«Что это значит? Если он захватил тело, то настоящий его хозяин, Кирикс Эссельдор, уже никогда не вернётся? Разве это имеет смысл? У тела есть законный владелец, но этот злой дух нагло заявил, что присвоил его себе».

Хотя Айеша не знала, почему он кружил вокруг Кирикса и что замышляет, похитив его тело, она могла с уверенностью сказать одно: это абсурд. Злодеяние, которого ни в коем случае нельзя допускать!

— Немедленно убирайся из этого тела! — закричала Айеша.

— С какой стати? Я так долго ждал этого дня, — ответил злой дух.

Несмотря на духоту в спальне из-за того, что сильно топили, Айеша внезапно снова почувствовала озноб. Холодный пот заструился по её спине. Не в силах ни подойти к злому духу, ни развернуться и убежать, она прерывисто хватала ртом воздух, чувствуя, как от волнения перехватывает дыхание. Она смело потребовала от него покинуть тело, но понятия не имела, как справиться с ним.

«Что делать? Что же теперь делать?»

Поскольку Кирикс безоговорочно ей доверял, она решила признаться ему, что на самом деле не является медиумом. К тому же она не верила во все эти россказни про злого духа, который должен захватить его тело. Она была всего лишь репортёром третьесортного журнала, которая притворилась медиумом, чтобы выудить какую-нибудь интересную сенсацию из таинственных слухов, ходящих вокруг семьи Эссельдор.

Проклятие рода Эссельдор

Это было время послеобеденной сонливости. Главный редактор внезапно подошёл к Айеше, которая клевала носом, сидя за столом перед чистым листом бумаги, и заговорил с ней:

— Айеша, ты слышала о трагедии семьи Эссельдор?

— Эссель… Род Эссельдор? — Айеша, окончательно проснувшись, порылась в памяти, выжимая оттуда крупицы информации: — Разве это не та семья, в которой течёт кровь какой-то древней королевской династии?

— Верно. Это было очень давно, но в их роду и в самом деле были особы королевских кровей.

— И что?

— Оказывается, у этой семьи есть весьма интересная история.

— Вы же сказали, что это трагедия?

Главный редактор пожал плечами:

— Ну, для них это трагедия, а для нас - интересный материал, который станет отличной статьёй.

Айеша на мгновение задумалась, затем плотно сжала губы и кивнула. С точки зрения редактора журнала, который зарабатывает на продаже чужих секретов, он прав: чем трагичнее история, чем она скандальнее, тем больше денег принесёт статья.

— Айеша, ты веришь в Бога?

Разговор внезапно свернул в совершенно неожиданное русло, и Айеша склонила голову набок.

— В Бога? Нет, не верю.

— Почему?

— Я никогда его не видела. А я верю только в то, что видела своими глазами.

Главный редактор усмехнулся:

— Ты знаешь, какие войны унесли больше всего жизней в истории?

— Религиозные. Я знаю.

— Бесчисленное количество людей погибло, сражаясь за Бога. Но если Его не существует, то ради чего они все пожертвовали собой?

— Ради славы или выгоды тех, кто прикрывался именем Бога. Богов создали человеческие желания. До появления людей их не существовало.

— Ого, я и не знал, что наш юный репортёр такая убеждённая атеистка. Это неожиданно, но, если подумать, может, оно и к лучшему? По крайней мере, ты не струсишь и не сбежишь.

Айеша отвела взгляд от редактора и слегка скривилась. Что же это за история такая, если он говорит, что можно испугаться и сбежать? К тому же его слова звучали несколько грубовато по отношению к ней, человеку, который усердно работал, разъезжая повсюду в поисках материалов для статей.

Айеша вернула разговор, ненадолго ушедший в сторону, к сути дела:

— Но почему мы вдруг заговорили о Боге, когда речь шла о семье Эссельдор?

— Ах да. Ходят слухи, что трагедия этого рода связана с божественным проклятием.

«Божественное проклятие?»

Звучит как полная чепуха, достойная разве что какого-нибудь романа. Но если она покажет главному редактору, насколько нелепым ей это кажется, разговор снова может уйти неизвестно куда. Вместо того, чтобы спросить, как такое вообще возможно, Айеша решила говорить по существу:

— Какое ещё проклятие?

— Айеша, что ты знаешь о главе рода Эссельдор?

— Совсем ничего.

— Но ты же наверняка что-то видела или слышала.

