Если подумать, разве Хаилю не страшно? Он знает, что здесь, в подвале заключён демон, но продолжает приходить. Кажется, я где-то слышала, что чем ты моложе, тем бесстрашнее. Когда я погрузилась в раздумья, Хаиль сказал:

― Сестрёнка, ты такая честная. Обычно, что бы ни случилось, говорят: «Ах нет, всё в порядке», разве нет?

― Лгать нехорошо.

― А? Э-э, ну да, это так, но разве не бывает лжи во благо?

― Что? Нет такого понятия, как «хорошая» или «плохая» ложь. Грех, совершённый твоими устами, ― тоже грех, и за него придётся платить после смерти.

― И как же придётся платить?

― Я не знаю, потому что ещё не умирала.

―...Да, верно. Сестрёнка ещё не умерла.

У Хаиля было трудночитаемое выражение лица. Ему любопытно? Я придумала правдоподобную гипотезу, вспомнив то, что узнала до сих пор.

― Возможно, я попаду в ад, и демоны вырвут мне язык?

― И для чего им твой язык?

― Э-э, коллекционирование?..

―...Не думаю, что демоны захотят чего-то подобного.

― Возможно. Я тоже этого не хочу. Сестра Рухе, а вы знаете?

Сестра Рухе, которая стояла неподвижно и наблюдала за нами, склонила голову и проговорила нежным голосом:

― Люди не выносят адского пламени, поэтому вся их кожа раздувается и облезает, а когда звери с острыми, как лезвия, зубами обгладывают их плоть, из их ртов раздаются только крики. Поэтому демонам не нужно вырывать им языки, они всё равно ничего не могут сказать.

― ...Вот так, Хаиль.

― Сестрёнка, ты сейчас напугана?

― Н-нет.

― Лгать нехорошо.

― ...

― Не волнуйтесь, сестра Шуне. Ад не такое уж плохое место.

― Вы говорите так, словно сами там были, сестра Рухе...

Неужели я выглядела такой испуганной? Я неловко улыбнулась её мягкому утешению.

Скрип, скрип.

Каждый раз, когда я поднималась по лестнице, я слышала тревожный звук, но, похоже, сестре Рухе и Хаилю это не волновало. Остановившись на площадке второго этажа, сестра Рухе указала на коридор слева и сказала:

― Сестра Шуне, опора здесь старая, поэтому вы можете пострадать. Будьте осторожнее.

― Да, хорошо.

― Это моя комната. Если ночью вам приснится страшный сон, можете приходить ко мне в любое время. Кровать просторная, поэтому мы сможем спать вместе.

― Правда? И вы не прогоните меня, даже если я буду приходить каждый день?

― Конечно.

Я с облегчением посмотрела на комнату прямо перед лестницей. Хаиль потянул меня за руку и произнёс:

― Сестрёнка, ты же можешь просто спать со мной?

― Хаиль, тебе нужно вернуться домой. Твои родители будут беспокоиться.

― А? О, всё в порядке. У меня нет семьи. Иногда я спал здесь. Верно, сестра Рухе?

― Да.

― А, правда? Но сегодня я хочу спать вместе с сестрой Рухе.

Неизвестный мужчина может появиться сегодня вечером. Сама я не могу его прогнать, но рядом с сестрой Рухе со мной же всё будет в порядке? Я не настолько смелая, чтобы отказываться от впервые проявленного ко мне добродушия.

― Хорошо, тогда я буду спать рядом с тобой.

― Что?

― Сестра Рухе будет спать слева, сестрёнка ― посередине, а я ― справа. Тогда тебе будет не страшно, и ты будешь счастлива, верно?

― Но разве нам не будет тесно?

― Кровать широкая, просторная. Если я пойду домой, то мне будет одиноко.

― О, тогда я не возражаю...Сестра Рухе, а вы?

― Да, я не против.

― Не волнуйся, сестрёнка. Просто возьми меня за руку и спи.

― Ого, ты говоришь, как взрослый, Хаиль.

Мы знакомы всего два дня, но мне очень понравился Хаиль из-за его живого характера. Так бы я себя чувствовала, если бы у меня был младший брат?

― Хм?

― Что-то случилось, сестрёнка?

― Ну, до вчерашнего дня я не понимала, почему именно я, а не кто-то другой должна была прийти в это место. Я думала, что это абсурдно и не логично. Но...

