Сцена 1

В лесу мирно, но в то же время скучно. Элд говорит, что это хорошо. За тысячелетие я многое что изучила. Я знаю, что такое цветок, семена, камень, весна, ветер, земля... Но все равно еще многого не знаю. Я не знаю ничего, кроме этого леса, поэтому мир людей мне незнаком. Именно из-за этого я не знаю, почему она плачет.

Я не понимаю.

Мне хочется больше знать об этих удивительных существах, называемыми людьми.

Сцена 2

Микаэла, Эльфегорт, Озеро Развлечений.

Перед моим взором раскинулось большое озеро. Дул легкий ветерок, а на небе было ни единого облачка. Эта погода идеально подходит для зарянки.

На севере от леса Элда находится большое озеро, которое прозвали Озером Развлечений. Один пожилой мужчина, пришедший к Тысячелетнему древу для паломничества, рассказывал юноше, которого привел вместе с собой, о легенде, связанной с этим озером. По его словам, озеро было местом, где духи, служившие богу земли Элду, приходили поиграть. В такие моменты духи приносили голубые камни духов. Поговаривают, что если их взять и закопать в землю, то в этом регионе будет очень хороший урожай.

Я почувствовала сильную ностальгию, услышав эту историю, но, к сожалению, она была правдой лишь наполовину. Мы, правда частенько приходили сюда, чтобы поиграть, но это было давным-давно. Тогда было еще много людей, которые могли видеть духов. Из-за этого было куча людей, которые верили в легенду и ловили духов, пытаясь заполучить голубые камни духов. Вот только вся эта история о голубых камнях была неправдой.

Обычно духи не могут ничего есть, но, когда мы превращаемся в животных, все становится по-другому. Мы не голодаем, но можем наслаждаться вкусом еды. Одним из фруктов, который нам нравиться, является траубен. Траубен это сине-фиолетовый фрукт, который гроздьями растет вдоль побережья озера. Люди как-то делают из него алкогольный напиток, поэтому приходили срывать фрукты. Возможно, когда-то кто-то увидел духа рядом с траубеном и приняли его за драгоценный камень под лучами лунного света. Из-за этого господин Элд запретил кому-либо ходить на озеро, чтобы с духами нечего не случилось.

Траубен не был фруктом из леса господина Элда, поэтому было много духов, которые никогда его не пробовали. Как бы я не описывала его вкус, я не могла нормально передать его вкусовую палитру. Как говориться, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Я пришла к озеру как раз для того, чтобы найти немного траубена.

Было светло, поэтому я решила быстро слетать, а затем вернуться. Эллука предупредила меня, что есть люди, которые все еще могут нас увидеть. Если задержусь, господин Элд будет сильно волноваться. Лес, конечно, прекрасное место, но, прожив в нем тысячу лет, начнешь рано лил поздно скучать. Во время полета я увидела, где растет траубен. Западное побережье было окрашено в сине-фиолетовый цвет. К северу отсюда находится небольшая деревня, которая выживает за счет виноделия.

Вернувшись в знакомое место, я почувствовала внезапную ностальгию. Оно ничуть не изменилась. Как только я села на ветку рядом с полем, моя цель была перед моими глазами. Не задумываясь, я съела очень вкусный траубен. Мне было немного неловко срывать урожай, который так отчаянно пытались вырастить люди. Среди плодов было мало поспевших, но я надеюсь, они не против.

Я попробовала еще один. Сладость и легкая кислинка наполнила мой рот. Вкусно! Было вкуснее, чем во все предыдущие разы. Может потому что прошло уже много времени или просто вывели новый сорт? Очень интересно. В форме зарянки я могу унести пару плодов своим друзьям. Я выбрала те траубены, которые выглядели вкуснее всего, и взяла столько, сколько смогу. Думаю, столько хватит. Если им понравится, в следующий раз вместе пойдем их соберем.

Но если мы сорвем их слишком много, это может повлиять на людей.

Осталось только понять, как скрыть это от господина Элда. Я снова взмыла в небо. Наверное, из-за жадности я прихватила крупные плоды, но долететь до леса точно смогу. По покачиванию в воздухе я поняла, что кто-то приближается ко мне сзади. Когда обернулась, увидела большую черную фигуру.

— А?

Фигура целилась в меня, преследуя на невероятной скорости. Чувствуя себя в опасности, я полетела еще быстрее, но не могла сравниться со скоростью, с которой своими крыльями меня настигал преследователь. Шесть острых толстых когтей приближались ко мне.

— Не надо меня разыгрывать! Прошу! Это я, Микаэла! — закричала я в страхе, хотя мои слова не были услышаны.

Тот, кто преследовал меня, не был ни духом, ни другом из леса. Сразу после этого меня поцарапали. Из-за боли я выронила траубен. После он отлетел, преследуя фрукт. Похоже целью преследователя был траубен. В этот самый момент я разглядела преследователя. Это была черная Роллам. Птица оставила на моем правом крыле глубокую рану. Мое правое крыло не двигалось.

Дело плохо! Я падаю!

Потеряв контроль, мое тело закружилось и упало на землю.

Сцена 3

Микаэла, Эльфегорт, деревня Яцки.

