Глава 2. Ты навеки моя

В 15 лет я начал учиться пекарскому делу.

Особой причины на то не было.

Просто Риэлла любила хлеб.

Мне хотелось видеть её сияющую улыбку, когда она будет есть выпечку, сделанную моими руками.

К тому же, нужно было освоить какое-то ремесло, чтобы можно было прокормить себя после ухода из приюта.

После бесчисленных неудач — то консистенция теста не та, то с мерой ошибусь, то подгорит, то не пропечётся — я наконец-то смог испечь свой первый хлеб.

Попробовав его, Риэлла сказала, что это невероятно вкусно, и крепко меня обняла.

Её похвала разожгла во мне ещё большую страсть к пекарскому делу.

Мне хотелось печь ещё более вкусный хлеб, чтобы кормить её.

«Нуна, а когда за тобой приедут родители?»

«М-м? Не знаю. Может, и не смогут забрать до самого совершеннолетия».

Риэлла как раз уплетала за обе щеки испечённый мной хлеб.

Борьба за власть в её семье не только не заканчивалась, но и становилась всё ожесточённее, поэтому она не могла так просто вернуться домой.

Что ж, чем дольше она оставалась здесь, тем лучше было для меня.

«Вкусно? Я впервые такой пёк, мог и испортить».

«Что ты такое говоришь? Очень вкусно! Твой хлеб намного вкуснее тех дорогих булок, что я ела в детстве!»

Конечно, в её словах было преувеличение, но она смотрела на меня, хихикая, и была так очаровательна.

Ведь она была первым человеком после мамы, кто полюбил меня.

«Обними меня».

«Хорошо».

Прижавшись ко мне, Риэлла сказала немного влажным, сдавленным голосом.

По мере приближения нежеланной разлуки мы отчаянно искали способ остаться вместе.

Но сиротам из приюта было невозможно пойти против предначертанной судьбы, и Риэлла, осознав, что выхода нет, иногда вот так плакала в моих объятиях.

«Если бы… если бы я не была дворянкой и у меня не было бы таланта к магии… нам было бы проще быть вместе».

«…»

С возрастом наши мана-ядра активировались, и мы получили возможность использовать магию.

Конечно, я ничего не знал о магии, и меня это не интересовало, так что даже после активации ядра мне было всё равно. Но она была другой.

Как и подобает наследнице рода магов, она с юных лет проявляла выдающийся талант.

Когда новость об этом распространилась, за ней приехали из её родного дома.

Пусть она и была дочерью сына, от которого они отреклись из-за его побега с возлюбленной, они, похоже, не могли просто так оставить в стороне столь талантливую кровь.

Они хотели немедленно забрать Риэллу домой, но она, рыдая, умоляла не делать этого, и в итоге ей разрешили получать магическое образование, оставаясь в приюте.

Сейчас мы могли быть вместе, но… через три года, когда ей исполнится 19, она должна будет вернуться в свой родной дом или к родителям.

Там, после года обучения, она, вероятно, поступит в академию.

Сердцем я хотел пойти за ней, но у меня, без таланта к магии и без денег, не было шансов поступить в академию.

«Ты сможешь меня дождаться? Я вернусь после окончания академии… Уверен, что не будешь заглядываться на других и будешь ждать только меня?»

«Конечно. С кем мне ещё жить, если не с тобой, нуна».

После того как мама меня бросила, в моей душе образовалась пустота, и я потерял смысл жизни.

Но теперь Риэлла стала моим смыслом.

Мы всегда были вместе, и я уже не мог представить свою дальнейшую жизнь без неё.

«Люблю тебя».

«А я тебя люблю сильнее».

«Нет! Я сильнее-сильнее люблю!»

Мы каждый день признавались друг другу в любви.

Я думал, что меня больше никто и никогда не полюбит.

Но я был так счастлив от того, что самая прекрасная девушка на свете дарит мне столько любви.

Безжалостное время ничуть не ждало нас, вечно занятых.

Семь из восьми лет, что казались такими долгими, пролетели как одно мгновение.

Мне исполнилось 17, ей — 18.

Мои навыки в пекарском деле росли, и я смог устроиться на работу в пекарню неподалёку от приюта.

То, что я смог стабильно зарабатывать, пусть и немного, стало для меня очень важным событием.

У этих денег была лишь одна цель.

Я должен был усердно копить их, чтобы они стали нашим капиталом для совместной жизни в будущем.

Я начал работать в пекарне, а у неё стало больше уроков магии, так что времени, которое мы проводили порознь, становилось всё больше.

Но зато, когда мы были вместе, мы не отходили друг от друга ни на шаг.

Если мой выходной совпадал с днём, когда у неё не было занятий, мы в этот день не расставались буквально ни на секунду.

