Если бы предложенное тем медиумом решение помогло, то она бы не сидела сейчас здесь.

— Значит, у вас не получилось.

Он кивнул.

— Это был ротвейлер, которого мы растили с щенячьего возраста. Вся семья его обожала. Но он с рождения был с норовом. Когда мы попытались вселить в него злого духа, он набросился на медиума и вцепился ему в глотку. Он был прекрасно обучен, как охотничья собака, знаете ли.

«Боже мой».

Она живо представила себе, что произошло дальше. Вместо того, чтобы изгнать духа, медиуму пришлось спасать свою жизнь. В итоге всё закончилось, толком не успев начаться. Когда всё вокруг залито кровью, медиум висит на волоске от смерти… Кто бы в такой суматохе смог довести обряд до конца?

— Что случилось с этим медиумом?

— У охотничьих собак есть привычка не разжимать зубы, пока жертва не перестанет дышать.

Значит, он мёртв. Ей почудилось, будто в воздухе разлился металлической запах крови. Айеша в замешательстве опустила взгляд на стол, уставленный самыми разнообразными яствами: от закусок до десертов. Им предстояло серьёзное обсуждение, и чтобы они не прерывались каждый раз на смену блюд, он распорядился подать всё сразу. Как и всегда, еда в особняке Лэнгфилд была восхитительна: наваристый красный гуляш с сочными овощами, томатами и говядиной, конфи из утки, украшенный фасолью и краснокочанной капустой, стейк с хрустящей корочкой и сочной розоватой мякотью. Был даже пирог, обильно посыпанный ягодами разных сортов, которые непонятно откуда удалось добыть в это время года. Однако она совсем не чувствовала вкуса. Почему-то на этот раз на столе было особенно много красного цвета. Даже стояла бутылка бордового вина, так похожего на кровь.

Заметив, что движение её столовых приборов замедлилось, Кирикс с виноватым видом произнёс:

— Кажется, мой рассказ помешал вам насладиться трапезой. Прошу прощения.

Айеша изо всех сил старалась сохранить невозмутимое выражение лица.

— Нет, всё в порядке. Мне в любом случае нужно было это знать. К тому же я плотно пообедала, поэтому не особо голодна.

Когда она закончила есть, Кирикс тоже больше не притронулся к еде. Он позвонил в колокольчик. Когда раздался его резкий чистый звон, слуги, ждавшие окончания трапезы снаружи, осторожно вошли. Кирикс кивнул, и они бесшумно забрали тарелки с почти нетронутыми блюдами.

«Интересно, куда девается вся эта еда?»

Шеф-повар особняка Лэнгфилд подавал на каждый приём пищи слишком много еды, хотя за столом сидели только они с Кириксом. Вероятно, это было демонстрацией богатства семьи, но Айеша, простолюдинка, ведущая экономный образ жизни, не могла к такому привыкнуть.

 Она смотрела на слуг со смесью беспокойства и любопытства, как вдруг её позвал Кирикс:

— Айеша.

— Да?

— У вас есть какие-то планы на сегодняшний вечер?

— Нет, вроде бы нет…

— Тогда не желаете ли прогуляться по особняку? Я всё вам покажу.

— Да, с удовольствием.

«Отлично».

Айеша втайне ликовала. Она и так собиралась найти предлог, чтобы осмотреть особняк, но с Кириксом, который знал этот дом лучше всех, всё становилось гораздо проще.

— Можете подождать минутку. Мне нужно кое-что взять в комнате.

Прежде всего, ей нужны были бумага и перо. Она планировала записать услышанные ранее истории и свои впечатления от особняка, а также сделать заметки о внутренней структуре дома. Если притворится, что ищет следы, оставленные злым духом, это не вызовет подозрений.

— Позвольте проводить вас.

Кирикс учтиво сопроводил её до спальни и, разумеется, как истинный джентльмен, остался стоять у двери, ожидая, пока она закончит свои дела.

Войдя в комнату, Айеша тут же присела на корточки и открыла чемодан.

«Где же запасные перья?»

Помня, что при сборах положила туда целую связку, она принялась копаться в вещах, но вскоре пришла в уныние. Все перья оказались переломаны.

