Айеша украдкой осмотрела окружающую обстановку. Однако величественная часовня в разгар дня казалась скорее священной и таинственной, и уж точно не была мрачным или жутким местом. Впрочем, раз Кирикс молчит, значит, можно не переживать. Даже если бы здесь бродило что-то нечеловеческое, он заметил бы это раньше неё. Хотя она пробыла в Лэнгфилде всего несколько дней, и судить было ещё рано, для дома, где якобы появляются злые духи, дни проходили на удивление тихо. Конечно, она не могла знать обо всём, что происходит в каждом уголке этого огромного особняка. Однако, случись что-то выходящее за рамки здравого смысла, будь то Кирикс или слуги, они бы первым делом прибежали к ней.

Честно говоря, временами ей казалось, что она приехала сюда не для сбора материала, а чтобы насладиться отпуском. Причём таким изысканным и роскошным, о котором в своей жизни и мечтать не смела.

Впрочем, нельзя сказать, что неприятных происшествий не случалось вовсе. Когда она пользовалась ванной, особенно когда глядела в зеркало, ей было немного не по себе. Но и это чувство быстро притупилось. В ванной больше не наблюдалось никаких зловещих знаков, словно страх того дня был напрасным. Слуги тоже без всякой опаски заходили туда и убирались. Ведь каждому случается видеть кошмары или страдать от сонного паралича, не так ли? И крайне редко кто-то, испытав подобное, начинает всерьёз верить в духов или поддаваться страху. Вероятно, из-за чрезмерного напряжения ей просто что-то привиделось. Придя к такому выводу, Айеша вновь устыдилась своего поведения в тот день. Зачем паниковать раньше времени, когда ещё ничего не случилось?

К счастью, Кирикс уделяет ей довольно много времени, так что статья статьёй, а подготовиться к ней нужно как следует. К тому же посторонние редко ступают в семейные часовни. Айеша решила превратить каждое мгновение в возможность. Намереваясь запечатлеть в памяти все детали, она резко запрокинула голову и посмотрела на высоченный потолок часовни.

— Боже мой... Теперь я понимаю, почему вы сказали, что сюда нужно приходить именно вечером.

Витражи наверху, озарённые закатным солнцем, сияли золотым светом.

Кирикс с улыбкой спросил:

— Вам нравится?

— Очень.

Её грудь переполняло волнение от нахлынувшего восхищения, и она тыльной стороной ладони прижала повлажневшие глаза.

— Только не плачьте, — пошутил Кирикс.

— Удивительно, всякий раз оказываясь в подобных местах, я чувствую, будто... меня подавляет некая сила.

Из-за своей профессии ей приходилось бывать в самых разных местах, и она почти всегда заходила в местные часовни. Причина была проста. Часовня - это место, где официально и совершенно законно регулярно собираются десятки людей. Сидя там под предлогом исповеди, можно было удобно собирать самые разные слухи, гуляющие в народе.

Удивительно, но, закончив работу, она не уходила из часовни сразу, а задерживалась там на какое-то время. Отрицая существование Бога, она всё же была подавлена особой, величественной и благоговейной атмосферой этого места и не могла легко заставить себя уйти.

«Почему так? Может быть, потому, что в этих места, где шпили возводятся всё выше и выше, словно для того, чтобы коснуться небес, наиболее ясно проявляется стремление человека приблизиться к Богу? Или, возможно, во мне самой существует некое двуличие, о котором я не подозреваю?»

— Похоже, вы набожная верующая.

— Нет, не то чтобы... Но, кажется, род Эссельдор возносит молитвы Богу, несмотря на легенду о том, что они были прокляты Им.

Двуличие было присуще не только ей. Если бы она была главой дома Эссельдор, она бы уже давно снесла часовню. Было весьма неожиданно, что этот род, которому следовало бы отвергнуть Бога, по-прежнему проводит самые важные церемонии, такие как свадьбы и похороны, у Его ног.

— Взамен у нас есть один довольно нечестивый обычай.

— Какой обычай?

— В нашем роду невесты из поколения в поколение выходят замуж в чёрной фате.

— Не в белой? Это действительно необычно. В этом есть какой-то особый смысл?

Разве у любой невесты нет мечты появиться в белоснежном платье, окутанной воздушной белой фатой?

