Глава 19. Записная книжка Ситы Калипс (3)

Записная книжка, украшенная золотым тиснением, выглядела просто дорогой, но в остальном была совершенно обычной.

Сидя в кожаном кресле, теперь идеально подогнанном под мою осанку, я постучал пальцем по обложке.

«…ничего особенного, но я почему-то нервничаю».

Все, что мне нужно было сделать сейчас — это открыть книжку и заглянуть в ее содержимое.

Крайне простое и естественное действие, но по какой-то причине оно давалось с трудом.

Вероятно, все дело в том, что я опасался ее содержимого.

«След Председателя, которого не было и в помине в его же кабинете. Если нечто подобное предлагается в качестве награды, не будет ли там как минимум историй о прошлом или хотя бы сведений, не фигурировавших в оригинальном произведении?»

О прошлом или происхождении Председателя даже в оригинальной книге было известно немногое.

Это и понятно, ведь Председатель вел себя как типичный одноразовый злодей-статист.

Несмотря на это, его статус был высок, поэтому он продержался довольно долго, но даже так, вряд ли нашлись читатели, которым был бы интересен Председатель.

Зачем злодею, который безоговорочно третирует и критикует главного героя, глубокое прошлое?

Роль Председателя заключалась в том, чтобы довести читателей до белого каления, а в момент пикового раздражения — сжечь свою жизнь, чтобы дать им долгожданную разрядку. Вот и все.

«Я и сам так думал, поначалу…»

Последняя сцена «Я стал последним боссом академии», которую я прочитал, была казнью Председателя: Медио разрубил его своим мечом.

«Смерть Председателя», которую можно было назвать единственной кульминацией в неизменно скучном романе, была поистине отрадной, так что, естественно, я не интересовался прошлым уже мертвого персонажа.

Но если подумать сейчас… это было немного странно.

«Была ли причина, по которой Председатель выживал так долго? Если он был Председателем, который только и делал, что изводил студентов, не было бы полезнее для романа избавиться от него пораньше?..»

Почему автор оригинала оставил Председателя в живых?

С момента зачисления Медио и до его третьего курса, на протяжении нескольких сотен глав, какая была причина держать в живых одноразового злодея-статиста вроде Председателя…

— Ха-а-а-а-а...

Я прервал ход мыслей, которые цеплялись одна за другую.

Зная свой характер, если я продолжу сидеть так, то буду мучиться над очередным неразрешимым вопросом десятки часов.

Я быстро потянулся к записной книжке. Я подумал, что как только я ее прочту, у меня все равно не останется времени на пустяковые заботы.

Но сразу после того, как я открыл ее, мне пришлось столкнуться с еще большей проблемой.

— Она… пустая.

Внутренности книжки, которую я с таким энтузиазмом открыл, были абсолютно чисты.

От первой страницы до последней, полностью, ни единой строчки.

Она была настолько нетронутой, что я мог бы поспорить, что ее владелец ни разу ею не пользовался.

На мгновение разозлившись, я со всей силы сжал руку, державшую книжку, в кулак, но вскоре мне пришлось разжать пальцы.

— Терпение… фух… постараемся быть терпеливыми…

Гнев все равно будет мимолетным.

Через некоторое время «Хладнокровие Вселенца» произвольно включится и охладит мою голову, и раз уж результат предопределен, мои истинные чувства подсказывали избегать бесполезного самобичевания.

И самое главное, у меня было чувство, что книжка, предложенная квестом в качестве награды, не может быть такой пустой.

Я сделал несколько глубоких вдохов и перелистнул просмотренную до конца книжку обратно на первую страницу.

«Тот факт, что содержимое, которое должно быть, отсутствует, должно быть, означает, что я не могу его прочитать».

Так я думаю, веря, что квест не подсунул бы мне пустую страницу в качестве награды.

«Тогда что, если содержимое скрыто каким-то особым образом, и эта записная книжка — своего рода магический инструмент?»

Я нахмурился и повертел книжку так и этак, затем покачал головой.

«Записная книжка Ситы Калипс» не имела и намека на поток маны, который я ощущал от хрустальной сферы и который позволил бы классифицировать ее как магический инструмент.