Даже открыв глаза, я не могла понять, где нахожусь. Я была в месте, окруженном обработанными камнями, так, что не видела неба. В лесу я подобного никогда не видела.

Хотя... Нет, я уже видела что-то подобное.

Но где же? Где... Точно! Дом господина Панта.

Пант был лесорубом, который жил в лесу Элда вместе с женой и ребенком. Когда он возвращался домой, его дом внутри был примерно таким же. Вот только дом Панта был полностью из дерева, а этот дом сделан из дерева и камня.

Я в доме человека. Но как я попала сюда? Если ничего не путаю, на меня напала черная Роллам...

Черная Роллам птица не из Эльфегорта. Просто иногда стаи бродячих птиц терялись в лесу. У Роллам обычно воинственный характер, поэтому господин Элд попросил быть начеку при встрече с ними.

Как жаль, что я растеряла весь собранный траубен...

Как бы то ни было, сейчас мне нужно вернуться в лес. Господин Элд и остальные духи сильно беспокоятся за меня.

Но как мне отсюда вылететь?

Если бы я была в своей духовной форме, то могла бы просто выбраться наружу, пройдя сквозь камень, но, увы, я не могу этого сделать, будучи в форме зарянки. Надо вспомнить, как я покидала дом Панта... Нужно опустить ручку на этой доске, которую люди называют дверью. Вроде как-то так. Я подлетела к этой так называемой двери, хлопая своими крыльями.

Ой!

Сильная боль пронзила мое правое крыло. И теперь я вспомнила, что когти черной Роллам крепко сжали мое правое крыло со всей силы. Похоже, мне конец. Я посмотрела на свое тело и увидела, что мое тело и крыло было обернуто в какую-то ткань и в вещество, из-за которого мне тяжело двигаться. Я пыталась как-то распутать ее, но ткань еще сильнее обвилась вокруг моего тела.

Черт!

— Похоже, ты попала в затруднительное положение.

Дверь открылась, и внутрь вошла старая женщина. Она держала в правой руке небольшую коробку. Возможно, эта женщина хозяйка дома. Она была худее всех людей, которых я видела. У нее были белые волосы, завязанные сзади в пучок. Ее сложное выражение лица было таким, будто она потрясена моим положением дел, но в то же время улыбалась.

— Видать Кларисса, не смогла аккуратно перевязать тебя. Извини, пташка.

Она поставила маленькую коробочку рядом со мной и осторожно взяла меня. После того как она развернула всю ткань с моего тела, начала снова обматывать ее вокруг меня. Ткань теперь была обмотана гораздо туже, чем до этого, но теперь мне стало легче двигаться.

— Нам нужно остановить кровотечение, пока рана не заживет.

Так она этой тканью обмотала мою рану. У меня никогда не было ран, так что никогда не знала об этом.

А? Рана? Точно! Я не должна быть в форме зарянки. Как только я отменю свою трансформацию, любые травмы излечатся в мгновение ока, и тогда смогу запросто вернуться. Почему я сразу об этом не подумала? В таком случае...

Чего?

Я попыталась трансформироваться в форму духа, но у меня так и не получалось. Я задумалась и поняла, почему у меня ничего не получилось. Дело в том, что я могу трансформироваться только в лесу.

Что же за день такой...

Пока я падала вниз по спирали своей собственной глупости, услышала, как снова открылась дверь.

— Я дома.

Внутрь вошла девушка с белыми волосами и мрачным выражением лица. У нее были белые волосы, хотя она значительно моложе женщины перед мной. Может, они родственники? Девушка держала в руках большую корзину.

— Добро пожаловать домой, Кларисса.

Взглянув на слегка улыбающуюся женщину, девушка по имени Кларисса поставила корзину, которую держала в руках, в угол комнаты, но при этом ее выражение лица не изменилось.

— Мама, тебе нужно отдохнуть. Ты неважно выглядишь.

— Ты можешь сколько угодно говорить, но я чувствую, что если не буду время от времени греться на солнце, мне станет еще хуже. Кстати, Кларисса, зарянка открыла глаза.

Она назвала ее мамой? Так они двое родственники? Возможно, седые волосы женщины не признак ее возраста. Ухмыляясь, мама поставила передо мной маленькую коробочку, которую держала в стороне. Что в ней? Я попыталась заглянуть.

Ого!

Внутри извивались дождевые черви.

— Время ужинать, — с улыбкой на лице сказала женщина.

Может быть, для обычной зарянки это было настоящим праздником, но поскольку я чуть более возвышенная душа для меня... Мне было очень тяжело сдержаться.

— Ой, она не хочет есть.

— Тогда как насчет этого?

Не меняя своего обычного выражения лица, Кларисса подошла к корзине, которую поставила на пол, и вытащила что-то из нее. Когда я подумала, что она крайне необщительная девушка, ко мне от нее что-то прикатилось.

А! Это же... Траубен!

Будучи в очень приподнятом настроении, я без промедления укусила фрукт. Прямо передо мной мама сделала удивленное выражение лица.

— Обычно зарянки едят насекомых. Ты необычная птица. К тому же я никогда не видела зарянку с такими красивыми зелеными перьями. Может, ты воплощение лесного духа?

— Духи это выдумка, — холодно произнесла Кларисса, искоса взглянув на удивленное лицо матери.

