю тебе.

— Ха-ха. Ты, должно быть, очень веришь в меня.

Конечно, мои сомнения развеялись не полностью. Но у меня не было никаких доказательств, что это сделала она, да и ее мотивы меня немного смущали.

Я все еще хотела услышать правду непосредственно от нее самой. Была ли Жермен Авадония злом или нет? Сейчас, когда мне уже четырнадцать, я хотела сама в этом убедиться.

— Как я и думала. Герой Жермен Авадония не из тех, кто поставит под угрозу жизнь другого человека ради своих целей.

— …Ты ничего не знаешь. Ничего обо мне.

Я пыталась похвалить, но, кажется, это только огорчило ее.

— Вы правы. Я еще не знаю вас, мадемуазель Жермен, — мне нужно больше времени, чтобы узнать ее получше. – Что мне нужно сделать, чтобы поладить с вами?

Я сделала вид, что задумалась. Это была просто уловка. Я все решила прежде, чем приехать сюда.

Место, связанное с [Сосудами Смертного греха], ученицей Эллуки и людьми, связанными с [Дочерью Зла].

Все, что я искала, собрано здесь. Я не могла позволить себе упустить это.

Жермен выглядела озадаченной. Видимо, не могла понять, о чем я думала.

— Точно! Я поняла! Я останусь здесь на некоторое время!

— Как?! Зачем тебе это? — Жермен была ошеломлена моими словами. — Гражданские лица не могут находиться в военной части!

— Все люди этого подразделения изначально были гражданскими, верно?

— Все будут против тебя.

— О, подразделение Лэнгли будет враждебно относиться к дочери их покровителя, семьи Фризис?

— У тебя нет разрешения от начальства…

— Но, похоже, командир этого подразделения – моя поклонница. Я уверена, что, если скажу ей, что это для исследования, она будет более чем рада дать мне разрешение.

— Не Шартетты. Из высшего руководства!

— Вы недооцениваете авторитет семьи Фризис. Мой отец также поддерживает императора Вельзении.

— …Тебе не стыдно использовать связи своих родителей?

— Еще чего.

— …Ты оказалась на удивление злой девочкой…

Жермен была настолько ошеломлена, что не сказала ничего, кроме этого.