— Ах, что это такое?! — невольно вскрикнула она. Сегодня был явно не её день. — Хотя, чего ещё стоило ожидать?

Дорога и впрямь выдалась нелёгкой. Особенно в тот день, когда лил дождь – сколько же тогда было суматохи и толкотни? В дилижансе она то и дело пересаживалась и переставляла чемоданы. Для лёгких и хрупких перьев такие встряски были серьёзным ударом. Хорошо хоть, что запасная чернильница осталась цела и невредима. Разбейся она, вся одежда испачкалась бы, и её пришлось бы выбросить. Впрочем, настоящая проблема заключалась в другом. В спальню вбежал Кирикс, испуганный её криком.

— Что случилось?

Айеша инстинктивно бросила взгляд на бумаги, разбросанные по столу. Это был черновик статьи. Там отчётливо виднелись следы правок: вычеркнутые предложения и вписанные сверху новые фразы. Она немного расслабилась, потому что служанка, которая занималась уборкой комнаты, была неграмотной, а другие люди не входили в спальню без разрешения. Если сейчас она вдруг начнёт убирать бумаги, это определённо привлечёт его внимание. Кирикс, как джентльмен, наверняка тут же отвернётся, чтобы уважить её личную жизнь, но даже нескольких слов, попавшихся на глаза, будет достаточно, чтобы её личность немедленно была раскрыта.

Более того, порыв воздуха, возникший, когда дверь распахнулась, смахнул на пол один лист. Времени на раздумья не было. Айеша просто плюхнулась на него. Кирикс протянул ей руку.

— С вами всё в порядке? 

— А… да.

Но Айеша не решалась принять его помощь и встать. По роковой случайности, садясь на пол, она задела вазу, и та разбилась. И ладно бы только ваза - с ней рассыпались гортензии, которые настолько ценились родом Эссельдор, что они сделали их своим символом. Она в крайнем замешательстве быстро собрала цветы и протянула их Кириксу.

— Как же неудобно! Вы так старались украсить ими комнату.

Но Кирикс не сразу принял букет. В его взгляде, устремлённом на цветы, чувствовалась какая-то едва уловимая отстранённость. Или это она себе надумала? Айеша вопросительно наклонила голову.

— Вы не любите гортензии? Я слышала, это символ вашего рода.

— Конечно, люблю. Я считаю их красивыми и элегантными цветами. Просто у них запах... крови, что ли... не знаю.

— Ах, из-за травяного запаха...

Вероятно, специфический травяной запах свежих цветов казался ему неприятным. В конце концов, кто-то любит аромат огурцов, а кто-то его терпеть не может.

Воспользовавшись тем, что Кирикс отвлёкся на гортензии, Айеша быстро скомкала упавший лист бумаги и спрятала его в карман. Затем незаметно потянула за собой чемодан, чтобы черновики статей на столе не попались ему на глаза. Ей нужно было, чтобы он встал спиной к столу, что он в итоге и сделал. Айеша почувствовала облегчение.

— Я в порядке. Правда, ничего страшного не случилось. Просто мой багаж немного пострадал.

— Это он сделал?

— Что?

— Он добрался даже до ваших вещей?

— Нет-нет! — Айша поспешно замахала руками. — Это моя вина. Я зря подняла панику из-за такой ерунды.

Вот почему он сразу же примчался: из-за зловещего присутствия в особняке, он боялся, что со ней могло что-то случиться. Она напрасно заставила его волноваться. Она была благодарна и в то же время чувствовала себя неловко за то, что он так о ней беспокоился.

— Прости...

Но не успела она произнести и слова, как Кирикс перебил её:

— Вы правильно сделали. Нужно поднимать шум даже из-за мелочей. По крайней мере, здесь это так.

Айша невольно кивнула. В конце концов, это злой дух, который может навредить людям, так что вполне понятно, почему он так осторожен...

«Стоп, погодите».

Айеша одёрнула себя, осознав, что едва не поддалась его влиянию. Она не верит в духов. Но когда слушаешь рассказы этого мужчины, невольно увлекаешься. Почему так происходит?