Кэл Ррода — точно гетеросексуальный мужчина (по крайней мере, это было то, во что он верил).

Несмотря на то, что он вообще не чувствовал притяжения к противоположному полу, он чувствовал еще меньшее влечение в отношении своего пола. Поэтому, естественно, он сделал вывод, что он не гей.

Возможно, он не верил в любовь. Ну, он не был уверен, верит он или нет. В то время как все проповедовали о том, насколько они были влюблены, его глаза могли видеть, что это было лишь поверхностное физическое влечение. Люди тонули в похоти и называли это любовью.

Это вызывало у него чувство отторжения.

Даже те, кто чувствовали любовь в своих сердцах, не были действительно влюблены в человека перед собой — они были влюблены в свой собственный имидж.

Такие люди были еще более жалкими. Они даже не осознавали, что объект их любви был просто фантазией.

Кэл не позволял себе запутаться в романтических делах. Он не хотел иметь с этим ничего общего. У него были более важные дела в жизни. Он просто не мог увидеть ни одной выгоды, которую мог бы принести другой человек. Он видел лишь недостатки.

В его сердце не было места ни для кого.

Возможно, его мнение о романтических отношениях изменится, если у него будет возможность почувствовать любовь или желание. Но, когда он смотрел на всех женщин, которые желали его, его сердце совсем ничего не чувствовало. Все, что он чувствовал, было отвращением. Независимо от того, насколько красивыми они выглядели снаружи, это не заставляло его почувствовать хоть каплю привязанности к ним. Он не знал их; он не хотел их знать.

Большинство из них скрывало свое уродство за красивой маской. Независимо от того, насколько красивым был кто-то снаружи, то, что было внутри, вызывало стремление к увяданию, прежде чем хоть какое-то чувство могло успеть прорасти.

Как его могло привлечь что-то, что выглядело красивым снаружи, но было наполнено отвратительными вещами внутри? Как он мог захотеть иметь с ними близкие отношения?

Подобное не привлекало вообще. Ни умственно, ни физически. Он никогда не чувствовал первобытного инстинкта спаривания. И был рад этому. Он прекрасно контролировал себя. Просто так ему нравилось.

Тем не менее, самое худшее в этом было то, что он был таким же, как и они. Он тоже выглядел красивым снаружи, в то время как внутри… другим.

Элару Вейвин тоже была такой. Она была красива снаружи, но он не мог сказать, какое уродство скрылось под ее кожей.

Но почему, когда он смотрел на нее, он совсем не чувствовал неприятия?

Они сорились все время. Она совсем ему не нравилась. Она могла легко проникнуть сквозь его панцирь, завести его кровь. И все же, даже после всего этого, он не ненавидел ее. В самом деле, нет.

Нахождение рядом с ней нельзя было назвать приятным, но если бы он был вынужден переносить ее всю оставшуюся вечность, он не будет думать, что это будет невыносимым.

Возможно, это было принятие? Или, может быть, что-то еще.

Как бы то ни было, это было нелогично. Это не имело никакого смысла. Кэл не мог выкинуть эти мысли из головы.

Поэтому он решил не думать об этом вообще.

Он вздохнул в смирении:

«Посмотри на светлую сторону. Через несколько дней я буду жить в общежитии Муни, и подобные вещи не будут происходить. Я смогу засыпать и просыпаться в спокойствии».

После нескольких секунд размышлений, каким образом он мог бы решить данную проблему, он решил использовать воздушный поток, чтобы осторожно поднять ее. Его глаза сверкали, когда он использовал Ускорение воздуха вокруг себя. Он мог бы сделать что-то подобное с помощью Морфа, но Морф не был предназначен для создания однородного движения частиц, поэтому, естественно, было бы намного проще сделать это с помощью Ускорения.

Он продолжал контролировать движение частиц воздуха, направляя их так, чтобы они проходили рядом с ним все быстрее и быстрее.

Удивительно, но это было труднее, чем он думал. Казалось, с каждой секундой становилось все труднее. Тем не менее, он выстоял и, наконец, ему удалось подтолкнуть тело Элару немного вверх. В то мгновение, когда их тела разделились, он ускорился из-под нее.

