Глава 5 — Размышления

Когда герцог Крайтан объявил о своём намерении удочерить Лепонью, все слуги в особняке выглядели ошарашенными.

Очевидно, для них это стало таким же сюрпризом, как и для неё.

Но комната, в которую её поселили, была слишком идеальна.

Никакой пыли. Тёплая, ухоженная, как будто кто-то каждый день проветривал, протирал мебель и раскладывал всё по местам… словно ждал возвращения настоящей дочери.

— То есть... меня поселили сюда, чтобы... — она провела пальцами по полке. Ни пылинки. — Заменить её. Отмыть вину. Залатать старую рану. — Голос прозвучал тихо, но уверенно.

Вряд ли кто стал бы давать ребёнку с улицы такую комнату просто по доброте души.

Или… может, это ещё и ловушка? Дать лучшее, чтобы потом, когда её выгонят, она чувствовала вину. Дескать, «мы тебе всё дали, а ты — вот так».

— Сколько мне дадут? Месяц? Полгода? — пробормотала она, устраиваясь в кресло-качалку у камина. Там, где тепло. Где тихо.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Она свернулась клубком, обхватила колени и уронила на них подбородок. Было уютно. И тревожно.

Нельзя расслабляться.

— Надо узнать, где находится реликвия, — прошептала она, глядя в одну точку.

По пути к комнате она мельком взглянула на убранство особняка. Но её короткие ноги не позволили осмотреть всё. Одного дня явно не хватит.

Хорошо хоть, память осталась прежней. Все уроки, пройденные под надзором Папы — как атаковать, где уязвимые точки, как незаметно выживать — всё это она помнила. И это работало даже в теле ребёнка.

— Сейчас лучше прикинуться слабой, — произнесла она тихо.

Люди не боятся тех, кто выглядит слабым. А если кто-то догадается, кто она на самом деле…

…то герцог Крайтан, один из Стражей Империи, прикончит её, не задумываясь.

Но Лепонья была актрисой. В этом мире — выживает тот, кто умеет играть.

— А если всё пойдёт плохо… если меня поймают… — она сжала кулачок. — Придётся метить в горло и бежать.

Она не жаждала мести. Ей просто нужно было выжить.

******

— Где ребёнок?

Незнакомый голос позади.

— Я же приказал проводить её в комнату, — холодный голос герцога, будто по стеклу ногтем.

— Да, господин! Она была здесь совсем недавно!

Этот тон… сжимающий мышцы, обнажающий нервы… Несомненно, герцог. А второй голос — дрожащий, извиняющийся… служанка, та, что засунула ей в рот конфетку.

— Я ясно сказал, если кто-то будет обращаться с ней пренебрежительно — пощады не жди. Или ты не слышала?

— П-простите! Простите, милорд!

Даже слышать это было страшно.

— Я ясно дал понять: она — моя дочь. И если ты подумала, что можешь не выполнять приказ — ты ошиблась.

Моя… дочь?

— Я дал ей имя. Она теперь носит имя моего рода. Она — наследница дома Крайтан.

Лепонья затаила дыхание.

— Ты хоть не решила, что можно не заводить её в комнату?

…Это всё о ней?

— Ни в коем случае! Мы отвели её, просто… не было одежды! Я пошла поискать!

— Ты оставила её одну в незнакомом доме?! А если бы она испугалась и ушла? Потерялась бы? Упала?

— Я… не подумала об этом…

— Кто-то должен был остаться с ней! Я лично ушёл, чтобы не смущать её во время купания. Но это не значило, что вы можете бросить её одну!

— Это… моя вина…

Лепонья подскочила с кресла, и оно с грохотом упало на спину. Все взгляды обернулись к ней.

— Я-я здесь… — выдохнула она и тут же скривилась. Опять язык подвёл. Проклятое детское тело.

Герцог быстро подошёл, в глазах — тревога.

— Ты не ушиблась?

— Нет, просто… кресло упало…

— Не важно. Это всего лишь мебель.

Она прикусила губу. Да уж, у богатых свои понятия о ценности вещей.

— Я подумал, ты, должно быть, проголодалась. Давай поедим вместе.

Еда.

Она глотнула слюну. Но тут же опомнилась.

Нет. Нужно держать образ. Она ведь говорила, что дёшева в обслуживании. Если сейчас признается, что голодна, — всё рухнет.

— Я… нет, спасибо. Я сытa.

— Да? А что ты сегодня ела?

Нужно быть убедительной.

— Половинку яблока. После сна.

— …Всего?

— Я не капризная. Обещаю. Меня не нужно кормить. Я могу сама…

— Сытая, говоришь?

— Да. я всегда сытая.

Он коснулся её потёртого рукава.

— Это нехорошо…

Тон его был странным. Тихим. Зловещим.

Она замерла.

— Я просто не люблю есть один, — сказал он.

— А?

— Хотел, чтобы ты поела со мной. Но, видимо, не судьба…

Она медлила. Образ скромной девочки против возможности подыграть одинокому герцогу.

— У нас отличный повар, — добавил он. — Готовит много. Еда остаётся. Жалко ведь…

— Я… я поем, — поспешно согласилась она. Если он вздохнёт ещё раз — точно произойдёт что-то плохое.

— Вот и чудненько.

Он без лишних слов подхватил её на руки.

— А-АА! Я могу идти сама!

— Не зная, где столовая?

Он понёс её на руках по коридору.

Высоко, тепло, удобно. Но всё равно… жутко.

Я ведь взрослая. Мне больше двадцати. А еду к столу на руках, как плюшевая игрушка.

— Держись крепче, а то упадёшь.

Она схватилась за воротник его мундирa.

Стыдно.

Он действительно решил играть в «папу и дочку»?

Она хотела думать, что всё это — способ использовать её. А он просто… держит крепче. Смотрит внимательно. Называет её дочерью.

Вздохнув, Лепонья вместо сопротивления начала внимательно разглядывать особняк. Где выходы, где окна, что можно использовать. На случай, если придётся сбегать.

— Кстати, Лепонья. У тебя есть два старших брата.

— Б-брата?

Ах да. У герцога два сына.

Теперь у меня есть «братья»? И даже два?

— Старший, Хавелиан, сейчас преподаёт в военной академии. А младший, Фелленс, всё ещё учится. Хотя должен был закончить три года назад…

— Всё ещё в академии?

Это странно. Учитывая, что оба — пользователи Орры, и должны были окончить обучение вовремя.

— Они редко бывают дома. Так что можешь не волноваться.

Для неё — даже к лучшему. Чем меньше глаз, тем проще украсть реликвию и сбежать.

Если бы ей было действительно пять лет — она бы обрадовалась. Но нет.

Это всё… игра. Временная. Театр для самообмана.

Он ведь даже не объяснил, почему удочерил меня.

Наверняка через год или два — выкинет. Как и все.

Ну и ладно. Я не для этого здесь.

План прежний: найти, украсть — и исчезнуть.

В свой первый день в новом доме Лепонья уже строила план побега.