— Недавно я читала в газете статью о том, что сын унаследовал титул главы рода. Кстати, это произошло на удивление тихо. Обычно при наследовании такого состояния между братьями и сёстрами возникает много шума, но Эссельдоры…

Молодой господин Кирикс был единственным сыном в семье Эссельдор. У него не было братьев и сестёр, с которыми пришлось бы бороться за наследство.

— Этот род славится тем, что у них рождается очень мало детей. Дочь или сын — из поколения в поколение у них с трудом появляется хотя бы один наследник, поэтому споров за наследство не бывает, и их колоссальное состояние не распыляется, а передаётся целиком.

— Пожалуй.

— Давай-ка подумаем. Сейчас новому лорду Эссельдору от силы лет двадцать пять... Значит, предыдущему лорду должно быть не больше пятидесяти, — главный редактор начал загибать пальцы, подсчитывая. — Это самый расцвет сил: юношеская безрассудность уже прошла, а старческая немощь ещё не наступила. Идеальный возраст, чтобы управлять родом, имея и опыт, и энергию. И всё же он передал такой важный пост сыну, который едва достиг совершеннолетия, а сам в одночасье исчез на задворках истории.

— И что с того?

— Айеша, тебе не кажется странным, что здоровый мужчина в пятьдесят лет так рано передал власть ребёнку и отошёл от дел?

Ну как сказать. Странным ей это не казалось. Точнее говоря, у неё просто не было времени об этом думать. Представители рода Эссельдор, несмотря на свою известность, редко появлялись на публике, поэтому о них мало что известно. На протяжении долгого времени их окружал ореол таинственности, и это уже стало привычным. Что может сказать посторонний человек о семье, о которой почти ничего не знает? Просто прочитает короткую заметку в газете и перевернёт страницу. Так поступали все, когда речь заходила об Эссельдорах.

— Не знаю. Вам известны какие-то подробности?

— Я тоже узнал об этом случайно. Говорят, в их семье не было ни одного человека, который прожил бы нормальную жизнь. Они либо рано умирают, либо, если проживут чуть дольше, сходят с ума. 

Айеша опешила и переспросила:

— Сходят с ума?

— Да, когда я это услышал, всё встало на свои места. Предыдущий лорд не то чтобы хотел передать титул в таком раннем возрасте, он был вынужден это сделать, потому что его рассудок уже не позволял возглавлять род и управлять землями.

— Вы хотите сказать, что у Эссельдоров есть наследственное психическое заболевание? Но я не понимаю, при чём тут божественное проклятие.

— Выяснить это теперь твоя задача, Айеша.

Она промолчала. Неужели он хочет, чтобы она проникла в особняк? Но как это сделать, если семья славится своей закрытостью?

— До меня дошли слухи через третьи руки, что они тайно ищут сильного медиума.

— Медиума?

В этом и заключалась проблема третьесортных журналов, которые едва сводили концы с концами за счёт сенсационных статей, бьющих по низменным интересам: они хватались за самые нелепые темы. Если спросить, почему она вообще сюда устроилась, ответ прост: это было единственное издание, которое согласилось нанять женщину-репортёра.

— Разве ты не чувствуешь, что это отличный шанс подобраться к Эссельдорам?

— То есть вы предлагаете мне притвориться, что я вижу призраков? Я ведь даже не верю в них.

Она не верит в Бога, так с чего бы ей верить в призраков? Но главный редактор нагло возразил:

— Ради эксклюзива нужно не просто притвориться, что видишь призраков, а сделать вид, будто ты сама одержима, — он подтолкнул её в спину. — Иди, Айеша.

Хотя редакция и отправила её в длительную командировку, командировочные урезали до смешного, придумав тысячу отговорок. Требовать больше было неловко — финансовое положение компании и без того трещало по швам, а доплачивать из своего кармана младший репортёр, устроившаяся на работу совсем недавно, просто не могла.

В итоге Айеша выбрала настоящий марш-бросок: целыми днями она тряслась в тесных дилижансах(1), а с наступлением ночи валилась с ног в дешёвых мрачных постоялых дворах. Поскольку в письме, в котором согласовывался визит к семье Эссельдор, дата прибытия была назначена впритык, позволить себе хоть малейшее промедление она не могла.

(1)Дилижанс — старинный вид общественного транспорта, предназначенный для междугородних пассажирских перевозок, а также перевозки багажа.