Однако это был неизбежный выбор, необходимый для защиты Абеллы от взглядов людей, особенно от глаз Америго.

Несомненно, эти мерзкие родственнички вначале выпили бы всю кровь, а после убили бы Абеллу. Так они и поступали, пока та была ребенком. Они бесчисленное количество раз говорили Лорелии, что она должна выпороть Абеллу и выгнать ее из особняка. Некоторые из них даже утверждали, что ее совершенно нормальный ребенок должен быть убить.

Абелла была Америго, но ей никогда не позволялось жить как Америго. Поэтому, вместо того, чтобы воспитывать Абеллу, окружая ее теплом родительских объятьях, Миссис Америго была вынуждена принести им свою клятву.

- Никогда, я никогда не буду воспитывать Абеллу как часть семьи Америго, - Она окончательно отвернется от дочери, чтобы Абелла могла уйти сама.

Даже если Лорелия ошибалась, для нее - деревенщины, у которой ничего не было, это был единственный способ защитить свою дочь.

Не сказав ни слова мужу Лорелии, который являлся полноправным кровным представителем Америго, саму ее они довели до предела. А ее муж... отвернулся от нее. Он был замечательным отцом для своих детей, но плохим мужем для Лорелии. Всю свою жизнь он жил как аристократ, поэтому не понимал ее страхов и переживаний. Он верил, что его родственники не посмели бы причинить ей вред. Ни одни аристократ не мог совершить столь непристойный поступок. Однако это относилось только к настоящим аристократам, похожим на ее мужа. Для их же "благородных" родственников - паразитов с именем Америго - это был единственный способ выжить. Разница во взглядах толкнула Лорелию в ад. Единственное, что она могла сделать для Абеллы - дать ей возможность сбежать.

Потом родился Карло.

У Лорелии было двое детей, нуждающихся в защите от Америго.

Между родственниками, нацелившимися на их семью, имя Карло не звучало. У Абеллы было слабое место - она была Ребенком проклятья, но Карло не имел недостатков. Кроме того, преемницей была объявлена Абелла. Люди видели в ней свою добычу. Карло был второстепенной проблемой.

Лорелия... для защиты Карло скормила Абеллу родственникам, отдав ее на растерзание.

Не будет ошибкой сказать, что все слухи о ее дочери проистекали от родственников их семьи. Поэтому, после ухода Абеллы, зверье Америго погрузилось в молчание. Они больше не пытались сожрать ее дочь и не беспокоили Карло и миссис Америго из-за проблем с ней. Лорелия была рада освобождению. Но Абелла вернулась. "Я защищу этого малыша".

- Неужели это Саймон?

Эти слова поразили миссис Америго в самое сердце. Змеиные глаза Гилмуса были обращены на ребенка у ее груди. Кровь застыла в жилах Миссис Америго . Она поняла, почему он велел ей привести Саймона сегодня. Лорелия совершила ошибку.

- Я обязан увидеть, как Саймон, унаследовавший кровь Карло, благополучно наследует герцогство.

Они могли навредить и Саймону. Ее сердце, уставшее жить в страхе, забилось быстрее.

- Бабушка...

Несмотря на плач ребенка, Миссис Америго не смела даже шелохнуться. Лорелия сглотнула. Ей было жаль Абеллу, но она должна была защитить Саймона.

- Что я должна сделать? - спросила подавленным голосом миссис Америго.

Абелле нельзя возвращаться назад. Пока Саймон не вырастет... Абелла должна оставаться здесь.

- Отправьте Абеллу обратно в Винсент. На данный момент, "Сделки Абеллы" превратились в "Сделки Америго", верно? Так что велите ей снова вернуться в Винсент.

"Вы, жадные ублюдки". Она ощущала их сильное желание обладать Америго и готовность проглотить Абеллу. Думаете, они оставят Саймона в покое после отъезда Абеллы? Нет. Этого не произойдет. Следующим, после ее дочери, станет малыш Саймон.

Лорелия опустила свой взгляд. Снова...Лорелия приняла решение пожертвовать Абеллой вместо Саймона. "Прости, Абелла". Все же, у деревенщины Лорелии ничего не было, а у них было все. "Я отправлюсь в ад и отплачу за этот грех". Лорелея проглотила горячую слюну.

- Я сделаю все возможное. Однако, как Вы сами знаете, Абелла упряма. Мне нужно время.

- Я рад, что ты понимаешь. Помогай Абелле так, чтобы она не могла и дальше разрушать основы Америго.

Глаза графа Гилмуса были наполнены презрением и удовлетворенностью.

Ноги миссис Америго дрожали. Это был ад. Это был конец деревенской девушки, которая влюбилась в маленького благородного герцога, проезжавшего мимо сельских имений. И дело было не только в любви. Это было так ужасно, что во времена своей безрассудной юности она даже хотела покончить с собой. Она знала, что любовь - это еще не все.

Лорелия до крови закусила свою губу.