Айеша как раз стояла посреди широкого прохода, ведущего от входа в часовню к алтарю. Она попыталась представить себе невесту, идущую к этому алтарю с накинутой на голову чёрной вуалью. Девушка будет осторожно делать шаг за шагом, а вокруг неё будут разбрасывать лепестки цветов. Белые, красные и голубые они будут порхать и опускаться на чёрную прозрачную ткань, окутывающую фигуру невесты.

«Почему-то это напоминает не свадьбу, а похороны».

Сердце ни с того ни с сего забилось быстрее. Айеша невольно отступила на шаг назад, сходя с прохода.

— Чтобы скрыть невесту от взора Бога, — совершенно невозмутимым тоном ответил Кирикс.

Айеша вспомнила картину «Первая ночь с Бессмертием». Чёрная вуаль, лежавшая под белой спиной женщины, была символом их брака?

Значит, на той картине изображалась первая брачная ночь принца из династии Эссельдор и женщины, названной Бессмертием, проведённая сразу после свадьбы.

— Гости, должно быть, удивляются.

— Если бы гости присутствовали, возможно, так и было бы, но на свадьбах нашего рода гостей не бывает.

— Вы совсем никого не приглашаете?

— Да. Здесь брак заключается лишь клятвой жениха и невесты наедине. Разумеется, банкет тоже не устраивается. Жалко времени. Новобрачные сразу направляются в супружеские покои и проводят там семь дней и ночей, полностью отрезав себя от внешнего мира.

Слушая это, Айеша почувствовала, как у неё вспыхнуло лицо. Она тихо пробормотала:

— К чему такая спешка?

— Потому что именно так был заключён брак с Бессмертием. Чтобы унаследовать их союз, мы до сих пор придерживаемся той же процедуры.

— Понятно. Эм... Должно быть, между ними была невероятно страстная любовь. Ведь королевская свадьба обычно требует сложных церемоний и занимает много времени, а они всё это пропустили и решили вопрос молниеносно.

— Вам это кажется странным?

Конечно, это странно. В легендах такое допустимо, но то, что было после - это уже реальность. Удивительно, что обычай повторять ту свадьбу сохранился до сих пор, да и ко всему прочему, вряд ли невестам такое приходилось по душе. В конце концов, свадьба - это союз двух уважаемых семей и событие, где невеста может предстать во всей своей красе. Разве мыслимо превращать такое важное событие в тайное похищение?

Но она не могла честно высказать свои чувства человеку, который обязан соблюдать семейные традиции.

«В любом случае, меня это не касается».

— Ну, если невеста и её семья согласны, то почему бы и нет? — ответила с лёгким сердцем Айеша.

 — Да, уговорить невесту - самое главное. Это вызывает сильное беспокойство.

«Даже такой мужчина, как Кирикс Эссельдор, переживает из-за женитьбы».

 Неожиданно.

— Культура свадеб в роду Эссельдор немного своеобразна, но я уверена, что у вас, милорд, не возникнет проблем.

— Вы так думаете?

— Конечно. Вы добрый, красивый и настоящий джентльмен... И прежде всего, кто посмеет отказать главе великого рода Эссельдор?

Серьёзное психическое заболевание, передающееся из поколения в поколение, конечно, смущало, но если хорошо поискать, наверняка найдётся та, кто согласится с этим смириться. Даже сейчас Кирикс Эссельдор казался безупречным мужчиной, если только не начинал говорить о злых духах.

В конце концов, даже его отец, чья репутация рухнула на самое дно после убийства своего родителя и который к тому же получил увечья, всё-таки смог жениться, пусть и в довольно позднем возрасте.

Честно говоря, достаточно было взглянуть на портрет этого мужчины, чтобы понять: он способен очаровать любого, будь то мужчина или женщина, старый или молодой. А с табличкой «Эссельдор» в придачу ни странные обычаи, напоминающие не то похороны, не то свадьбу, ни душевные недуги не стали бы особой помехой. С обычаями можно просто смириться, а будущая невеста наверняка приведёт с собой целую свиту врачей, способных заняться его лечением.

Сама она из-за высокой стены сословных различий воспринимала его как человека из совершенно иного мира и смотрела на него абсолютно объективным взглядом. Но вот благородные леди, у которых имелся реальный шанс связать свою судьбу с Кириксом Эссельдором, наверняка из кожи вон лезли, чтобы добиться этого брака, так что она зря беспокоилась.

— Айеша, вы тоже так думаете?