Руджер смотрел на бальный зал с перил второго этажа.

Пусть конкурс закончился, но сам бал продолжался, и пары студентов кружились в вальсе в центре зала, держась друг за друга.

Тут и там можно было заметить как девушки застенчиво прятали лица за волосами, а парни изо всех сил пытались сдержать красноту, расползающуюся по их щекам.

Среди танцующих пар также можно было найти необычные сочетания.

Эйдан выглядел очень напряжённым, стараясь попасть в такт музыки и путаясь в ногах, поэтому ведущую роль взяла Трейси и вела его по залу с довольной улыбкой.

Иона и Лео были рядом с ними. Из-за разницы в росте было немного комично смотреть на их пару, особенно учитывая то, что Иона порой отрывала своего партнера от земли, если их ноги путались.

Руджер про себя весело рассмеялся.

Это было свежее и умиротворяющее зрелище.

Такому лжецу и преступнику, как он, было не место среди этого великолепия. Но, по крайней мере, он мог хотя бы наблюдать за этим со стороны.

***

— Что?...

Грегори приподнялся, хватаясь за голову.

В этот момент его сумка, лежащая рядом, с грохотом обрушилась на пол пустой кареты.

— Какого?...

Мужчина не понимал, что он тут делал. В его голове было пусто, а мысли были словно в тумане.

— Да, точно… сначала нужно вернуться домой…

Грегори взял свой багаж и направился к железнодорожной станции, бормоча что-то себе под нос.

Нулевой Орден, наблюдающий за этим с крыши соседнего здания, в полголоса спросил у своего подчинённого, переодетого кучером:

— Сколько времени это заняло?

— Ровно три дня.

— Хм. Три дня…

— Что вы думаете?

В ответ на этот вопрос Нулевой Орден улыбнулся.

— Честно говоря, всё очень расплывчато. Если бы он проснулся раньше, то я бы мог отбросить сомнения, а если бы проснулся позже — мы могли бы быть точно уверены во всём.

Нулевой Орден прищурился.

— Но так ничего не получится оценить. Я ничего не знаю, но точно могу сказать, что печать ослабла. Неизвестно, когда она спадет окончательно, но это будет настоящей катастрофой.

— …он настолько опасен?

Демон в ответ только пожал плечами.

— Все апостолы опасны. К их силам нельзя относиться легкомысленно, особенно к его. Обычно апостолы не очень ладят друг с другом, но и в открытую не враждуют… но этот отличается ото всех. Он одинаково враждебно относится ко всем и готов уничтожить любого, даже если их цели совпадают.

Хуже всего было то, что сила этого парня была одной из мощнейших.

— Он хитрый и трусливый тип. Если сражение будет ему невыгодно, он сбежит, поджав хвост, и затаиться, чтобы в подходящий момент напасть со спины. Поэтому для проверки я и отправил «канарейку», но вопросов стало только больше.

— Тогда, может быть мне стоит проверить?

— Нет.

В голосе Нулевого Ордена послышалась сталь, а его взгляд, которым он смерил своего подчинённого, читался чёткий приказ.

— Даже такой выдающийся сноходец, как ты, ему не ровня. На самом деле, даже если вся Школы Сновидений объединиться, это ничего не изменит. Если пойдёшь, то наверняка погибнешь.

— Тогда что будем делать с этим магом?

— Пока оставь его. То, что он спал так долго, говорит о том, что в Мире Грёз явно что-то происходит, но он, по крайней мере, не столкнулся с апостолом лицом к лицу.

Нулевой Орден пробормотал это, смотря Грегори вслед.

— Но на всякий случай, оставь за ним слежку.

***

После летнего бала всё общество стояло на ушах несколько следующих недель.

Больше всего шума было связано с [Домом Верди].

Потрясающее платье, в котором Рене появилась на балу, быстро стало вирусным и слухи о нём мгновенно разлетелись по всему городу. Благодаря этому поток желающий приобрести такое же невероятное творение не иссякал, и спрос был велик как среди простолюдинов, так и в аристократических кругах.

Благодаря этому у Виолетты каждый день был расписан по минутам, но, несмотря на усталость, она сияла от счастья.

Её репутация росла с каждым днём, и девушке стали поступать запросы на сотрудничество от множества известных и крупных модельеров.

Ещё одним человеком, чья жизнь изменилась после этого бала, стала Рене.

На самом деле, она и так уже была достаточно известна благодаря своей красоте и загадочности, однако после того, как она выиграла конкурс «Мисс Теон» её известность взлетела до небес.

