— Правда очень вкусно!

— Да? Тогда на обратном пути купим несколько штук. А то кое-кто может и обидеться.

Вайолет протянула платок. Получив платок из дорогой ткани, Мэри растерянно моргнула, а когда Вайолет сама вытерла крем с её щеки, застыла как изваяние.

Её лицо, залившееся густым румянцем, стало похоже на помидор. Прежде чем Мэри успела что-то сказать, Вайолет снова улыбнулась.

От улыбки госпожи Мэри не знала, куда себя деть, и скорчила плаксивую гримасу.

— Эй, ты чего так ешь, что всё размазываешь?

— Уф-ф, а вот вы, молодой господин… всё съели аккуратно.

Заметив, что Вайолет собирается вставать, Каирн тут же вскочил первым. К счастью, он, похоже, ничего не заметил.

— Ох? Этот цвет волос и глаз, это же точно…

— Эй, да нет, наверняка совпадение.

— Наверное? Ах, о третьем сыне Эвереттов ходят только самые восхитительные слухи.

Услышав эти слова, брови Вайолет коротко дёрнулись. Каирн, встретившись взглядом с сестрой, покачал головой.

Он делал вид, что не слышит.

— Может, потихоньку пойдём?

— Пожалуй. Закажешь подарок для нашего братика?

— Ого, в его отсутствие называешь его «братиком». Услышал бы он это, так от радости в обморок бы упал.

— Ха-а.

— Эй, что? Что это за вздох!

Каирн подскочил от вздоха Вайолет, но она, проигнорировав его, поднялась с места. Мэри встала следом и начала собирать вещи.

Пока Каирн, не в силах сопротивляться напору сестры, пошёл заказывать дополнительные десерты, Мэри без умолку болтала о том, какими вкусными были здешние пирожные.

— Вот как.

Вайолет небрежно поддакивала, но прислушивалась к разговору за соседним столиком.

— Право, некоторые совершенно не знают своего места…

— В этот раз леди Толопия…

— Кстати, вы слышали историю о помощнике его высочества наследного принца?

Голоса были негромкими, поэтому слова доносились обрывками, но понять суть было нетрудно.

Примечательно было то, что леди из графства Толопия в основном молчала, вступая в разговор лишь для того, чтобы умерить сплетни.

— Кстати, все уже нашли себе партнёров?

— Ах, скоро же бал в честь дня рождения его высочества наследного принца. Я, конечно…

'Почему они так много болтают?'

В тот момент, когда Вайолет собиралась сказать «оставь себе» Мэри, которая не знала, что делать с зажатым в руке платком, вернулся Каирн.

— Теперь сразу домой?

— Не знаю. Может, ещё немного погуляем.

— Что? Пожалуйста, пошли домой. Я устал…

— Если устал, можешь один идти домой.

— А-а, нуна! Пожалуйста!

Под аккомпанемент воплей Каирна Вайолет неторопливо собралась и встала.

Вайолет вдруг подумала, что если бы это был роман, леди из графства Толопия непременно оказалась бы злодейкой.

Вайолет С. Эверетт — финальный босс и серый кардинал. Леди Толопия — злодейка. А главной героиней, разумеется, была бы Эйлен.

Вероятно, Эйлен, приехав в столицу, подверглась бы унижениям со стороны леди Толопии.

Едва она бы справилась с этим и восстановила свою репутацию, как появилась бы Вайолет, и жизнь Эйлен полетела бы в тартарары, но та с трудом преодолела бы все невзгоды, и в итоге злодейку бы изгнали.

Если бы, конечно, это был роман.

Разумеется, в жизни Вайолет главной героиней была она сама. Так что эта мысль была не более чем пустой фантазией.

— Нуна, мы что, правда опять пойдём по магазинам? А?

— Кстати, я хотела бы купить себе новые туфли.

— У-у-у, ладно.

— Ах, хотя, может, лучше всего будет купить новую одежду моему милому братику.

— …

Лицо Каирна побледнело. Вайолет легко рассмеялась.

— Хм. Уж лицом-то наш молодой господин прекраснее всех на свете.

— Он очень похож на матушку. Хоть я и сказала это в шутку, но идея кажется забавной, так что пойдём в универмаг.

— Да-а-а!

До самого конца она делала вид, что не замечает взглядов и пересудов, следовавших за ней по пятам.

Пока столица гудела в преддверии бала в честь дня рождения наследного принца, Вайолет проводила время в спокойствии.

Все только и говорили о том, кто какое платье наденет, какие подберёт драгоценности и с кем пойдёт в паре — изо дня в день одна и та же тема.

В доме маркиза Решана, похоже, было не иначе — оттуда пришло письмо с рекомендацией ювелира. Вайолет отправила в ответ лишь короткое «спасибо».

Высшее общество в конечном итоге было брачным рынком, а потому не могло не быть тесно связано с политикой. Это было место, где циркулировали всевозможные слухи, так что управлять высшим светом было равносильно управлению частью аристократического общества.

Отсутствие у Вайолет каких-либо амбиций объяснялось просто.

Ей просто не были важны ни аристократическое общество, ни их оценки. А зачем обращать внимание на то, что не имеет значения?

Вместо этого она, вернувшись к истокам, рисовала. Это были скорее наброски, а не картины, которые она стремилась завершить.

Этюды Вайолет в незаконченном виде были разбросаны по всей мастерской, но их вскоре собрали и развесили в галерее. Незавершённость гармонировала с её стилем, создавая картины с особой, загадочной атмосферой.