Но ведь прямо перед тобой жадно ест траубен...

— Их не существует.

«Сегодняшняя молодежь недостаточно набожна!» — всплыли в моей голове недовольные слова Элда.

— В этом мире нет ни духов, ни богов! Если бы они существовали, нам бы с тобой не пришлось так тяжело жить!

— Кларисса...

— Да даже этот траубен! Я потратила кучу времени, чтобы взрастить его, но он настолько плох, что не могу его никому продать!

Плох? Правда? Его форма несколько искажена, но на вкус он очень даже ничего.

С хмурым выражением лица, Кларисса, кое-как сдерживая слезы, посмотрела в мою сторону.

— Пускай хоть птице будет от них хорошо! — с этими словами она повернулась к двери.

— Ты куда, Кларисса?

— К старосте. Он опять меня вызвал.

Нахмурившись, девушка вышла. Ее мама выглядела очень грустной, но, когда заметила, что я все съела, она подошла корзине, чтобы принести мне еще.

— Мне очень жаль, пташка. Она правда очень добрая девочка. Именно она принесла тебя сюда, увидев, что ты ранена, и сама перевязала твою рану. Прошу, прости ее.

Мама снова улыбнулась, но по какой-то причине я поняла, что это была неискренняя улыбка. Что же за тень омрачила их сердца?

Прошло две недели.

Не смотря на небольшую боль, мое крыло зажило. Через два-три дня я смогу вновь летать. Маме в последнее время было не по себе, поэтому все время отдыхала в постели. Из-за этого обо мне заботилась только Кларисса.

— Грюне, пора ужинать.

В начале Кларисса была холодна по отношению ко мне, но мало-помалу ее сердце начало таять. Она прозвала меня Грюне. На языке Эльфен означает зеленый. Это было неплохое имя, поэтому я полюбила его. Траубен, который не могла продать Кларисса, отдавали мне как корм.

— Нравится, Грюне?

Очень вкусно!

Я попыталась ответить ей, но из моего клюва вырывалось лишь небольшое щебетание. Несмотря на то, что мы не могли вести нормальный разговор, мы очень наслаждались временем, проведенным вместе. Она мне постоянно рассказывала, что случилось: «Сегодня я совершила ошибку», «Сегодня меня отругали за то, что я сделала что-то не так» и так далее. Все истории были о ее собственных ошибках. Было такое ощущение, будто она была безнадежно неуклюжей.

Кларисса работала вдвое усерднее всех остальных. Она все время готовила, убиралась. Чем бы она не занималась, ее лицо было всегда крайне серьёзным и сосредоточенным на задаче, поставленной перед ней. Когда она смотрела на меня, ее лицо было безэмоциональным. Для меня она сделала клетку из веток, которые собрала на улице. Я могла бы легко из нее сбежать, но я не могла решиться на это, так как, делая ее, она покрыла свои руки царапинами. В доме было небольшое окно. В ясную погоду Кларисса ставила клетку у окна, чтобы я могла посмотреть на мир за окном.

Однажды я увидела, как она работает в поле с другими жителями деревни. Пока остальные уходили на перерыв и болтали, Кларисса продолжала работать, не отдыхая и не разговаривая с другими. Несмотря на это, она заканчивала работать позже всех. Конечно, ей не хватало сноровки, но в то же время ее инструменты были заметно хуже, чем у всех остальных. Тем не менее никто не помогал ей. Они скорее даже мешали, вытаптывая вспаханную ею землю.

Выражение лица Клариссы никак не менялось из-за плохого отношения к ней. По отношению к остальным она была безэмоциональной и грубой. Также она относилась и к своей маме, но нельзя сказать, что у них были плохие отношения. Свою слабую улыбку Кларисса показывала лишь когда, общалась со мной.

Она отличалась от остальных. У всех были зеленые волосы, а у Клариссы были белыми. Я считаю, что ее волосы красиво сверкают на свету, но, похоже, к ней относились «по-особенному» как раз из-за внешности. У нее были раны на теле. Кларисса говорит, что они появляются из-за ошибок на работе или от падений, но иногда у нее появлялись серьезные раны и синяки. Раны были настолько сильными, что она не могла получить их, просто упав. Я беспокоилась за нее, но как только я хотела узнать, что именно с ней произошло, она тут же ложилась спать, ничего не рассказывая.

За эти две недели я начала понимать, кто такие люди.

На следующий день Кларисса снова пошла на работу, а ее мама спала как убитая. На улице было солнечно, поэтому моя клетка стояла у окна. Вот только Клариссы не было нигде видно. Возможно, она пошла за фруктами в лес или работала в поле, которое отсюда не видно. Я услышала какой-то стук у окна. Сначала я подумала, что это воображение, а затем снова услышала стук. Когда я задумалась кто это, внезапно у окна появился бурундук. Он умело просунул свое тело через отверстие в окне.

— Наконец-то я нашла тебя, Микаэла.

— Гумилия?

Это был знакомый мне дух по имени Гумилия. Она приняла форму бурундука и искала меня, не зная где я.

— Тебя поймали? Давай быстрее вернемся домой.