Он не успел даже выдохнуть, после чего Элару упала лицом вниз на одеяло. Его управление воздухом, казалось, не осталось полностью незамеченным.

Как только ее тело коснулось одеяла, она вскочила, как испуганный лунар, с поднятыми волосами и шипением:

— Черт?!

Она испуганно оглядывалась, не двигаясь, пока ее глаза не увидели Кэла, который все еще лежал на спине, в нескольких метрах от нее. «Что случилось?».

Кэл лежал с лицом статуи без эмоций и ответил самым честным тоном, на который он был способен.

— Ты внезапно вскочила, излучая убийственную ауру. Тебе приснился кошмар?

Она нахмурилась и почесала голову:

— Я не помню, чтобы мне снился кошмар…

— Возможно, ты ничего не помнишь, потому что ты слишком быстро проснулась?

Элару пожала плечами и вытянула руки и ноги, потягиваясь.

— Ну… может и так.

Кэл облегченно вздохнул и поднялся на ноги.

«Бедствие предотвращено. Да благословит меня Господь!»

Когда он встал на ноги, что-то показалось странным. Его тело… стало легче? Он немного напряг мышцы. Это было просто его воображение, или его контроль над своим телом улучшился?

Его взгляд просветлел.

«Это из-за той пилюли, которую я потребил вчера?»

Это было бы единственным объяснением, так как он не тренировал свое тело вчера и не выполнял закалку маной.

Раннее кислое настроение сменилось восторгом. Он был в отличном состоянии, чтобы сдать экзамены. Ему просто нужно было привести себя в порядок, чтобы выглядеть соответствующим образом.

Он направился к ручью и умыл лицо. Затем он привел в порядок одежду. Он даже провел несколько минут, смотрясь в небольшое зеркало, прежде чем стал удовлетворен.

Он выглядел довольно эффектно, впрочем, как и всегда.

Холодные, но сексуальные глаза. Мягкие непослушные волосы обрамляли его безупречное бледное лицо. Длинные черные ресницы и мягкие губы.

«Подождите… почему это звучит как описание девушки?!»

Он нахмурился и быстро положил зеркало в свой рюкзак. Его взгляд направился к Элару, которая терпеливо ждала его. Помимо того, что она провела руками по своим волосам, быстро очистилась и выпила немного воды, она совсем не приводила себя в порядок.

Несмотря на это, она выглядела прекрасно, как и обычно. Она была наполнена силой, ее оживленная аура заставляла Кэл почувствовать, что она прямо наполняет его энергией.

Утонченный, изысканный вид ей бы не подошел.

Когда люди описывали красивых женщин, было несколько видов красоты, на которую они бы указали: очаровательная, мягкая, холодная, но царственная, сладострастная и сексуальная, очаровательная, симпатичная и т. д.

Ни одно из этих качеств не подходило для описания Элару.

Она не была ни пацанкой, ни женственной. Она не была теплой и мягкой, при этом она не имела холодный благородный лик. Она не была ни сладострастной, ни симпатичной.

Кажется, она находилась между всем этим. Она была просто… красивой. Харизматичной, изящно красивой.

— Ты готов идти, избалованная принцесса? — Элару тепло улыбнулась, демонстрируя свои белые зубы.

Кэл нахмурился:

— Должны ли все твои прозвища быть настолько оскорбительными?

Она усмехнулась и, казалось, поняла, что Кэл говорил, что «принцесса» — это немного перебор.

— Хорошо, хорошо. Прости. Ты на самом деле довольно быстро подготовился. Но когда ты вытащил зеркало…

Она вдруг хихикнула.

Кэл нахмурился сильнее и почувствовал необходимость объясниться.

— Как я могу узнать, как выгляжу, без зеркала? У меня могла быть выбившаяся прядь волос, которая заставила бы меня выглядеть смешно. Использование зеркала не делает меня женственным. Все используют зеркала!

Она улыбнулась и показала ему большой палец вверх:

— Ты прав.

Кэл кивнул:

«Не могу понять, это сарказм или нет…»

И вот, они отправились в Университет Магии Ашара, который был настолько велик, что его можно было увидеть на расстоянии.

«Вступительные экзамены в Университете Ашар, мы идем!»

