Ганс молча слушал эту историю, задумчиво смотря в пол, после чего непроизвольно задал вопрос:

— То есть вы хотите сказать, что в прошлом всё было по-другому?

С опозданием осознав, что он вмешался в их разговор мужчина испуганно замолчал, почувствовав, как по спине пробежала дрожь.

Однако слова уже были произнесены.

Грандер в ответ только тихо фыркнула и удобнее устроилась на его спине.

— Да. Тогда были монстры, существующие для вас лишь в легендах. В те времена континент населяло огромное множество разных рас, совсем не похожих на людей. Само собой, иногда они воевали, но часто и объединялись, несмотря на свои различия.

Но конец этому миру положили люди.

Все монстры и нечеловеческие расы были перебиты или изгнаны за горы, а оставшиеся начали строить свои города и королевства на опустевшей земле, периодически сталкиваясь в кровопролитных воинах.

— Забавно, что за прошедшие годы человечество создало множество удивительных вещей, и столько же из них потеряло, даже не осознавая этого.

— Является ли безатрибутная магия одной из этих потерь?

— Скорее всего, так и есть. Но это интересно.

Грандер сказала это, беззаботно покачивая ногами.

— Я думала, что люди утратили большинство своих знаний из-за своих эгоистичных желаний и короткой продолжительности жизни, что всё это — результат их глупости и жадности. Однако, выслушав твой рассказ, я почувствовала, что это не совсем так.

— Что вы имеете в виду?

Услышав эти слова, Руджер мгновенно напрягся. Обычно Грандер не говорила таких вещей.

— Почему то, что раньше было благословением, стало проклятием? При этом так незаметно и бесследно, что создаётся ощущение, будто это проклятие существовало всегда. Всё это можно списать на обычную забывчивость, однако не может быть, чтобы весь мир в один момент просто так потерял воспоминания об одном конкретном предмете. И главный вопрос — почему даже я ничего про это не знаю?

Перечисляя все эти моменты один за другим, Грандер медленно подводила их к ответу.

«Значит, кто-то намеренно стёр все записи».

Подумав об этом, Ганс едва сдержал удивлённый выкрик.

— Информация о безатрибутной магии была практически полностью стёрта, а память всех существующих о ней искажена. Но странно, что я не помню, в какой момент это произошло.

В подобное развитие событий было тяжело поверить.

В конце концов, какой бы могущественной ни была сила, она не могла разом вмешаться во всю человеческую историю и вырезать из неё целый кусок.

При этом под это влияние попала даже Грандер — величайший маг восьмого ранга.

Размышляя об этом, Ганс никак не мог придумать, кто был бы способен на такое.

— У вас есть идеи, кто мог за этим стоять, Мастер?

— А кто ещё? Никто, кроме Церкви Люменсиса, не смог бы провернуть подобное.

Услышав слова Грандер, Ганс удивлённо раскрыл глаза.

Разве простая религиозная группа могла разом изменить весь мир?

«Но может это правда?»

Хотя мужчине было сложно поверить в такое развитие событий, однако эта теория заговора казалась ему удивительно правдоподобной.

Быть может потому, что она исходила от сильнейшего мага и тысячелетнего мудрого вампира?

«Нет. Моё чутьё говорит, что это правда».

Превратившись в духовного зверя, Ганс стал ощущать свои звериные инстинкты ещё сильнее, чем раньше.

Он всегда ненавидел свою проклятую конституцию тела, но не мог не признавать, что в некоторых моментах она была весьма полезна.

По крайней мере в облике зверя он всегда мог почуять надвигающуюся опасность или угрозу. А сейчас словно это же чутьё подсказывало ему, где была правда.

«Более того…»

Ганс мельком взглянул на Руджера.

За всё это время мужчина практически ничего не сказал. Его лицо сохраняло спокойствие и сосредоточенность, и Ганс видел, что он был глубоко погружён в свои мысли.

«Брат ничего не сказал».

Если бы Руджер сомневался в таком развитии событий, он не преминул бы упомянуть об этом.

Однако мужчина хранил молчание.

Это вселяло в Ганса уверенность.

Учитывая истинную личность Руджера, кому, как не ему, лучше всего было известно о возможностях Церкви Люменсиса.

В этот момент Руджер внезапно заговорил.

— Мастер. То есть вы хотите сказать, что ничего не знаете о безатрибутной магии?

— Не знаю.

Грандер ответила так, словно это ничего не значило.

По идее для неё, прожившей столько сотен лет, было стыдно и унизительно признаваться в собственном незнании, однако, похоже, вампиршу это совершенно не беспокоило.

— Я просто думаю, что всё было так, однако у меня нет доказательств того, что происходило на самом деле. В голове сразу появляется странное зудящие ощущение. Словно кто-то насильно стёр мои воспоминания об этом.

— Думаю, теперь всё стало понятнее.

— У меня в голове есть примерная схема происходящего, исходя из найденной тобой информации и моих наблюдений, но она слишком туманная и размытая, чтобы быть хоть чуточку полезной.

Несмотря на смысл её слов, Грандер широко улыбалась, и от этого становилось не по себе.