Своими маленькими ручками Гумилия открыла защелку на птичьей клетке, а затем жестом пригласила меня наружу. Шанс вернуться домой появился раньше, чем я планировала. Теперь я могу вернуться домой, но я заколебалась.

— Ты собираешься домой?

Я обернулась на источник голоса. Мама, которая я думала, что спит, посмотрел в нашу сторону.

— Твой друг пришел забрать тебя?

— А? Как вы поняли, что я... — ответила я, не задумываясь, что мои слова дойдут до нее.

— Я знала это с самого начала.

— Правда? Вы слышите, что я говорю?

— Давным-давно я была шаманом. Кларисса не верит во все это, поэтому я ей и не рассказывала.

Я была удивлена. Прошло много времени с тех пор, как я встретила человека, который мог бы меня услышать. Исключением была Эллука.

— Вы очень хорошо позаботились обо мне. Спасибо вам за то, что спасли меня.

— Это тебе спасибо. Хоть ненадолго, но Кларисса была рада времени, проведенному с тобой.

— Я тоже.

Жаль, что я не могла с ней поговорить, но, тем не менее, я была рада завести себе друга среди людей. Возможно, если бы я была человеком, то могла бы поиграть с ней и выслушать ее проблемы.

— Прошло много лет с тех пор, когда я в последний раз видела на ее лице улыбку. Ты была самым близким другом Клариссы. По крайней мере, я так думаю.

— У Клариссы нет друзей?

— Ты должна была понять, когда смотрела в окно. Эльфы избегают Нэцум, таких, как Кларисса.

— Нэцума это люди с белыми людьми, а люди с зелеными волосами — это Эльфы? Вы тоже Нэцума?

— Нет. Мои белые волосы лишь признак моего возраста. Тем не менее я все равно не Эльф. К тому же меня сторонятся из-за того, что я усыновила Клариссу. Но я благодарна за то, что мне позволили просто жить здесь.

Если Кларисса на самом деле приемная, значит, она не настоящая мама, но при этом они стали настоящей семьей, хоть и не связаны общей кровью. Их притесняют из-за расовых различий. Люди очень странные существа.

— Почему же люди притесняют других без вязкой причины?

— Ха-ха. Духу этого не понять. Кстати! Возьми подарок с собой.

Мама поставила связку траубенов рядом со мной.

— Спасибо. Большое спасибо.

Я еще раз сказала спасибо, а затем попыталась взмахнуть пару раз крыльями. Было немного больно, но я могу лететь.

— Я обязательно вернусь, чтобы поиграть! Обещаю!

Я выпрыгнула из окна вместе с Гумилией, которая уже устала ждать. Мама Клариссы все это время махала с улыбкой на лице. Неся с собой траубен, я полетела с максимальной скоростью, чтобы поспеть за Гумилией. Я внимательно смотрела, чтобы поблизости не было ни одной черной Роллам, так как не смогу вынести, если на меня еще раз нападут. Также я глазами искала Клариссу.

Как жаль, что я не смогла с ней попрощаться.

Сцена 4

Микаэла, Эльфегорт, Лес Тысячелетнего Древа.

В Лесу Тысячелетнего Древа, где жил господин Элд, было всегда тихо, но сегодня все было совсем по-другому.

— Ты идиотка!

По возвращению в лес меня ждали гневные слова господина Элда. Я была наивной, думая, что после всего случившегося все пройдет тихо и мирно. Мне пришлось просидеть целую ночь, пока господин Элд читал мне нотации из-за того, что я нарушила правила и без вести пропала.

— Ну почему он так сильно меня ругал! — пожаловалась я Гумилии, которая пришла меня утешить на следующее утро.

Но...

— Ты сама виновата.

Она сразу перешла к делу.

— Ну кто же знал, что на меня нападет черная Роллам! После ее атаки я не могла пошевелиться!

— Ты сама виновата, что одна вышла из леса.

— Ааа!

Где-то вдалеке другие духи хихикали надо мной. Гумилия всегда мыслила спокойно и объективно. Она была из тех, кто называла вещи своими именами. Но даже так пускай она хоть немного посочувствует мне!

— Микаэла, мы все бессмертны, пока господин Элд не увянет, но это правдиво лишь до тех пор, пока мы в форме духа. Если мы превращаемся в животных, мы становимся частью живого мира. Из-за этого, если нас ранят, мы можем умереть.

— Ты права, но...

— Если бы ты умерла, то исчезла бы из этого мира навсегда. Мне этого не нужно. Я не хочу, чтобы ты исчезла.

Гумилия всегда говорит откровенно, но однозначно не была плохим духом.

— Извини, Гумилия. Ты права. Я больше так не буду.

Но если нам нельзя вмешиваться в остальной мир, зачем мы тогда вообще существуем? Я пошла к господину Элду, чтобы еще раз извиниться. Похоже, он успокоился.

— Прошу, пойми. Не заставляй меня волноваться, Микаэла. Ты моя драгоценная веточка, мое прекрасное дитя.

— Я поняла. Больше не буду уходить из леса одна.

— Рад слышать. Попробую еще раз заснуть...

Не успел господин Элд, договорить как тут же погрузился в сон. Теперь, когда он уснул, пойду поем траубен со всеми остальными. Пока я летела, почувствовала чье-то присутствие. Кто-то шел. Это не паломник. И не Эллука...