В Ашаре было теплое солнечное утро. Несмотря на то, что было очень рано, весь город, казалось, уже гудел. Шумные улицы были наполнены людьми, сейчас болтовня была постоянным фоновым шумом.

Когда Кэл и Элару прибыли к Университету Магии Ашара, то, что их приветствовало, было большой толпой людей, заполнивших весь огромный двор. Тысячи и тысячи людей передвигались по двору. Толпа была настолько плотной, что можно было подумать, что в город пришел цирк.

Здесь были люди, одетые в разные виды одежды. Дворяне и простолюдины. Молодые и старые. Проходящие экзамен и члены их семей. Журналисты и агенты, собирающие информацию о мероприятии. Были даже люди, совершенно не связанные с экзаменом, которые пришли, только чтобы присоединиться к веселью.

Даже Хранители Мира посчитали это важным событием, поскольку их, следивших за порядком, можно было увидеть повсюду.

В середине двора, между толстыми колоннами, стояла большая доска, которой не было, когда Кэл и Элару были здесь в последний раз.

Когда они проверили содержимое доски, они поняли, что в ней есть группы. Каждый из испытуемых получил номер, когда они записались на экзамены. Основываясь на этом, все поступающие были разделены на группы по 20 человек. Совет предоставил им время и место для сдачи экзамена.

Вступительные номера Кэла и Элару были слишком далеко друг от друга, поэтому они не попали в одну группу. Тем не менее, они оказались в одном здании, и даже время начала их экзаменов было близким.

Вспомнив время и место, они пошли через толпу ко входу в университет. Они могли бы полететь, но Кэл не хотел привлекать к себе внимание. Удивительно, но Элару не произнесла ни слова жалобы. Фактически, она искренне согласилась, добавив:

«Не позволяй своей мане покидать твою магическую броню».

Кэл не понимал, почему Элару, которая любила делать вещи необычным образом, согласилась на это. И почему она попросила его контролировать свою ману. Тем не менее, он это сделал.

Только когда вход университета предстал перед их взглядами, он понял причину ее действий.

Перед входом стояли несколько волшебников плотного телосложения, одетых в фирменную униформу семьи Ррода.

Кэл остановился. Вчера было трудно сказать, ждут ли они именно его перед «Горячим Котелком», но сегодня сомнений почти не осталось. Они действительно ждали его.

Элару вцепилась в его руку, как пиявка. Брови Кэла дрогнули, но он даже не успел спросить ее, что она делала, после чего почувствовал, что их окутал барьер, а затем Разум Элару обернулся вокруг них, словно кокон. Ее Разум отрезал их от других Разумов, из-за чего другим не удалось бы войти в контакт с их маной и почувствовать их присутствие. Она попросила его контролировать движение своей манны из-за того, чтобы мана не покидала барьер, иначе они были бы обнаружены.

Кэл посмотрел влево и вправо, но никто, казалось, не заметил ничего странного.

Фактически, когда Элару ускорилась и подняла их в воздух, он заметил, что ни один человек не смотрит на них.

«Мы находимся под… барьером невидимости?»

Глаза Кэла расширились.

Элару небрежно кивнула:

«Да».

Кэл вздохнул. Изгиб света функционировал аналогично заклинанию Морф. Тем не менее, было намного сложнее морфировать энергию, а не вещество, что увеличивало сложность заклинания, доводя его до 6-го уровня.

Барьер невидимости был устойчивым заклинанием, которое использовало шаблон заклинания изгиба света таким образом, чтобы исказить движение света вокруг пользователя так, чтобы тот не касался его и выходил в том же направлении, в котором и входил, словно человека на этом месте не было бы вовсе.

Заклинание требовало невероятной степени контроля, которое делало его заклинанием 9-го уровня.

9-го уровня!

Насколько это показательно? Говоря прямо, маги S-ранга и выше были столь же редки, как перья феникса и рога цилина. Когда люди говорили о вершине магии, обычно они имели в виду магов А-ранга, которые были ниже магов с S-ранга. И какое же требование маги должны были выполнить, прежде чем они могли стать магами А-ранга? Они должны были быть в состоянии кастовать заклинания 9-го уровня!