Хотя я не видела этого лично, но сестра Рухе сказала, что с печатью проблем нет. Она также сказала, что будет меня постепенно обучать тому, чего я не знаю, а еда была просто восхитительной.

― Надеюсь, вам понравится здесь, сестра Шуне.

― Я чувствую себя здесь намного комфортнее, чем когда жила в церкви.

― Разве это не хорошо?

― Хорошо!

― Тогда, сестрёнка, оставайся здесь.

― Я не могу.

― Почему?

― На самом деле, когда я впервые пришла сюда вчера, у меня было очень зловещее предчувствие. Я ничего не знаю, но интуиция у меня хорошая, поэтому я думаю, что печать скоро спадёт.

В отличие от вчерашнего дня, когда я нервничала, сегодня со мной было всё порядке, но было очевидно, что это место не подходит для длительного пребывания.

― Сестрёнка, а ты знаешь, что за демон запечатан в подвале монастыря?

― Нет.

― ... Сестрёнка, ты же настоящая монахиня, верно? Не окажется же, что на самом деле ты просто присвоила себе это имя? Как ты можешь не знать такого?

― Я же сказала, что не получила должного образования. Хаиль, значит ты знаешь, что там за демон?

― Да.

― Вот как.

Наверняка сестра Рухе научила тебя этому, верно? Монахини и монахи, отвечающие за образование в ордене, были очень строгими и периодически наказывали их в течение всего учебного времени. Кроме того, если ошибался один человек, они наказывали всех, поэтому обучение шло медленнее.

Было действительно очень больно ― мои икры покраснели и распухли до такой степени, что даже кожа лопнула. Я вспоминала о том, насколько была расстроена сестра Агнес, когда наносила мазь, когда Хаиль спросил:

― Сестрёнка, разве тебе не интересно?

― Что?

― Что за демон запечатан в подвале.

― Нет.

― ...

― Хаиль, разве нет в мире чего-то более важного, чем это? Не думаю, что мне нужно знать, как зовут этого демона, какие злодеяния он совершил, насколько он жестокий, порочный и дрянной.

― Э-э, эм. Но он не дрянной демон...

― Так нельзя, Хаиль. Ты не можешь жалеть демона и восхищаться им. Есть поговорка, что у стен тоже есть уши. Ты не знаешь, кто и когда это может услышать, ты меня понял?

― Да...

Думаю, что Хаилю интересны демоны. Когда он кивнул со странно угрюмым видом, я почувствовала, что обязана его направлять, чтобы мальчик не пошёл по неверному пути.

В этот момент сестра Рухе тихонько рассмеялась. Видимо, в её глазах я, которая не было достаточно подготовлена, выглядела таким же ребёнком, как и Хаиль. Однако мальчик, казалось, обиделся ― он обнял меня за талию и прямо сказал:

― Не смейтесь, сестра Рухе.

― ...Может пойдём теперь на улицу? ― произнесла она с улыбкой.

Я моргнула и тихо подняла руку.

― Сестра Рухе, могу я ненадолго зайти в свою комнату?

Мне нужно было кое-что взять с собой, если я собиралась выйти на улицу. Я поднялась в комнату и взяла Библию и крестик с оборванной цепочкой. Сестра Рухе и Хаиль, которые ждали меня внизу, посмотрели на мои руки.

― Ты ходила за этим, сестрёнка?

― Никогда не знаешь, что может случиться. И демон, которого я вчера видела под деревом, тоже меня беспокоит... ― ответила я со вздохом.

Честно говоря, я действительно не хочу никуда выходить. Но я не могу оставаться в монастыре до возвращения сестры Агнес, поэтому лучше осмотреться, когда нас трое.

Я встала в дверях и сказала, медленно поглаживая Хаиля по голове:

― Хаиль, не уходи от меня далеко.

― Хм? Ты беспокоишься обо мне?

― Нет, я боюсь.

― Хорошо, сестрёнка. Думаю, теперь я знаю, что ты за человек.

― Я слышала, что меня легко понять.

― Ну, я не думаю, что тебе это говорили в хорошем смысле.

― Это лучше, чем когда тебе говорят, что не знают, о чем ты думаешь.

Я часто слышал это в детстве. «Я не знаю, о чем она думает, она больше похожа на труп, а не на ребёнка». Меня ругали, а если мне не везло, то били. Думаю, из-за этого у меня привычка говорить, не думая.