«Это не обычная записная книжка, но и не магический инструмент. Но владельцу нужно было бы проверять содержимое, так что она должна быть сделана так, чтобы его можно было как-то прочесть… погодите, если речь о владельце?»

Владельцем «Записной книжки Ситы Калипс» был, конечно же, Председатель, Сита Калипс.

А у Председателя была способность, которой не было у других, способность, которой в этом мире обладал только он.

В тот момент, когда я это понял, я тут же моргнул.

———

[ Талант «Глаз Оценщика» активирован. ]

———

Шурх—

Я всего лишь раз моргнул, чтобы использовать способность, но вид записной книжки, на которую я снова посмотрел, сильно изменился.

Чистая внешность истрепалась, будто к ней прикасались десятки, а то и сотни раз, и, что самое решающее, на обложке появилась кривая подпись: «Сита Калипс».

Я посмотрел на неряшливую, словно детскую, подпись, а затем перевернул страницу. В предвкушении того, какая истина скрывается дальше.

И окно статуса, как и всегда, преградило мне путь в самый подходящий момент.

———

[ Желаете просмотреть «Записную книжку Ситы Калипс»? ]

[ Доступно для просмотра глав 【1/4】]

[ Да / Нет ]

———

Чувство «ну это уж слишком» охватывает все мое тело.

Естественная реакция, когда ты узнаешь, что награда, полученная за выполнение квеста с чудовищным штрафом и без внятных объяснений, на самом деле является четвертинкой от половинки, содержащей лишь 1/4 контента.

Но в этот момент вместо досады начало зарождаться упрямство в духе «посмотрим, как далеко это зайдет», так что, не дав «Хладнокровию Вселенца» даже шанса активироваться, я коснулся [Да], и…

———

[ Просмотр «Записной книжки Ситы Калипс». ]

[ Просмотр Главы 4. ]

———

Не имея ни секунды на сопротивление, я уснул.

***

— …хм-м?

Ощутив неприятный взгляд, будто кто-то смотрел на него сверху вниз, мужчина неосознанно поднял голову к небу.

Но на ночном небе, куда он смотрел, виднелся лишь ослепительно яркий Млечный Путь, и, казалось, взгляду, направленному на него сверху, негде было задержаться.

— Господин, в чем дело?

Тут же раздался голос его «отчасти надежной» подчиненной, и он опустил голову, обращенную к небу.

Перед его опущенным взором предстала девушка с такими же светлыми, как у него, волосами, длинной ниже плеч, и сад, украшенный пестрыми цветами и деревьями.

Он посмотрел на столик, установленный в центре сада, и медленно покачал головой.

— Ничего.

Да, действительно ничего.

Этот сад, созданный в самой глубине Академии Калипс, хваставшейся непроницаемой охраной, не был пространством, куда могла бы вмешаться магия или таланты.

Так что взгляд, который он только что почувствовал, вероятно, был следствием сожаления и отчаяния, охвативших все его тело.

— Персона, как ты думаешь, этот выбор правильный?

Сухой, иссохший голос, даже ему самому показался голосом пациента на пороге смерти.

Возможно, поэтому ответ его подчиненной нисколько не отклонился от его ожиданий.

— Да, господин не может ошибаться. Даже если вам придется ступить в грязную лужу, я ни на мгновение не сомневаюсь, что господин никогда не потеряет себя.

— …вот как.

Ответ, исполненный абсолютной веры и фанатичного доверия рыцаря, присягнувшего на верность своему господину. В то же время это был ответ, на который он надеялся.

Потому что он хотел, чтобы этот выбор не был ошибкой, чтобы кто-то сказал ему, что сейчас он на правильном пути.

Продолжение ответа его подчиненной также не обмануло его ожиданий.

— Я знала это еще десять лет назад, когда вы подобрали меня, умирающую в подворотне.

Глаза подчиненной сверкают доверием, пока она продолжает.

— Даже если путь передо мной грязен и уродлив, если это путь, которым идет господин, я знаю, что это будет путь в рай.

Есть поговорка, что дорога в ад вымощена благими намерениями.

Тогда не будет ли дорога в рай запятнана самым гнусным злом?

