Тут должна была быть реклама...
— Дмитрий!..
Я со всей силы ударила по барьеру. Что же происходит снаружи?
— Выпустите меня!
Все мои попытки оказались тщетными. Я быстро сдалась, потому что прочитала в романе, что простой человек не может разрушить барьер собачьих оборотней. Дмитрия, которому это удалось, оборотни называли чудовищем.
— Остается только ждать и не тратить силы впустую…
Я потеряла счет времени.
Чистый белый кристалл, казалось, поглощал даже звуки, которые я издавала, полностью прерывая течение времени и связь с внешним миром. Я всё больше и больше немела внутри барьера. Словно погружалась в воду.
Причина, по которой барьер был таким страшным, заключалась не только в том, что его нельзя было пробить самостоятельно. Если остаться внутри барьера, он надолго поглотит все чувства, так что вы потеряете рассудок и будете охвачены инстинктивным страхом.
В психологии самая неприятная эмоция называется тревожностью. Тревога способствует раздуванию негативных эмоций.
В этом месте страх, что пять органов чувств не работают должным образом, в сочетании с тревогой от незнания внешней ситуации раздувались, как воздушный шар. Ощущения хода времени смешались в головокружительную смесь, и меня охватил ужас от непонятного чувства, будто прошла уже уйма времени.
«Что со мной будет, если никто не сломает этот барьер?..»
Казалось, что я продолжаю погружаться в глубины морского дна.
Всё вокруг было белым, в этом пространстве потерялось чувство реальности. По крайней мере, мне стало легче, когда я смогла дотронуться до стены. Я боялась потерять чувство восприятия перспективы, ведь пространство было таким безмерным.
«Всё в порядке. Всё хорошо…»
Я обошла барьер, чтобы успокоиться.
Тот факт, что в белом пространстве, где ничего нельзя было увидеть, находились и другие живые существа, принёс мне некоторое облегчение. Я обняла лошадь за шею и зажмурилась, простояв так некоторое время. Но я поспешно открыла глаза, потому что вдруг услышала шум снаружи.
Когда я посмотрела в сторону звука, в потолке барьера была небольшая дыра.
— Ровейн, отойди от стены!
Это сказал Дмитрий.
Исчезнувшие чувства сразу же вернулись. Я уже подумала, что сейчас разрыдаюсь от облегчения.
Я спокойно потянула лошадь и встала в центре барьера.
Вскоре после этого раздался свистящий звук, и что-то застряло в барьере. Ветер пробил дыру в стене. Казалось, что Дмитрий сильно ударил по стене, оставив множество брешей, что вызвало неустойчивость соединения отверстия.
Не выдержав ударов, наносимых один за другим, барьер с треском рассыпался.
Я рефлекторно прикрыла голову и пригнулась. К счастью, осколки разлетелись в воздухе и исчезли.
Дмитрий посмотрел в воздух и сказал:
— Назад, Самаэль.
Проследив за его взглядом, я подняла голову и увидела черный туман, который быстро вращался в воздухе.
— ?..
Как странно.
«Глаза?..»
Было написано, что в этом мире люди не могут видеть истинную природу демонов. Этот туман, видимо, был демоном Дмитрия, но я не должна бы видеть его глаз.
Тем не менее, я определенно почувствовала, что наши взгляды встретились.
«Наверное, показалось».
Я поспешно повернулась к Дмитрию.
— Вы в порядке?
Он пожал плечами с наигранным выражением лица, прежде чем деловито привести в порядок свои грязные волосы и наряд. Он будто ‘чистил пёрышки’, как делает кошка, когда заканчивается охота. Убедившись, что он в порядке, я с разинутым ртом посмотрела на собак, лежащих вокруг него.
— Вы их убили?
Он мягко улыбнулся и задал ответный вопрос:
— Вы хотите этого? Если да, то я так и сделаю.
Хотя я не знала, что он намеревается сделать, я остановила его, когда он угрожающе поднял руку.
— Ах, нет!
Он пожал плечами и опустил руку, словно намереваясь остановиться, если мне это не понравится. Обеспокоенная его поведением, я внимательно посмотрела на собаку и удивилась.
«А? Эта собака-оборотень...»
На ней были три белых узора, похожих на симпатичные жемчужины на шее.
«Не может быть, главный герой-мужчина?..»
