Дисклеймер

Данный текст содержит тяжёлые эмоциональные сцены и может быть некомфортен для восприятия.

* * *

После этого мы с Левиной направились в темницу под императорским дворцом.

Воздух был влажным. В нём смешались запах застарелой плесени и что-то похожее на ржавое железо. С каждым шагом вниз по лестнице звук шагов отражался от стен.

В самом глубоком месте на стуле, обвешанном всевозможными заклинаниями и утыканном магическими камнями, словно одних лишь решёток было недостаточно, была привязана маленькая девочка.

Она сидела там и плакала. Слёзы стекали по её щекам и с тихим стуком падали с кончика подбородка на пол.

— Кто… кто теперь меня…

Она бормотала что-то бессвязное, выдавливая непонятные слова.

Ах да, я ведь сообщил, что совсем недавно демоны снова напали, и их без особого труда смели. Возможно, это были последние, кто следовал за этой девочкой до конца.

Если честно, я плохо понимаю, что значит искренне верить и идти за кем-то.

Как бы то ни было, от той самодовольной, уверенной в себе фигуры, что она показывала в прошлый раз, не осталось и следа. Сейчас у неё было такое лицо, будто, стоит её развязать, и она тут же повесится.

— Сходишь, развяжешь её? В таком состоянии она всё равно ничего не сможет сделать.

Левина, сказав это, достала из кармана небольшой драгоценный камень и, задумчиво перебирая его пальцами, отщелкнула с одежды одну декоративную золотую пуговицу. Поднеся его к камню, она тихо прошептала заклинание.

Украшение тут же обвилось вокруг камня, словно живая змея, и вскоре приняло форму изящной серьги, аккуратно охватывающей камень.

Левина положила готовое украшение на ладонь и с удовлетворённой улыбкой посмотрела на результат.

Я тяжело вздохнул и подошёл к ребёнку.

Стоило мне снять кандалы с демонической девочки, которая всё ещё с пустым взглядом всхлипывала и плакала, как она, будто только этого и ждала, рванулась ко мне.

— Ты… из-за тебя! Если бы не такие, как ты, мы бы победили! Мы бы всё вернули обратно!

Голос ребёнка рвался от крика.

Её рука на мгновение попыталась исказиться, становясь бугристой, как у мускулистого демона, которого я видел когда-то раньше, но тут же вернулась к тонкой детской ручке. На ладони уже было показались острые когти – и сразу исчезли, сменившись милыми пальцами ребёнка.

*Шлёп-шлёп*

Даже когда такие руки били меня, ощущения были не сильнее, чем когда Эстиа шлёпала меня ладонью по лицу.

— Д-да почему же люди всегда!… Как только вы находитесь в шаге от краха, у вас обязательно появляются такие способные ублюдки, как ты! Всегда! Каждый раз! Почему?!

Она кричала с обидой, молотя кулачками мне в грудь. Я просто стоял на месте и позволял ей бить меня этими слабыми ручками.

— Равин, долго ты ещё так стоять будешь. Вырви ей сердце.

Левина сказала это у меня за спиной. Говорила она на удивление спокойным тоном, словно речь шла вовсе не о том, чтобы вырвать сердце ребёнку.

— …Сердце?

— Да. Для начала его нужно вынуть. Ты ведь носишь с собой кинжал, как и револьвер?

Лицо Левины оставалось бесстрастным, и потому по привычке я чувствовал, что нужно просто сделать так, как она сказала.

Ребёнок или взрослый, мужчина или женщина… после того как мы без колебаний сжигали еретиков, колебаться перед демоном выглядело даже смешно. Я опустил взгляд на демоническую девочку, которая вцепилась мне в ноги и изо всех сил колотила меня, затем схватил её за волосы и поднял вверх.

— А-а-а! Отпусти! Поставь меня! Я же сказала – отпусти!

Она отчаянно дёргалась в воздухе. Девочка была лёгкая.

Я какое-то время молча смотрел на извивающегося ребёнка, затем вздохнул.

— Всё ведь уже кончено. Обязательно убивать её? Я же говорил не о том, чтобы сделать из неё чучело или ходячую куклу.