— Кларисса! Что ты здесь делаешь?

Кларисса преклонила колени перед господином Элдом с молитвой. Она же говорила, что не верит в бога, но зачем тогда пришла сюда? Кажется, Кларисса что-то тихо шептала, поэтому я подошла к ней и прислушалась, но не смогла разглядеть ее выражения лица сквозь челку.

— Господь, у меня нет друзей. С самого рождения все вокруг меня призирали. Когда я была ребенком, не могла понять, почему мне пришлось страдать. Повзрослев я осознала, что меня ненавидят из-за моих белых волос, которых нет ни у кого в стране. Меня прозвали ребенком демона и обещали сжечь.

Я слышал, что Нэцума презирают, но не знала, что ситуация настолько плохая.

— Мое сердце слабело, и я стала робкой. Люди меня крайне сильно пугали. Я осознала, что остальные люди и я совершенно разные существа, поэтому не должна их даже касаться. Я считала, что моя жизнь бессмысленна и нет смысла дальше жить.

Хоть я и не видела ее лица, но она была беззэмоциональна, как всегда, но даже так...

— Однажды я спасла зарянку и назвала ее Грюне. Я принесла ее домой и перевязала. Время, которое я провела вместе с ней, были самыми лучшими в моей жизни. Почему я не могу общаться с ней также, как и со всеми остальными? Разговоры с Грюне придали мне уверенности. Я попыталась пообщаться с девочкой по соседству, но ответ был ужасно издевательскими. Она сказала, что не может общаться с грязной Нэцумой. Похоже, я захотела слишком многого.

Я ничего особенного не делала. Тем не менее она сказала, что мое существование повлияло на нее. Но в тоже время из-за меня она получила новые душевные страдания. Я всегда была в доме, поэтому не знала, что с ней происходят такие печальные вещи.

— Вчера, пока меня не было, Грюне улетела. Я думаю, это было неизбежно. У нее вполне вероятно, есть друзья и дом, куда можно вернуться. Конечно, у меня есть мама, так что я не одинока, однако она тяжело больна, поэтому рано или поздно умрет. Я не знаю, как мне жить дальше, если останусь одна.

Кларисса слегка дрожала. Я прижалась к ней и заглянула ей в лицо.

— Господь, я никогда не верила в тебя, но если ты правда существуешь...

Ее щеки были мокрыми от слез. Я подумала, что она выглядит красиво, но в то же время грустно.

— Подари мне друга.

Кларисса ушла домой. Я несколько раз думала о том, чтобы превратиться в зарянку, но так и не сделала этого. Ей нужна была не зарянка, а человек. Сегодня она вновь поработает в поле, вернется домой вечером, покормит маму, ляжет спать, а на следующий день все это повториться. Но ничто из этого не заполнит одиночество в ее груди.

Господа, которого она просила о помощи, храпел, и просьба не достигла его. Единственное, кто услышал ее это я. Но я ни бог, ни человек, поэтому не могу исполнить ее просьбу. Все это так раздражает. Через несколько дней господин Элд проснулся, и я передала ему просьбу Клариссы.

— Нэцума... Их так мало осталось, но их все еще притесняют в Эльфегорте.

— И это все, что вы можете сделать? А что, если она сбежит в другую страну?

— Лучше если она и вправду уедет, хотя ей будет тяжело взять с собой больную мать. Уехать из страны, где ты уже привык жить, гораздо тяжелее, чем ты думаешь. К тому же ты сама теперь должна это понять, Микаэла.

— Это правда... Ммм... Неужто мы не можем никак помочь?

Кларисса заботилась обо мне и сделала для меня клетку. Она мне много чего рассказала, и теперь я хочу отплатить добром на добро.

— Микаэла, я уже тебе говорил, что ты не должна так сильно вовлекаться в мир людей. Мы не они. Боги и его прислужники не должны вмешиваться в мир людей.

Он всегда так говорит. Именно из-за его принципов мы старались не выходить за пределы леса и не разговаривать с людьми. Но...

— Правильно ли это, Элд?

Я обернулась туда, откуда послышался голос. Там стояла очаровательно красивая девушка с розовыми волосами. Это была Эллука Клокворкер. Она подруга господина Элда и служит магом в соседней Люцифении. Господин Элд сказал, что она человек, но я не видела ни одного другого человека, который живет порядка пятиста лет. К тому же когда я ее в первый раз увидела, у нее была другая внешность. Это не было связано с тем что Эллука повзрослела. Ощущение, будто раньше она была совершенно другим человеком. Вроде как она периодически пользуется техникой обмена телами, чтобы переместиться в новое тело и продолжить жить. Тем не менее прошло более трехсот лет с тех пор как Эллука оказалась в нынешнем теле. Может, у нее есть секрет вечной молодости?

Осторожно откинув прядь длинных волос, упавших на щеку, она подошла к господину Элду с легкой улыбкой на лице.

— Раз уж ты не вмешиваешься в жизнь людей, тогда как можно назвать, то чем я занимаюсь?

— Эллука, я никогда не был напрямую связан с Сосудами Смертного Греха. Именно из-за моего принципа невмешательства я попросил тебя, человека, разобраться с этим.

