Глава 7. Тень прошлого

Раннее утро. В кабинете герцога Крайтана было прохладно и тихо. За большим дубовым столом собрались трое: сам герцог, придворный врач и дворецкий.

— Если есть что сказать — говори, — нетерпеливо бросил герцог, листая бумаги. — Я собираюсь подать документы на усыновление. Времени мало.

— Простите, милорд, — осторожно начал врач, — вы уверены в своём решении?

— Ещё недавно вы говорили, что не намерены никого усыновлять, — подхватил дворецкий. — А теперь вдруг… девочка?

— Скажут, что я сошёл с ума, — хмыкнул Крайтан. — Сообщи всем, что это мой приказ. Пусть не болтают лишнего.

— Простите за прямоту, но… она не может быть вашей дочерью.

Герцог оторвался от бумаг, но ничего не ответил. Несмотря на ледяной взгляд, дворецкий продолжил:

— Если бы ваша дочь была жива, ей было бы двадцать. А этой девочке — максимум пять, — мягко напомнил дворецкий.

— Простите… — вмешался врач. — Но она действительно очень похожа на госпожу Лайлу. На мгновение я подумал, что передо мной — она.

Дворецкий кивнул. Он тоже едва не выронил папку, впервые увидев Лепонью у кареты. Лицо, походка — всё будто звенело воспоминаниями о прошлом.

За эти годы самозванцы появлялись не раз. Кто-то хотел титул, кто-то — денег. Но все были наказаны. Жестоко и без колебаний. Герцог не прощал подобных шуток.

Потому новость о внезапном усыновлении шокировала всех.

— Если девочка тревожит вас из-за сходства с мадам… может, стоило найти другой способ? — осторожно заметил дворецкий.

— Я отличаю память от реальности, — резко отрезал герцог. — Она — не Лайла. Но и не просто похожа.

Он замолчал на мгновение, словно внутри что-то дрогнуло.

— Это… другое. Я не могу объяснить. Но тогда, у кареты, я почувствовал: если отпущу — пожалею.

— Это ведь не порыв? — уточнил врач.

— Нет. И не слабость. Я не собираюсь менять решение.

— Тогда… что же вы почувствовали?

Герцог прищурился.

— Что-то. Силу. Как будто она отозвалась на мою ауру. Словно там, внутри, было нечто большее. Неуловимое, но очень знакомое.

Даже врач, человек практичный, замолк.

— Она не моя дочь. Я это знаю. Но когда я увидел её… то самое ощущение. Как в тот день, когда впервые встретил Лайлу.

Он впервые за много лет назвал это имя вслух. Тихо. Почти бережно.

— Возможно, я просто устал. Или тоскую по прошлому. Но это не каприз. Не шаг на эмоциях. Я не передумаю. И не оставлю её.

Прошло уже двадцать лет. Все говорили, что дочь умерла. Но он продолжал искать.

Дворецкий сменил тему.

— К слову о фактах. Мы провели проверку. В Империи зарегистрировано около шестидесяти человек по имени Лепонья. Ни одной подходящего возраста.

— Ни одной?

— Нет. Даже если расширить поиск до четырёх-шести лет — лишь один шестилетний мальчик. Девочек нет.

— А род Лайлы? Возможно другая ветвь?

— Прерван. Единственный живой — её отец. Но он, как мы знаем, после смерти дочери не вступал ни в брак, ни в какие либо отношения.

— Мда… он и на порог меня не пустит, — мрачно заметил герцог. — Впрочем, он прав. Это ведь я виноват в том, что он потерял и дочь, и внучку.

— Мы проверили и дом, где жила девочка. Формально он принадлежит некоему мужчине, но тот там почти не бывает.

— Что ещё?

— Она… слишком чиста. Будто у неё нет прошлого. Ни следа.

— Слишком чиста?

— Ни записей, ни следов, ни родных. И всё же — она умеет читать.