Должно быть, это был Кэдис, главный герой романа... Императорская охотничья собака с тремя белыми узорами на середине шеи, как будто на ней было жемчужное ожерелье. Дмитрий заворчал, глядя на него, и тревожась, что тот, возможно, мёртв.
— Он бы так не умер. Они сильные.
Я не знала, как он выглядел с этого места.
«Если смотреть на него отсюда, он всё ещё выглядел сильным».
Я с облегчением увидела, как поднимается и опускается грудь Кэдиса.
«Слава богу. Если с ним что-нибудь случится, принцесса это так не оставит».
Сама того не осознавая, я чуть не пошла по пути злодея вместе с Дмитрием.
«Как я старалась избежать участи быть казненной от рук главных героев... И все было почти напрасно».
Когда я распрямилась, Дмитрий недовольно спросил:
— Вы беспокоитесь о людях, которые пытались на вас напасть?
— Они не виноваты. Если есть проблема, всегда виноват хозяин.
Сказав это, я взглянула на Дмитрия, который сразу понял, что я задумала, и отвернулся.
— Нельзя.
Мне нельзя исцелить Кэдиса с помощью способности.
— Если бы ваши силы были доступны каждому, не было бы это слишком большой потерей для меня?
Это верно. Он соглашался на договорной брак, предоставляя мне достойное содержание в обмен на почти монопольное использование моих способностей.
«Если бы я помогла главному герою, то тогда бы точно избежала участи злодейки».
Подумав, нет ли лучшего способа, я предложила:
— Ну, не оставлять же их здесь? Давайте заберём их. Почему бы нам не взять солдат императора, вежливо с ними обращаться и не вернуть их во дворец в достойном виде?
Я озорно ухмыльнулась и продолжила.
— Думаю, если вы хорошо себя проявите, взамен они могут отдать вам алмазную шахту
— Алмазную шахту?
— Ведь изначально она должна была перейти в мои руки.
Император, видимо, был так дерзок, потому что верил, что Дмитрий никогда не предаст огласке сегодняшнюю травлю, опасаясь, что она обернется грязной любовной ссорой.
Прежде всего, моё появление стало бы бельмом на глазу у старейшин, и было бы хорошо, если бы Дмитрий не взял на себя вину за то, что выбрал не ту женщину и запятнал репутацию Блуа. Император, должно быть, думал, что Дмитрий придёт к выводу, что у него нет другого выбора, кроме как замять это дело.
Но сейчас перед нами лежали три гончие, драгоценные улики.
«Даже император не мог знать, что посланные им гончие вдруг разделятся и будут сражаться против Дмитрия».
Неважно, взяли ли меня под предлогом разговора - особенно если речь шла о ситуации, когда отец был вынужден отослать меня. Однако попытка применить силу была чревата последствиями. Хотя император, возможно, и не собирался оставлять никаких свидетельств применения силы, доказательства всё-таки остались.
«Теперь у нас есть доказательства того, что они пытались похитить меня силой, и как бы они ни были недовольны Дмитрием, они не могли не поддержать его».
Когда дворяне, поддерживающие Блуа, объединятся, они смогут потребовать от императора возмещения ущерба или даже начать войну. Поэтому я убедила Дмитрия использовать этот шанс, чтобы пригрозить императору.
«Уж лучше копать алмазные копи, чем воевать».
Если это всё равно отдадут мне, на эти копи только уходили бы силы и время. Это было бы до боли затратное дело.
«Этим же я могу помочь Кэдису...»
Я оставлю у них хорошее впечатление, накормив их вкусной едой. Делиться вкусностями - это самое простое, что можно сделать, чтобы завоевать расположение остальных.
Восхищённая результатом всех своих сегодняшних действий, я громко рассмеялась.
Мы бы не смогли получить гончих в качестве свидетелей, если бы я не развела их в разные стороны с помощью "плана Б", и если бы Дмитрий не подоспел вовремя.
Всё сработало беспроигрышно.
«Каким-то образом всё стало идеально».
В такие моменты, как этот, возможно, я могла бы использовать высокомерные слова, например, удача - это тоже умение?
Дмитрий понял мои мысли, и поднял большой палец вверх. Я пылко произнесла:
— Прибыль составляет шесть на четыре, шесть для меня. Я уверена, что вы признаете мою работу, так ведь?
— Вы щедры, Ровейн.
— Если бы я знала, что вы так просто согласитесь, то сказала бы семь на три!