Ответ Элда показался мне странным. Просить человека о вмешательстве в мир людей по факту тоже самое вмешательство. К тому же странно, что господин Элд, который запретил связываться с людьми, активно общается с Эллукой.

— Возможно, ты прав. Ну, так что по поводу того, о чем мы говорили до этого? — продолжила говорить Эллука, словно не замечая, о чем я думаю.

— А о чем мы говорили? — спросил господин Элд озадаченным тоном.

В ответ Эллука нахмурилась и надулась, испортив свой с трудом завоеванный прекрасный образ.

— Не увиливай от вопроса, старик! Мы говорили о том, чтобы превратить одного из твоих духов в человека и сделать моим учеником!

— Я совсем забыл об этом...

— Разве я не говорила тебе, что здесь замешан Сосуд Смертного Греха?! Мне нужно успеть обучить ученика, прежде чем пророческий сон станет реальностью, и изгнать демона из Рилиан! Есть еще одна вещь, которая меня беспокоит.

Эллука внезапно подняла глаза и посмотрела на северо-восток.

— Я чувствую слабое присутствие Сосуда Смертного Греха в Эльфегорте. Возможно часть зеркала находятся где-то неподалеку.

— Ясно... — подумав немного и нахмурившись, господин Элд оглядел меня и других духов, а затем перевел взгляд на Эллуку, — Давай так... Я одолжу тебя двух своих духов. Одного из них ты должна воспитать как своего ученика, а другого отправишь искать Сосуд Смертного Греха. Если все пройдет по плану, дело будет разрешено.

— Правда? Я думала, ты откажешься, — сказала Эллука, сомневаясь в мотивах господина Элда.

Я тоже так думала, с тех пор, как он сказал о том, что не собирается вмешиваться в мир людей.

— До сих пор я создавал в лесу самые разные вещи. Деревья, цветы, насекомых, животных, духов и... Сосуды Смертного Греха. Я производил их, но никогда не брал на себя ответственность за это. Мы, боги, небрежны в своих начинаниях. Возможно, это наша справедливая награда. Боги убрали руки от мира, а люди растоптали его своими собственными ногами.

— Возможно...

— Для меня это большой позор, что Сосуды Смертного Греха пришли в этот мир из леса. Я должен взять на себя ответственность за это, но, увы, не могу уйти отсюда. Тем не менее я считаю, что должен помочь тебе разобраться с Сосудами, вместо того, чтобы ты сама со всем разбиралась. Неизвестно, сколько это время займет с таким безответственным человеком, как я и ты.

— Ага, ага... Извините меня за мои грехи... Ну так что с моей просьбой?

— Гумилия прекрасная ученица. Она очень ответственная. Вскоре ты сама в этом убедишься, так что тебе не получиться уклонятся от своих дел.

— Ты решил ко мне няньку приставить?

— Второй будет... Микаэла, ты не против?

— А?

Я уставилась на господина Элда, когда он внезапно обратился ко мне.

— Вроде бы тебя интересуют люди. Ты можешь воспользоваться этой возможностью и получше узнать их. Только постарайся не делать ничего опрометчивого. Эллука, я даю тебе только три года. Через три года верни их мне, как духов. Если пообещаешь, что сделаешь это, я выполню твою просьбу.

— Договорились. За это время я все успею сделать.

Разговор между господином Элдом и Эллукой продолжился.

Что это значит?

Они много говорили о том, что я не совсем понимаю, поэтому не поняла все до конца, но...

Получается, я стану человеком?

Прошло несколько часов.

Я направлялась к месту немного западнее центра леса, где жил господин Элд. По его словам, там было место, которое астрологический больше всего подходит для проведения ритуала.

— Элд по-своему беспокоиться о нас. О тебе и обо мне, — идя через лес, произнесла Эллука.

— Обо мне?

— Или он решил использовать тебя. Страх перемен мешает двигаться вперед. Возможно, Элд решил воспользоваться твоим желанием изучить людей.

— Эм... Ничего не понимаю.

— Тебе не обязательно делать то, о чем тебя просят. Делай то, что считаешь нужным.

— А вы?

— Ха-ха-ха... Ты меня подловила.

После странного смеха выражение лица Эллука стало отстраненным. О чем именно она думает? Когда мы прибыли на место, Эллука начала чертить на земле магический круг. Наконец она подготовилась провести ритуал, чтобы меня и Гумилию превратить в людей.

— Что нам делать?

— В своем воображении представьте образ человека, которого вы видели до этого. Лучше всего будет, если это будет красивая девушка Эльф.

— Образ человека, которого мы видели до этого...

— Ваш образ станет вашей внешностью. Быть Эльфом особенно важно для тебя, Микаэла, так как ты будешь жить в Эльфегорте. Не выбирайте человека, который еще жив. Выберите того, кто умер уже как минимум пятьдесят лет назад. Сделайте так, чтобы у вас были небольшие отличия с этим человеком. Будет очень хлопотно, если будет существовать два совершенно одинаковых человека, — объяснив все это на одном дыхании, Эллука будто что-то вспомнила и глубоко вздохнула.

Гумилия и Микаэла сказали друг другу, кого они выбрали как прототип для своей внешности, чтобы не выбрать одного и того же человека.