— …Не ожидала услышать от тебя такие слова. Ладно… я, вообще-то, тоже не горю желанием чучела набивать. Я что, по-твоему, Кайл?

Сказав это, Левина подошла ближе и прикрепила мне к уху только что созданную серьгу. Холод металла слегка покалывал мою кожу.

*Тык*

Похоже, изодранное ухо уже успело зажить, поскольку я вновь почувствовал, как что-то инородное пробивается через мою плоть.

— Но всё же… если подумать, есть ли вообще место для демонов в нашей жизни?

Серьга сама собой зашевелилась, проколола ухо и медленно встала на место. Небольшая боль сопровождалась странным чувством облегчения.

После этого Левина провела руками по моему телу, будто нащупывая что-то, затем медленно вытащила из-под одежды кинжал и пронзила им мне живот.

*Удар*

Я схватил её за запястье, и в ответ она лишь сильнее надавила, вонзая клинок глубже.

— …Сестра?

— Не драматизируй. Удар в живот тебя не убьёт. Да и ударила я, обходя жизненно важные места.

Сказав это, Левина медленно вытащила клинок из моего живота. Звук, с которым лезвие выходило из моего тела, был довольно громким.

— …Жизненно важное или нет, но в том, чтобы получать нож в живот, – приятного мало.

— Ну, что я могу сказать… потерпи.

Левина потянулась и прошептала заклинание.

— Кстати, ты знаешь, как мне каждый раз приятно слышать, когда ты называешь меня «сестра»?

Кровь вытекала из раны… но стоило Левине протянуть руку, как кровотечение остановилось. Хотя нет, кровь не остановилась, а зависла в воздухе.

Алые капли, поблёскивая на свету, застыли в воздухе.

— Каждый раз, когда я это слышу, мне кажется… да, кажется, будто я всё же заслужила право жить. С детства я всегда считала, что ты – причина, по которой я живу. Поэтому я хотела, чтобы мы были только друг у друга, чтобы лишь наши руки имели право касаться наших тел.

Левина подняла ладонь, и моя кровь, вырвавшаяся из раны, медленно поплыла по воздуху, направляясь к ребёнку-демону.

— Но ты всё же хочешь оставить в живых ту, что стало причиной всех твоих смертей, ту, что стала причиной разбитых моих надежд. Мне так и хочется спросить: «ты вообще в своём уме?»

Девочка, глядя на приближающуюся кровь, стиснула зубы и крепко зажмурилась.

Само по себе то, что мне всего лишь всадили нож в живот, не должно было лишить меня возможности двигаться, но раз тело не слушалось, значит, Левина явно что-то ещё сделала.

— Она и сейчас довольно миленькая, а когда подрастёт – наверняка станет весьма красивой. И поскольку она демон, то наверняка тебя потянет попробовать новые ощущения.

— Ты же понимаешь, что я предложил оставить её в живых не из-за этого.

— Понимаю.

— Тогда к чему ты ведёшь?

— Я не хочу больше видеть, как ты снова умираешь от рук демонов… Нам нужно поставить точку в этой истории. Начала всё это я, и до этого момента мы дошли тоже из-за меня. Хотя, правильнее сказать – благодаря мне. Поэтому только мы будем вместе. До скончания наших дней.

— …

— Я просто пошутила. Не хмурься так, Равин. А то я и вправду убью эту соплячку ненароком.

Спустя мгновение я улыбнулся Левине, и она, в ответ слегка улыбнувшись, указала пальцем на демоницу. С кончика её пальца багровая кровь устремилась к ребёнку.

Тут же кровь, зависшая в воздухе, вонзилась в тело девочки. Не оставив ни единой раны, она просто впиталась под кожу.

Кровь, проникшая под кожу, снова прорвалась наружу и собралась у её шеи… а затем превратилась во что-то, очень похожее на собачий ошейник.

— У… Умнгх!…

Девчушка внезапно схватилась за живот и опустилась на колени.

Её лицо исказилось от боли. И почему-то мне показалось, будто между нами установилась какая-то связь.