Помимо этого, она также стала героиней множества слухов из-за того, что пригласила на танец Руджера Челичи и водила близкую дружбу с Третьей принцессой Элендил, а также была каким-то образом связана с самым знаменитым модным домом Лезервелка.

Из-за этого Рене приходилось каждый день отбиваться от настойчивых студентов, которые пытались завязать с ней дружбу.

С одной стороны, конечно, это была хорошая возможность расширить своё влияние и обзавестись хорошими связями, но девушка, благодаря своему врождённому дару, ясно видела всю лживость и фальшь своих новоявленных «друзей».

Она не могла как ни в чём не бывало улыбаться после такого и подстраиваться под тех, кто имел такие нечестивые намерения. Подобное вызывало у неё практически физическое отторжение.

— Фух, я устала.

Раньше, после участия в эксперименте по увеличению выброса маны, Рене уже была центром общественного внимания, но сейчас всё приняло просто невероятные масштабы.

К счастью, благодаря Элендил и Фрейдену, которые большую часть времени были рядом с ней, остальные не могли в открытую досаждать девушке или даже приблизиться к ней.

— Ты в порядке?

В голосе Элендил сидящей неподалёку, слышались неподдельное беспокойство и волнение, однако в глубине души принцесса отчасти завидовала своей подруге.

Видя это, Рене решила просто проигнорировать это чувство, не сомневаясь, что старшая искренне переживала о ней.

— Я очень устала, но в последнее время стало спокойнее, так что теперь всё нормально.

— Что ж, так и должно быть. По крайней мере, это были только студентки.

Элендил кивнула и глубоко вздохнула.

После бала популярность Рене среди студентов-парней резко возросла.

В частности на это повлиял тот факт, что, несмотря на свою аристократичную внешность, девушка была простолюдинкой и поэтому казалась им более доступной и лёгкой добычей.

Тем не менее, за всё это время к Рене не подошёл почти ни один парень.

Это стало возможным благодаря Фрейдену Вольбургу и Генри Престо.

Они оба ревностно защищали Рене и, если, студентам была дорога их репутация и статус, то они не смели кидать на девушку даже мимолётного косого взгляда.

Само собой, всё это проворачивалось у неё за спиной, и Рене понятия не имела, какой ожесточённый прессинг происходил всё это время.

Элендил же всё это замечала и, смотря на Фрейдена, только качала головой.

«Как бы он этого ни отрицал, он очень похож на герцога Вольбурга».

Если бы парень услышал её мысли, то точно бы взбесился. Он очень сильно не ладил с отцом и взрывался от одного упоминания их схожести.

— О, точно.

Внезапно Рене словно озарило, и она подскочила на ноги.

— Мне нужно спешить. Я пойду первой.

— Куда ты?

— К профессору Руджеру.

— Что?

После упоминания его имени Элендил недоумённо нахмурилась.

— Неужели ты правда… получается, тогда в больном зале вы действительно…

— Что?

Сначала Рене абсолютно не понимала, о чём говорила её подруга, однако в следующую секунду до неё дошло, и она стремительно покраснела.

— Нет, всё не так! Старшая, вы всё не так поняли!

— А зачем тогда тебе идти к нему?

— На сегодня назначена встреча для передачи формулы [Исходного кода]. Остальные ребята тоже придут сегодня.

— Оу.

Элендил быстро кивнула, будто всё поняла.

— Это последний фрагмент, так что осталось получить только его.

— Ну, в конце концов, это ещё раз доказывает, что ты стабильно занимаешь место среди лучших. Ты усердно училась ради этого, так что свободно можешь гордиться этим.

— Но ведь усердно заниматься — это обязанность каждого студента, разве нет? Чему тут гордиться?

— …ну да, ты права.

Лицо принцессы после этих слов помрачнело.

У неё, в отличии от подруги, были не настолько хорошие академические успехи.

— Я побежала!

С этими словами Рене радостно улыбнулась, предвкушая возможность научиться новой магии.

Девушка сразу направилась прямо к Руджеру в кабинет, старательно игнорируя оклики других студентов и вежливо отказываясь от их попыток заговорить с ней.

Все места, кроме одного, в кабинете были заняты, и в центре за столом сидел сам профессор, пристально осматривая всех присутствующих.

— Все здесь?

Голос мужчины был как всегда спокойным и равнодушным, словно он вновь читал очередную лекцию, а не готовился передать студентам одно из своих величайших заклинаний.

В этот момент Рене вспомнила как мягко он говорил с ней во время бала, и это стало ей казаться ещё более фантастичным, чем раньше.