— Кстати, а почему мы должны быть красивыми девушками? Раз уж нас нет пола, какая разница кем мы будем? — спросила я.

— Потому что я так хочу! — без промедления ответила Эллука.

Издав довольный звук, она закончила рисовать магический круг. Круг был несколько кривым, так как рисовался поверх грязи.

— Ничего, что круг кривой?

— Это всего лишь формальность. Начинаем!

Честно говоря, я сильно нервничала, так как была не уверена, что все получиться.

— Так... Представили в своих головах красавиц? Тогда поехали!

Раздался голос Эллуки, и мое сознание будто начало парить в воздухе. Мое плывущее сознание поднималось все и выше, пока не поднялось невероятно высоко. Я была выше леса, облаков и даже неба. В конце концов, я оказалась в пространстве, в котором никого не было, но вскоре тут же полетела обратно на землю.

Я падала с гораздо большей скоростью и высоты, нежели когда на меня напала черная птица. Пока я падала, меня поджидала плачущая она с двумя младенцами в руках. Ее кто-то преследовал. Именно в этот момент мое сознание отключилось.

Сцена 5

Микаэла, Люцифения, Лес Смятения/Заброшенный дом.

Лес, в котором живет господин Элд, находился не только на территории Эльфегорта. Он также простирался по Люцифении. Часть леса, что находился на территории Эльфегорта, прозвали Лесом Тысячелетнего Древа, а ту, что находилась в Люцифении, назвали Лесом Смятения.

Как временное жилье и тренировочное место мы использовали заброшенный дом, который Эллука нашла в Лесу Смятения. По словам Эллуки, он был построен примерно пятьсот лет назад. Возможно, поэтому оно очень плохо сохранилось и все было сильно обшарпанным. Но все равно можно было найти признаки того, что тут раньше кто-то жил (вроде как это было убежище воров). Например, внутри были серебряные столовые приборы и мебель. С помощью этого мы залатали дыры, чтобы укрыться от дождя, но этого было более чем достаточно для временного жилья.

— Эй! Уже утро! Пора вставать на тренировку!

Я била половником по ржавой кастрюле, чтобы разбудить Эллуку. Эллука вяло встала с матраса, сонно протирая глаза.

— Ааа... Доброе утро, Микаэла. Похоже ты любишь рано вставать.

— Доброе утро. Гумилия тоже рано встала. Она уже позавтракала и пошла гулять. Вставайте, вставайте!

— Да, да... Встаю... А?

В середине потягивания Эллука подошла и посмотрела на мое лицо, будто заметив что-то.

— У тебя в глазах сопли? Внешний вид для женщины очень важен, так что иди умойся как следует.

— Хорошо.

Убедившись, что Эллука вновь не уснула, я вышла из дома. На улице стояла одинокая девушка, слегка поигрывая со своим коротким зелеными волосами.

— Гумилия, Эллука проснулась. Она скоро выйдет.

— Поняла. А ты куда идешь?

— Пойду умоюсь немного.

Неподалеку от заброшенного дома был небольшой родник. Вода была настолько чистой, что ее можно пить. Я посмотрела в родник и в отражении передо мной предстала зеленоглазая девушка с длинным зелеными волосами и невинным лицом. Я ухмыльнусь, а девушка ухмыльнулась в ответ. Этой девушкой была я. Отныне это была моя человеческая форма.

За исключением некоторой путаницы в воспоминаниях переход в человеческую форму прошла без проблем. Гумилия представила у себя в голове облик первой женщины-министра Эльфегорта по имени Гумина Глассред. Будучи Эльфе, она как дворянка жила в Асмодиане, но затем переехала в Эльфегорт. По словам Эллуки она переехала после событий, связанных с Веноманией. Гумина часто посещала господина Элда во время паломничества, так как была ярой последовательницей секты Элда. Она женщина с благородной внешностью и печальным взглядом. От нее исходила своеобразная атмосфера. Тем не менее Гумина жила более трехсот лет назад. Спокойная Гумилия идеально подходило тело Гумины.

Когда Эллука увидела мое новое тело, она оказалась весьма озадаченной.

— Почему из всех возможных вариантов ты выбрала тело первородной грешницы?

Я выбрала тело злодейки, которая подтолкнула мир к созданию Сосуда Смертного Греха. Первородная грешница. Я лично видела какое злодеяние она совершила. Это была ужасная трагедия. Вместе со страхом перед женщиной, которая сошла с ума после того, как оказалось одержима злобой, я в тоже время считала ее очень красивой.

Эллука работала во дворце, поэтому не могла оставаться с нами в заброшенном доме все время, но тем не менее время от времени навещала нас. Поскольку принцесса, которая недавно стала монархом, эгоцентрично предалась роскоши, Эллуке пришлось разгребать все дела.

В свободное время Эллука рассказывала нам о мире людей и учила магии. Хотя в основном магии учили именно Гумилию, так как она собралась стать ученицей. Тем не менее меня тоже немного учили магии, чтобы я могла найти Сосуд Смертного Греха. И этим заклинанием было...

— Так, Микаэла, спой как я тебя учила.

— Ладно! Начинаю!

Я посмотрела на небо, широко открыв рот и сделав глубокий вдох, а затем спокойно запела нежную мелодию.