— Я же сказала. Я исполню всё, чего бы ты только ни пожелал.

*Удар*

С этими словами Левина вонзила кинжал мне в плечо. И снова – без тени колебания.

— …Кх.

Я подавил короткий стон. В плече вспыхнула острая боль.

— А-а-а-а-а!!

Маленькая демоница выгнулась и закричала, будто её собственное плечо пронзили кинжалом. Корчась от боли, она покатилась по земле и вскоре потеряла сознание.

— Неплохо же, правда? Я когда-то… у одного демона этому научилась. Он заставлял рыцарей носить такие ошейники и таскал их за собой.

— …Демонстрация – это хорошо, но лечить кто будет?

Я посмотрел на кинжал, всё ещё торчащий из моего плеча. Кровь пропитывала рубашку.

— …А, Эстель тебе на что? Ты ведь всё равно собирался встретиться с ней вечером… если придёшь пораньше, она лишь обрадуется сильнее.

— О, да. С таким видом она наверняка будет в восторге.

— …Хмм. Наверное, стоит для начала позвать придворного портного?

****

— То есть… ты решил завести себе одного демонёнка и ради этого позволил пробить себе живот?

— Ну… не то чтобы ты была неправа, но…

Эстель положила ладонь мне на живот. Рана постепенно затягивалась.

— Наверное, Левина опять наворотила всякого. Я слышала, как демоны вопили, что она какое-то исчадие ада.

— Правда?

— Ага, в прошлом цикле.

Что же тогда произошло? Мне стало любопытно, но вдаваться в подробности почему-то совсем не хотелось.

— Кстати… раньше у тебя это получалось хуже, да?

— Даже сейчас это далеко не идеально. Но только с тобой. Будь на твоём месте любой другой человек, даже не с дырой в животе, а с полностью размозжённым телом – он бы уже давно восстановился. Я ведь не зря бегаю по полям сражения. Уж спасать людей я научилась как следует.

— …

— С твоим телом ведь что-то произошло?

— Даже если ты так говоришь …

Эстель крепко обняла меня. К моему удивлению, от неё совсем не пахло сигаретами, а только яблоками. И это не духи… Это был лёгкий запах свежих яблок.

— Я не думаю, что кто-то именно повинен в этом. Хотя, уверен, всё это началось из-за Левины… Но если бы не она, я бы, наверное, тебя так и не встретил.

— Ты рад, что встретил меня?

— Если бы не был, то разве стал бы раз за разом возвращаться к тебе после каждой смерти?

— Я счастлива, что встретила тебя. Счастлива просто потому, что могу быть рядом с тобой. И ещё счастлива от мысли, что впереди мы сможем вот так сидеть и болтать о пустяках, жить самой обычной жизнью. Первый ребёнок… пусть его и родила Серафина, да ещё до нашей свадьбы, – я не собираюсь зацикливаться на этом.

Хоть Эстель и улыбалась, но уголки её губ слегка подрагивали, когда она осторожно произнесла следующие слова.

— А ты, Равин… ты счастлив со мной?

— Да. Счастливее, чем кто-либо другой.

— …Вот и хорошо. Ты звучишь искренне.

— Ты ведь всегда говорила, что хочешь, чтобы я тебя любил. Даже если я не смогу это произнести вслух, просто знай, что я буду всегда любить тебя.

Иначе и быть не могло. Я получил от Эстель столь многое, что иногда я думаю: прежде чем сказать «я тебя люблю», мне стоило бы сначала сказать «прости».

— Ведь именно ты первой протянула мне руку и помогла сделать первый шаг.

И всё же, она наверняка предпочла бы услышать не извинения, а признание в любви. Поэтому я хочу исполнить её желания.

— Эстель, я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, Равин.

Сказав это, Эстель смущённо накручивала волосы на палец и тихо добавила:

— Я думала, что между нами такие слова уже не обязательно говорить вслух… но всё равно приятно. Говори мне это почаще.

— Хорошо. И сейчас, и впредь.

— Обнимешь меня?

В ответ я крепко прижал её к себе. И Эстель тоже обняла меня.

И весь оставшийся день мы не отпускали друг друга.