— Отлично. Как вы уже знаете, сегодня я передам вам последнюю часть формулы для моего заклинания [Исходный код].

Руджер внимательно оглядел студентов.

Перед ним полукругом сидели Флора Люмос, Джулия Плюмхарт, Трейси Фриад, Лео и Рене.

— Как я и обещал, со всеми четырьмя фрагментами вы сможете использовать эту магию. Выходите в том порядке, в котором я буду вас называть.

После этих слов каждый студент поочерёдно подходил к профессору, сгорая от нетерпения и любопытства.

Мужчина предоставил им все необходимые материалы, и теперь эта магия находилась полностью в их руках. Студенты, выполнившие его условия и стабильно занимающие высокие места в рейтинге на протяжении всего семестра, сами проложили себе путь к этому заклинанию.

— У вас ещё есть ко мне вопросы?

— Могу ли я передать это заклинание кому-нибудь другому?

После того, как Джулия задала этот вопрос, все студенты повернулись к ней с удивлением на лице, однако она не дрогнула.

Девушка пристально смотрела на Руджера со своей загадочной улыбкой, ожидая его ответа.

Она явно хотела вывести его эмоции, задав такой провокационный вопрос, потому что ни один другой маг не стал бы спокойно терпеть то, что его драгоценную магию раздаривали направо и налево.

— Как хотите.

Однако реакция Руджера была неожиданной.

— Вы серьёзно?

Даже Джулия была удивлена, не ожидая подобного.

— Зачем мне лгать? Мне всё равно, даже если прямо сейчас вы пойдёте и начнёте распространять это заклинание по всей Империи. На самом деле, я бы даже рекомендовал так сделать.

— Почему?

На этот раз вопрос задала Флора.

Она выглядела слегка возмущённой, словно не понимала его спокойного отношения к этому.

— Это ведь заклинание, созданное вами, профессор.

— Верно, я создал его. И отдал вам.

— Но разве авторская магия не является причиной гордости каждого мага, из-за которой он хочет хранить её в секрете?

— Если бы я действительно не хотел, чтобы кто-то об этом узнал, то точно не стал бы раздавать его вам.

— Но…

— Послушайте. Вы можете научить этому заклинанию других или полностью разобрать его и переписать по-своему. Что бы вы ни сделали, это полностью ваше право. Единственное, о чём я попрошу, это не продавать его за деньги.

Но даже после этого заявления студенты всё ещё выглядели сомневающимися.

— Кто знает, быть может, вы сможете преобразовать [Исходный код] так, как я никогда бы не смог.

— Но разве такое возможно? Это ведь ваше заклинание.

— Почему вы так уверены, что в нём не может быть недочётов?

— Потому что вы создали его, профессор.

— Ты думаешь, я идеал, который никогда не ошибается?

На это Флора решила не отвечать, однако в её глазах и выражении лица явственно читалось «да».

— Я ценю, что ты такого высокого мнения обо мне, но я тоже человек, который терпит неудачи и совершает ошибки. Я не могу утверждать, что всё сказанное или сделанное мной — правильное или истинное. Так что я настоятельно рекомендую вам всем пересмотреть своё мнение на этот счёт.

В комнате повисла тишина, пока Рене внезапно не заговорила:

— Вы говорите так потому, что подобные мысли ограничивают масштабы нашего мышления?

Услышав это, Руджер удовлетворённо кивнул.

— Всё верно. Как только я завершил это заклинание, для меня оно стало законченным. Я больше не могу его как-то изменить или улучшить. Но для вас таких ограничений нет. Вы можете оттолкнуться от него и создать что-то совершенно новое и уникальное.

Мир был устроен так, что что-то новое рождалось из противостояния разных точек зрения, споров, примирений и обмена опытом.

Так было и в магии.

— Для наглядности, давайте разберём пример. Предположим, что в обществе расходятся слухи о том, что в южных землях живёт раса зверолюдей, которые едят людей и охотятся на них, как на добычу. При этом это утверждает один малоизвестный искатель приключений, не имея ни малейшего доказательства. Поверите ли вы ему?

— Нет… скорее всего нет.

— Но что если бы то же самое заявление о суинах сделал известный археолог или историк? В общем, кто-то с очень высокой репутацией в научных кругах.

Немного поразмыслив, студенты дали одинаковый ответ.

— Поверили бы.

— почему?

— Потому что у этого человека есть большой опыт и вес в науке. Если бы кто-то с таким высоким статусом сделал заявление, то ему бы поверили даже без прочных доказательств.

Руджер кивнул.

— Но что вы будете делать, если окажется, что этот человек распространял ложную информацию?