— В пять лет?

— Вероятно, училась сама. Чтобы выжить.

Герцог замер.

Он вспомнил, как она спокойно, без страха, подписала документы. Как будто это не касалось её самой.

— У неё по всему телу — шрамы. Горничные видели их, когда помогали ей с купанием, — добавил дворецкий. — Но она… не реагирует. Будто всё это — не с ней.

— Дети, оставшиеся одни, рано привыкают к боли, — слабо отозвался врач. — Но даже для таких… она чересчур спокойна.

— Это не нормально, — тихо сказал дворецкий.

— Мир тоже не нормален, — парировал герцог и отложил бумаги. — Хватит. Я отправляюсь в Императорский дворец.

— Прежде чем уйдёте… — дворецкий наклонился вперёд. — Пришло приглашение. В доме Виллеманов — смена главы. Мальчик, девять лет, станет новым герцогом.

— Самый юный в истории Империи, — усмехнулся Крайтан. — Но не переживай. Воспитывать его я не собираюсь. У меня теперь — другой ребёнок.

Он развернулся и ушёл.

И с ним, казалось, ушла двадцатилетняя тень прошлого.

*********

На следующий день герцог Крайтан сдал документы.

Империя подтвердила усыновление. С этого момента Лепонья — официальный член рода Крайтан. Империя загудела. Кто она? Почему? Как? Но пока все строили догадки, сама Лепонья…

В поместье, в мягкой постели, девочка с трудом разлепила глаза.

— Мягко… — пробормотала она, ощущая тепло от подушки и шелкового одеяла.

Ни в приюте, ни у Папы, ни у кого бы то ни было — она не знала такого уюта. Но её мысли были уже далеко.

— Где он прячет реликвию?

Несмотря на медицинские осмотры, примерки платьев и нескончаемую заботу, Лепонья не теряла цели. Каждый день она исследовала особняк. Отмечала в памяти лестницы, окна, потайные двери.

И хотя она часто уставала — тело-то детское — она постепенно воссоздавала план здания в голове.

И всегда — трижды в день — появлялся он. Герцог Крайтан.

Он выныривал как по расписанию: в обед — поесть с ней, вечером — поесть снова, а иногда — просто чтобы позвать:

— Поня.

— Да.

— Поня.

— Что?..

— Хм. Поня.

— Д-да!

"Поня" — это приютское прозвище. Придумано из-за того, что её бросили в апреле. Потому и назвали в честь "апрельского" фрукта.

— Что за мания называть меня так? — устало вздыхала она. — Я ведь даже имя себе придумала. Чтобы не быть просто «апрельским фруктом» из приюта.

А теперь это имя звучало на каждом шагу.

***

Поздно вечером она наконец осталась одна. Горничная ушла, пожелав добрых снов и оставив после себя уют и тишину.

Лепонья открыла глаза.

— Только поела — уже вечер. Целый день ушёл впустую.

Но всё же — сегодня она наконец-то закончила внутреннюю карту особняка. Каждый переход, зал, даже потайные лестницы, ведущие вглубь — всё теперь было в голове. Осталось только одно.

— Ащщщ, где же она?

Старая легенда гласила: реликвия рода Крайтанов скрыта глубоко в доме, и лишь глава семьи знает, где именно.

— Логично…Что где-то где безопасно. Где можно регулярно проверять.

Лепонья вновь перебрала в памяти всё, что уже изучила. И вдруг…

Дзынь.

Ветер ударил в окна.

Скрипнула дверь террасы.

Стук.

Дверца на террасу дрогнула. Сквозь стекло мелькнула тень.

— Что за…?

Лепонья медленно подошла и распахнула створку.

Порыв ветра тут же влетел в комнату. Лунный свет залил пол. Серебристые волосы взметнулись. Она зажмурилась, прикрывая лицо рукой.

И тут, откуда-то сверху, раздался юный голос:

— Хм, значит, ещё жива.