— Лу-ли-ла, лу-ли-ла~

Мой голос был достаточно громким, чтобы его слышали по всему лесу и по всему региону. Я сделала так, чтобы голос был не грубым, а скорее нежным, окутывающим растения, животных и людей. Для этого я вкладывала свои чувства, когда пела. Закончив петь, я тихо закрыла глаза и напрягла слух.

— Ну так, Микаэла, ты что-нибудь услышала?

— Ага...

Эхо, распространилось далеко и широко, отразилось и вернулось ко мне. Внутри эха было что-то странное... К нему примешался слабый, нечистый диссонанс.

— Откуда исходит диссонанс?

— К северу отсюда. Где-то за лесом господина Элда, но точно не знаю где.

— Ясно... Ну это нормально. Тебе пока не обязательно знать подробности. Продолжай практиковаться. Методом проб и ошибок ты узнаешь точное местоположение.

В песне было небольшое количество магии обнаружения. Этой магии я научилась под руководством Эллуки. За месяц я научилась только этой магии. Это не удивительно, так как в основном я занимаюсь изучением мира людей.

У Гумилии судя по всему большие склонности к магии. Гораздо большие, чем предполагала Эллука. Она научилась почти с абсолютной точностью предсказывать погоду на завтрашний день и заставлять увядшие цветы снова расцвести. Вскоре ее должны официально принять в качестве ученицы придворной волшебницы, начав учить полноценным заклинаниям.

Наша жизнь втроем закончится сегодня. С сегодняшнего утра я в одиночку отправлюсь на поиски Сосуда Смертного Греха.

— Сначала тебе нужно в Асейд. Это столица страны. Там много людей, так что без проблем соберёшь нужную информацию, — наставляла меня Эллука во время нашего последнего совместного ужина.

— В Асейд?

— Да. Ситуация такова, что во многих случаях Сосуды Смертного Греха принадлежат влиятельным людям как антиквариат. Он может находится у короля Торни Элфена, герцога Паркедж Мелда или у лидера торговой ассоциации Кила Фризиса. Все они живут в Асейде, так что стоит начать оттуда.

— Ладно, я поняла.

У меня немного закружилась голова, поэтому не смогла нормально ответить Эллуке.

— Что случилось? Ты бледная.

— Мое тело стало... горячим?

— Ты заболела? Человеческие тела могут заболеть и проголодаться, так что тебе не стоит забывать об этом. Если ты не позаботишься о себе, то не сможешь выздороветь.

С тех пор как я стала человеком меня неоднократно тошнило. Сегодня мне было относительно неплохо, поэтому ничего не рассказала Эллуке.

— Когда я была бурундуком, со мной такого ни разу не происходило, — добавила Гумилия, схватив кусок хлеба.

— Потому что ваше превращение в животных это сила Элда. Не путай мои способности с божественными. Трансформация и реинкарнация разные вещи. Помимо магических способностей, вы двое ничем не отличаетесь от обычных людей. Не забывайте, — настойчиво предупредила Эллука. Все сильно отличалось от той ситуации, когда я была в форме зарянки.

— Хорошо...

— Проглоти это и ложись спать.

Эллука достала из сумки какой-то мешочек. В нем были лекарственные травы. В итоге меня досталось немного еды от ужина. Я проглотила травы, которые мне дала Эллука, и тут же легла спать.

— Скоро пора идти.

На следующие утро, когда я проснулась, все были заняты подготовкой к отъезду.

— Хоть мы и недолго пробыли вместе, но спасибо вам за все. Вы двое, берегите себя.

— Ты тоже. Как себя чувствуешь? С тобой все в порядке?

— Похоже, лекарство подействовало. Чувствую себя намного лучше.

 Когда я посмотрела на Гумилию, то почувствовала на себе ее взгляд. Она выглядела крайне обеспокоенной.

— Ты будешь одна, Микаэла. Я за тебя беспокоюсь.

Я взяла за руку Гумилию и улыбнулась ей.

— Не волнуйся! Я буду в Эльфегорте. Как никак эта страна принадлежит господину Элду, так что все будет в порядке. Я больше за вас беспокоюсь. Вы же поедите в Люцифению.

— Микаэла...

Было множество моментов, когда Гумилия была безэмоциональна. Возможно так происходило из-за того, что она не знала, как выражать эмоции. Тем не менее ее выражение лица было неестественным и походило не на улыбку, а на свирепый взгляд. С ужасной улыбкой Гумилия произнесла:

— Микаэла, если столкнешься с какой-то опасностью, я приду и помогу тебе, несмотря ни на что.

— Спасибо, Гумилия. Если попадешь в беду, я тоже тебе помогу.

Я нежно обняла ее, чувствуя ее сердцебиение. Когда была духом, я не знала, что человеческие тела такие теплые.

— Элд дал нам три года. За эти три года мы должны успеть все сделать. По истечению этого времени давайте все втроем вновь встретимся здесь.

После слов Эллуки, она с Гумилией отправились в Люцифению. Вскоре я закончила свои приготовления и вышла из хижины.

Увы, я не смогла выполнить обещание данное Эллуке будучи в форме человека. Это последний раз, когда я их видела, как людей.