Неужели простое появление любимого человека может принести столько счастья?

Даже просто быть рядом, не ведя особых разговоров, дурачиться и разыгрывать друг друга по пустякам было невероятно весело.

Мне хотелось запечатлеть в памяти её улыбку, её счастливое лицо.

Через год… нам предстояло не видеться несколько лет, и чтобы пережить это время, мне хотелось ещё глубже врезать в память наши настоящие моменты.

Как дворянка, она жила в отдельной комнате, и я, по её зову, каждую ночь проводил с ней.

Конечно, всё это происходило с ведома воспитателей приюта, так что спать вместе нам не разрешалось.

Проведя с ней какое-то время, я возвращался на своё место, чтобы спать.

В это время мы целовались, и вскоре уже без колебаний сплетали языки.

Мы также касались повзрослевших тел друг друга.

«Может… заведём ребёнка?..»

«А?..»

«Если у нас будет ребёнок… мы сможем сразу пожениться. Тогда и в академию идти не придётся… и с тобой не нужно будет расставаться».

«Нуна, как бы то ни было, так нельзя».

«Почему?.. Ты не хочешь ребёнка от меня?»

Я покачал головой.

«Конечно, хочу. Но ребёнок не должен быть средством для достижения цели. Ребёнка… мы можем завести после того, как все дела уладятся и мы поженимся, ведь так?»

«Я… я… я не хочу расставаться с тобой ни на мгновение…»

Риэлла уже плакала в моих объятиях.

Я гладил её по голове и похлопывал по спине, пока она горько рыдала.

«Я тоже не хочу. Ты для меня — вся моя жизнь, нуна. Но… ничего не поделаешь. Нам нужно будет прожить порознь всего несколько лет. Если мы выдержим эти несколько лет… то сможем прожить всю жизнь счастливо».

«Остался год. До того, как я отсюда уеду».

«Значит, этот год… мы должны прожить счастливо».

«В последний день… перед моим отъездом… давай сделаем это».

«А?.. Что сделаем?..»

Шмыгая носом, Риэлла смущённо пробормотала, запинаясь:

«Н-не притворяйся, что не понимаешь…»

«А, ах… Д-да. Понял. Д-давай сделаем».

«Это будет метка, что ты мой, а я твоя. Мы оставим эту метку на телах друг друга».

Я лёг на кровать, и она, извиваясь, забралась на меня сверху.

Ощущая приятную тяжесть её тела, я обнял её и спросил о том, что давно хотел, но не решался.

«Нуна, а почему в тот самый первый день ты подошла именно ко мне?»

«Просто… ты был один, и мне показалось, что тебе очень одиноко».

«Только из-за этого?»

«И ещё… ты и в детстве был красивым. Знаешь, как мне было тяжело отшивать всех тех девок, что клеились к тебе? Я уже слюнки на тебя пустила, а они пытались увести то, что моё. Их было так много».

«Разве их не было всего двое?»

«Остальных я отшила ещё до того, как они успели к тебе подойти, так что ты и не знаешь».

Риэлла переплела наши пальцы и поцеловала тыльную сторону моей ладони.

«Честно говоря, тогда я и не думала, что всё так обернётся».

«Правда?»

«Угу. Тогда ты был просто маленьким милым мальчишкой, ниже меня ростом. А теперь вымахал такой дылдой…»

«Кто услышит, подумает, что я был намного ниже тебя. Разница была с гулькин нос, да и в возрасте всего год».

«Не придирайся к мелочам!» — мило возмутилась она.

Я усмехнулся, взял её лицо в ладони, приподнял и поцеловал.

«Спасибо, нуна».

«М-м?»

«Если бы не ты… я бы до сих пор был таким же, как тогда. Ты изменила мою жизнь».

«Раз знаешь, то старайся ещё больше».

«Буду служить вам всю жизнь, не беспокойтесь».

Мы смотрели друг на друга взглядами, полными любви.

Мне казалось, я вот-вот утону в этих пленительных глазах.

Мы медленно приблизили свои губы друг к другу и сплели языки.

Как бы я хотел, чтобы время остановилось в этот самый миг.

Я так не хотел, чтобы настал момент нашей разлуки.

Пожалуйста, хоть кто-нибудь, не дайте нам расстаться.

«Люблю».

«Люблю».

Мы сказали это одновременно.

Вдыхая аромат этой любви, я на мгновение прикрыл глаза.

Хотелось бы так и уснуть, но, к сожалению, нам это не было позволено.

«До завтра».

«Люблю тебя».

«И я тебя».

«Вернуться до ужина!»

««Да!!»»

Настал её день рождения.

Последний день рождения, который мы проведём вместе.

Поэтому, по её желанию сделать этот день особенным, мы решили ненадолго выйти за пределы приюта.