Роэн, несмотря на свою занятость, обязательно находил время, чтобы устроить ужин. Его жизнь, хоть он и не был ещё официальным адъютантом, а к нему уже относились как к таковому, была не менее загруженной, чем у герцога, но он всегда выкраивал время.

Роэн понял. Понял, почему его отец, пусть и насильно, продолжал устраивать эти донельзя чопорные ужины, почему он настаивал на том, чтобы семья собиралась вместе за трапезой.

Он испытал слабую жалость к герцогу, оставшемуся в замке.

— Брат, неужели ты и в этом, как зануда, будешь походить на отца?

— Окажись ты на моём месте, посмотрел бы я на тебя.

— О-о, мне что, разорить семью герцогов?

— …

— Ха-а.

Ужины редко заканчивались мирно. Разговоры всегда были чересчур колкими, но братья, препиравшиеся вполсилы в шутку, не обращали на это внимания.

Вайолет размышляла, почему её постоянно приглашают на эти ужины. Однако вопрос вскоре перетёк в «а почему я прихожу, раз меня зовут?», и она отбросила эти мысли.

Это было мирное время.

Наследный принц официально пригласил Вайолет стать его партнёршей.

Императорская семья и семья герцога. Появление двух семей, обладающих безграничной властью, вместе на балу, да ещё и в честь дня рождения принца, могло вызвать куда больший резонанс, чем можно было предположить.

Вайолет подумала, нет ли здесь политического расчёта, но тут же оставила эту мысль. Это была забота Роэна.

Всё равно она уже отказалась.

Официальное приглашение было отклонено на уровне Роэна.

— Он, должно быть, собирается использовать тебя как приманку.

— Приманку?

Вайолет не спрашивала, но Роэн специально выделил время, чтобы всё объяснить.

— Внимание людей и так уже приковано к тебе. Как думаешь, что случится, если «Вайолет С. Эверетт» станет партнёршей наследного принца?

— На меня повесят клеймо будущей кронпринцессы.

— Верно. И в высшем свете будут судачить только о тебе. Ты ведь и сама это понимаешь, не так ли?

— Хлопотно.

— «Я дам тебе место кронпринцессы, так что будь послушной приманкой» — таков, должно быть, его расчёт. Хотя я и не могу до конца понять, что на уме у этого хитрого змея.

'Змей оценивает змея', — безмятежно подумала Вайолет. 'Наверное, это похоже на то, как скандалом со знаменитостью прикрывают коррупцию политиков'.

— Тогда как насчёт того, чтобы пойти со мной? Так ты сможешь избежать пересудов.

— А разве я должна беспокоиться о каких-то пересудах?

— …Нет.

Появление Вайолет и Роэна вместе не избавит её от сплетен.

В лучшем случае поползёт слух, что злодейка сблизилась с семьёй. В худшем — что ведьма заключила сделку с дьяволом и околдовала родных. А может, и ещё более грязные слухи.

В конечном счёте, тот факт, что Роэн был для Вайолет лучшим вариантом, не менялся.

— Так с кем ты идёшь?

— С сэром Адином. Он уже дал согласие.

— …Что?

Роэн выронил газету. Ему нравился Адин, но, несмотря на это, с его происхождением было много проблем.

Казалось бы, что такого в незаконнорождённом, но для тех, кто верил в существование голубой крови, это была большая проблема.

Злодейка и бастард. Два разных постыдных секрета двух герцогских семей.

Связь, о которой никто не знал, где они встретились и почему стали партнёрами. Нетрудно было представить, какие сплетни начнут распускать любители почесать языками.

— Обязательно идти именно с ним?

— А есть причины этого не делать?

— Причины не делать…

Роэн тут же замолчал. Даже если сплетники начнут судачить, это не нанесёт удара ни Эвереттам, ни Эширам. Нет, скорее, им придётся быть осторожнее, чтобы не попасть в немилость к герцогским семьям.

Такова была безграничная власть. Роэн, решивший защищать сестру, больше не возражал.

— Вайолет.

— Да.

— Бал ведь длится семь дней.

— Полагаю, что так.

— Значит, нет нужды все семь дней появляться с одним и тем же партнёром?

— …

Роэн начал ныть.

Вайолет прищурилась. 'Что вы имеете в виду?' — читалось в её взгляде. В ответ Роэн лучезарно улыбнулся.

— Не уделишь ли ты мне хотя бы один вечер?

— Нет.

— Всего один.

— Нет.

— Просто появиться вместе на входе…

— Отказываюсь.

— …Нельзя?

— Да. Нельзя.

— …Точно?

Его просьба, разумеется, была отклонена.

Вайолет не собиралась присутствовать на балу все семь дней. Каждый день менять наряды — это одно, но ведь придётся целый день следить за собой, чтобы выглядеть безупречно. И так на протяжении всего бала. Слишком хлопотно.

А появиться в растрёпанном виде не позволяла гордость, так что лучшим выходом было просто не присутствовать.

— …Понял.

— Вы ведь тоже пользуетесь популярностью.

— Просто нет никого, кто бы меня особо интересовал.

— Какая жалость.

Роэн сказал то, от чего заплакали бы многие леди. Он, как и его мать, был очень красив, и его лицо заставляло трепетать сердца многих девушек.

А учитывая, что внешне он казался добрым, и говорить было нечего.

Вайолет, не имея ни малейшего желания вмешиваться в любовные дела брата, больше ничего не добавила.