— Магия, проклятая Богом. Не имеет значения, что она из себя представляет, однако когда правда о ней вскроется, это точно потрясёт весь мир.

Красные глаза девушки ярко сверкали в полумраке и пристально смотрели на Руджера.

— Итак, ученик. Что ты будешь делать? Истина сокрыта глубоко. Настолько, что тебе придётся опуститься в это болото с головой, чтобы найти её.

— …

— Сможешь ли ты сделать это? Сможешь ли противостоять препятствиям на пути и давлению со стороны тех, кто хочет всё сокрыть? Можешь ли быть уверен, что не сломаешься под тяжестью открытой правды? Что твоё сердце не дрогнет в решающий момент?

Голос Грандер постепенно становился глубже, наполняясь силой и множеством эмоций.

В нём слышалось предвкушение и любопытство.

— Ты будешь совсем один. Окружающие будут указывать на тебя пальцами, осуждать и проклинать. Даже те, кого ты захочешь спасти, будут ненавидеть тебя. Так готов ли ты пройти по этому одинокому и неблагодарному пути, где никто не будет в силах тебя понять?

В помещении повисла тяжёлая тишина.

Если бы Руджер засомневался в ответе хотя бы на один вопрос, это бы означало, что он не готов к правде и что ему следует отступить, пока не стало слишком поздно. Однако мужчина, как ни в чём не бывало, произнёс:

— А когда я поступал иначе?

Услышав это, Грандер широко раскрыла глаза, и на её лице расцвела мягкая улыбка.

— Отлично. Именно поэтому ты мой ученик.

Ганс, наблюдающий за этим, вздрогнул.

С первого взгляда между Грандер и Руджером не было никаких схожестей, однако в такие моменты они действительно выглядели как настоящий учитель и ученик.

— Так ты уже придумал, что делать?

— Так как эти негативные эффекты безатрибутной магии связаны с божественными силами, я хочу использовать то, что сможет им противостоять.

— И что же это?

— Колдовство.

Конечно, ещё можно было использовать демоническую силу, однако этот вариант Руджер решил оставить на самый крайний случай.

В конце концов, он знал только двух демонов — Нулевого Ордена и Хелию, — но он не мог им доверять.

Особенно из-за того, что Нулевой Орден для чего-то искал Рене.

— Неплохой подход. Но тебе не стоит забывать, что это лишь временная мера. Ты излечишь симптомы, но не избавишься от болезни.

— Я знаю.

Руджер кивнул.

В ответ на это Грандер усмехнулась и приготовилась закончить разговор, однако в этот момент её глаза сверкнули и она посмотрела в сторону города.

— Ого. Похоже, там происходит что-то интересное.

После этих слов вампирши к Гансу внезапно подбежала одна из крыс-разведчиков, и мужчина напрягся, пытаясь различить её писк.

— …брат. Думаю, нам нужно идти.

— Что случилось?

— Пантос с кем-то дерётся.

После произошедшего недавно не было ничего удивительного в том, если бы суин решил выпустить пар на подходящем противнике, однако голос Ганса звучал слишком напряжённо.

— С кем?

— Не знаю. Но если так будет продолжаться…

После следующих слов глаза Руджера поражённо раскрылись.

— …он может умереть.

***

Пантос замахнулся в сторону Лютера, и на его пальцах начали стремительно расти крепкие когти, а клыки во рту значительно удлинились.

Это были природные орудия, позволяющие суинам сражаться даже с пустыми руками.

Однако обычно зверолюди не показывали этого, обнажая их лишь в критических ситуациях, где на кону стояла их жизнь. Для гордых воинов использование такого оружия в обычном бою считалось показателем слабости и трусости.

Но сейчас всё было по-другому.

В действиях Пантоса не было даже намёка на колебание, когда он со всей силы бросился на противника.

Его кулак находился в нескольких сантиметрах от лица Лютера, однако рыцарь остался невозмутим. Он спокойно смотрел на то, как суин стремительно приближался, и в тот момент, когда его атака практически достигла мужчины, мелькнула вспышка и произошло нечто невероятное.

Вместо того, чтобы раскрошить человеческий череп в дребезги, кулак Пантоса с оглушительным треском врезался в землю.

Суин удивлённо нахмурился.

Сначала он подумал, что за этот короткий промежуток времени Лютер успел увернуться от удара, однако быстро понял, что это предположение было ошибочно.

За всё это время Лютер не сдвинулся с места, а значит, это сам Пантос промахнулся.

Суин нахмурился и зарычал, вновь совершая выпад, на этот раз целясь мужчине в грудь.

Тот в ответ лишь пристально посмотрел Пантосу в глаза и непринуждённо поднял свободную руку, мягким и осторожным жестом слегка касаясь чужой кисти.

В результате, вместо того, чтобы проломить его грудную клетку, суин проломил стену стоящего позади него дома и на части порезал проходящую по ней толстую ржавую трубу.

Лишь одного прикосновения его когтей хватило для того, чтобы она с тихим скрежетом лопнула. Настолько велика была сила Пантоса, однако, несмотря на неё, этот человек всё равно словно играючи отражал каждый его удар.