Директор, которая прекрасно знала о наших отношениях и которой особенно нравилось, как я изменился к лучшему благодаря Риэлле, с радостью разрешила нам уйти.

Поначалу, честно говоря, я немного злился на директора за то, что она спасла меня и привезла сюда.

Но сейчас, когда я встретил её и каждый мой день наполнен счастьем, я каждый день благодарю директора.

Мы расстелили покрывало под большой сосной на холме, немного в стороне от приюта.

Мы выбрали это место просто потому, что с холма открывался красивый вид, вот и всё.

Я поставил свечи на испечённый мной торт, мы спели поздравительную песню, и она задула свечи.

«Вкусно!»

«Ешь побольше. Есть ещё один».

«Хе-хе».

Съев всю принесённую выпечку, она начала доставать из своей сумки подарки.

«Вот, подарок!»

«Ох…»

«Ну как? Здорово я нарисовала? Это мой автопортрет. А это твой портрет! Будем смотреть на них, чтобы скрасить тоску, когда не сможем видеться».

«Очень красиво нарисовано. Но рисунок всё равно не передаёт всей твоей красоты».

«Хе-хын~. Я ведь и правда хорошенькая, да?»

«У тебя день рождения, а подарки получаю я».

«Я вообще-то хотела подарить на твой день рождения, но не удержалась. В следующем году подарю что-нибудь ещё лучше!»

Я тоже достал из своей сумки подарок для неё.

«Откуда цветы?»

«Дарить цветы — это уже само по себе значимо, но в языке цветов скрыт ещё больший смысл. Знаешь, что означает эта чёрная роза?»

«Что?»

«„Ты навеки моя“. Это значит, что ты на всю жизнь моя. Моя, и никто другой не сможет тобой обладать».

«Надо же, какой Риэль у нас собственник».

«Тебе не нравится?»

«Именно за это я тебя и люблю. Ты ведь будешь смотреть только на меня всю жизнь».

«Я-то твой. Но, если честно, ты ещё больший собственник, чем я».

«Нет, ты!» — высунув язычок, хихикнула Риэлла.

«Кстати, нуна, у тебя фамилия Блоз, а ты не знаешь значения чёрной розы?»

«Мне такое неинтересно. А что, Блоз означает „чёрная роза“?»

«Вроде того. Я читал в книге, что если вставить в имя слово „чёрная роза“, то получится Блоз».

Я протянул ей чёрную розу и снова порылся в сумке.

«Ещё что-то есть?»

«Это последнее. Держи».

«Это же…»

«Это кольцо, но… это ещё не предложение… Считай это просто парными кольцами. Когда будем жениться, я подарю тебе что-нибудь подороже».

«Но серебряное кольцо, должно быть, дорогое…»

«Стыдно признаться, но… оно не полностью из серебра. Там лишь немного примеси, так что оно не такое уж и дорогое… Когда заработаю больше денег, куплю тебе золотое».

«Неважно. Золото или серебро, мне очень нравится…»

Я открыл коробочку и надел кольцо ей на безымянный палец левой руки.

Затем надел такое же кольцо и себе на левый безымянный палец.

«Я люблю тебя, Риэлла».

«И я люблю тебя, Риэль».

Мы обменялись томными, полными страсти взглядами, наши глаза были прикованы к губам друг друга.

И когда мы медленно потянулись друг к другу…

- ГУ-У-У-У-У-УЛ

Земля задрожала, словно началось землетрясение.

«Что это?..»

«Похоже на землетрясение?..»

Трясло не так чтобы очень сильно, но мы крепко вцепились друг в друга.

Затем, словно афтершоки, земля коротко вздрогнула ещё несколько раз, и…

- А-А-А-А-А-А-А!

- БЕГИТЕ!!

Снизу, со стороны деревни, донеслись крики людей.

«Ч-что такое?»

«Там!»

Внизу были видны убегающие люди и чудовищные создания, с ужасающей скоростью преследующие их.

Твари в человеческом обличье, но без глаз, бегущие на четвереньках, используя руки вместо ног.

При этом из их лопаток торчали ещё две уродливые руки.

«Это гули!»

Риэлла, мгновенно опознав монстров, схватила меня за запястье.

Трупоеды-нежить, гули.

Даже я, полный профан в таких делах, знал, что гули не появляются естественным путём, а создаются кем-то с помощью чёрной магии.

Мы тут же оценили ситуацию, наспех запихнули подарки в сумки и бросились бежать.

Полчища лишённых разума гулей, пожирающих всё, что попадалось им в лапы, высыпали наружу и неслись прямо к нашему холму.

Внезапно ощутив едкий запах смерти, я изо всех сил сжимал её запястье и бежал.