Кровь в жилах Пантоса закипела, и он напряг все мышцы, окутывая своё тело духом.

Теперь он стал похож на дикое разъярённое животное с обнажёнными клыками и взъерошенной шерстью.

— Гр-р-р-ар!..

Пантос издал глубокий гортанный рык и снова бросился в атаку, на этот раз целясь конкретно в жизненно важные органы.

— Так уже лучше.

Сказав это, Лютер в очередной раз с лёгкостью отвёл его руку в сторону, и от силы суина рухнул очередной дом, подняв в воздух огромную кучу пыли.

Благо, они находились в безлюдном районе, поэтому о возможных жертвах можно было не беспокоиться.

Ещё несколько следующий атак оказались бесплодными, поэтому Пантос решил сменить тактику, и, вместо того, чтобы попытаться поранить Лютера, постарался схватить его и повалить на землю.

Его руки практически сомкнулись вокруг мужчины, когда он почувствовал, как мир внезапно перевернулся, и суин оказался на земле, оставляя после себя неглубокую впадину.

Пантос был сбит с толку таким поворотом событий, так как совершенно не заметил атаки противника.

Лютер стоял перед ним как ни в чём не бывало, слегка вытянув свободную руку вперёд. Вторая так и продолжала спокойно держать пакет с хлебом.

Увидев это, Пантос ощетинился и отскочил, даже не подумав о том, чтобы отряхнуться от пыли и грязи. Его нервы были напряжены до предела.

Лютер в ответ на такое зрелище фыркнул.

— У тебя превосходные сила и скорость, однако техника оставляет желать лучшего.

Сразу после этих слов Пантос внезапно исчез из его поля зрения, а на месте суина остался лишь глубокий след от ноги.

Он стремительно приближался к мужчине с невероятной для своих габаритов скоростью.

Пантос перемещался с места на место так быстро, что обычный человек не смог бы даже попытаться уследить за ним.

В какой-то момент суину удалось прошмыгнуть Лютеру за спину и приготовился вспороть когтями его шею, однако он лишь поверхностно прошёлся ими по тонкому слою ауры, покрывающему чужую кожу.

По пути он слегка задел рубашку на плече мужчины, пачкая её в пыли и грязи. Тот, увидев это, цыкнул.

— Не мог бы ты быть осторожнее? Я впервые за долгое время смог выбраться в другой город, так что одежда новая. Меня будут ругать, если я её испорчу.

Не обращая внимания на чужие слова, Пантос вновь атаковал, на этот раз попытавшись ударить человека ногой в висок.

Лютер, увидев, что его проигнорировали, тихо вздохнул и выставил руку.

Только на этот раз он не защищался, а атаковал.

Внезапно Пантос почувствовал, как у него перед глазами всё побелело от пронзившей его тело боли. Он постарался парировать чужие удары, однако Лютер оказался быстрее.

Он всего несколько раз взмахнул рукой, несильно ударяя суина ребром ладони, однако тот кубарем отлетел назад уже после третьего выпада.

— Хо-хо, значит, я был прав.

Лютер несколько раз сжал и разжал кулак.

— Твоё тело просто невероятно. Ты не обычный зверочеловек, не так ли?

Изначально Лютер ударил его просто, чтобы усмирить, однако ему показалось, что вместо живого существа он лупил камень.

— Будет проблемно, если эта битва затянется.

Рыцарь покачал головой и сделал шаг вперёд.

Уже в следующее мгновение он оказался прямо перед Пантосом, который уже собирался встать, и схватил его за запястье, прежде чем суин успел отреагировать.

По всей пустующей улице послышался страшный грохот.

Лютер без особых проблем одной рукой перекинул Пантоса через себя и швырнул на землю, по которой подобно паутине стали быстро расползаться трещины.

— Вот и всё. Если бы я хотел, я бы убил тебя ещё в самом начале.

Пантос проигнорировал эти слова, и попытался встать, однако его тело ломило от ужасной боли, оставшейся от первого удара.

— Ты был действительно крут. Империи бы очень повезло, если бы такой как ты, попал в наши ряды.

Лютер с сожалением вздохнул и, отпустив чужое запястье, сжал руку в кулак.

Это была простая поза, словно он собирался просто разогнать кучку насекомых перед собой. Однако Пантос, увидев это, почувствовал, как у него внутри всё похолодело.

Он не успеет увернуться от этой атаки или остановить её.

— А теперь, пожалуйста, закрой на минутку глаза.

Пробормотав это, Лютер замахнулся и направил удар прямо Пантосу в лицо, когда внезапно с неба упала тень и раздался оглушительный звон металла.

Рыцарь удивлённо приподнял бровь, когда понял, что его атака была заблокирована, и отпрыгнул на несколько шагов назад, смотря на незнакомца.

Пантос также пристально уставился на новоприбывшего, удивлённо смотря в знакомую спину.

— Ой-ой, а у вас тут нешуточный замес, как я погляжу.

Алекс устало встряхнул рукой с мечом, которым остановил недавний удар Лютера.

— Я услышал ужасный шум, поэтому прибежал. Но что это вообще здесь делает этот монстроподобный человек?