— Я… верю в господина.

Подчиненная, которую он счел «отчасти надежной», как ни забавно, искренне в него верила.

Обычно этот факт не вызывал особых эмоций, но сегодня он смог найти в нем немало утешения.

Поэтому он сумел выдавить слабую улыбку на своем обеспокоенном лице.

Но и это было лишь на мгновение.

Топ— Топ—

Звук шагов, безжалостно топчущих ухоженный сад, эхом отдается в его ушах.

На первый взгляд он кажется легким, но каждый шаг пропитан упрямством и жадностью, так что если бы здесь был рыцарь, способный распознать личность по звуку шагов, он бы определил приближающегося человека как «злодея».

— Давно не виделись, маркиз Калипс.

Да, женщина, машущая рукой и приближающаяся к нему, была злодейкой.

Империя, поглотившая континент, и она, захватившая контроль над преступным миром этой империи.

Злодейка, перед которой склоняли головы хулиганы, бродившие по грязным переулкам, рыцари, отказавшиеся от чести и рыцарства и вставшие на путь беззакония, и маги, проводившие невыразимые, бесчеловечные эксперименты.

Прекрасно зная это, он подавил подступающую тошноту и открыл рот.

— Давно… не виделись.

Он не мог заставить себя сказать, что рад ее видеть. Уже от одного лицезрения негодяев из грязного подполья он совершал великий грех против своих великих предков.

До такой степени, что он задавался вопросом, не взмахнули бы его предки, основавшие эту академию 453 года назад, мечами, если бы увидели его сейчас.

Конечно, собеседница, словно нисколько не заботясь об этом, повернула голову и окинула взглядом лелеемый им сад, делясь впечатлениями.

— Прекрасный сад. Похоже, чувство прекрасного течет в жилах сильных мира сего. Я бы и сама дала ему имя, если бы могла.

Ему пришлось стиснуть зубы, чтобы сдержать кулак, который вот-вот готов был вылететь ей навстречу.

Комментарий о чувстве прекрасного он мог бы пропустить мимо ушей как простой комплимент. Но желание дать имя — это был уже перебор, притом явный.

Этот сад был пространством, которое он ценил настолько, что лично назвал его «Дульседо» [ПП: Dulcedo, лат. - "сладость, прелесть".], и королева преступного мира, которая, как говорили, знала всю информацию в мире, прекрасно знала об этом факте.

Собеседница сейчас занималась не чем иным, как провокацией.

— Не нужно язвить без повода.

Но он не стал раздувать из этого проблему.

И не потому, что ему не хватало силы.

Силы, которую его древние предки оставили роду маркизов Калипс, было достаточно, чтобы сокрушить даже королеву преступного мира.

Так что проблема была не в роде, а в нем самом.

«Ради… цели».

Чтобы достичь цели, на которую он поставил свою жизнь, ему нужна была сила королевы преступного мира, «организации», к которой она принадлежала.

Даже ценой унижения главы рода маркизов Калипс, ставшего простым командиром организации, у него была цель, которую нужно было достичь.

И собеседница тоже это прекрасно знала.

— Это была не язвительность, но если вы так считаете, перейдем сразу к делу?

Женщина, широко улыбаясь, полезла в сюртук и достала свернутый свиток.

Хотя содержащаяся в нем мана была всего лишь 2-го ранга, он, гордившийся своими знаниями, не уступающими другим магам, понял, что свиток, который достала женщина, был магией 6-го ранга, «Цепью Души».

— …мера предосторожности?

— Верно. Это гораздо удобнее, проще и процесс более отлажен, чем просто заключать устный договор.

Она была права.

Но в тот момент, когда он использует этот свиток, он станет одного уровня с негодяями из подполья, которых презирал всю свою жизнь.

Этот факт до последнего удерживал его, но он на мгновение закрыл глаза, затем открыл их и схватил свиток.

— Начнем.

Когда они оба взялись за концы свитка, королева преступного мира легким голосом начала клятву.

Клятва, которую они заранее несколько раз согласовали, была проста.

【Сита Калипс и Амичи посвящают себя организации.】

Посвящение.

Ни он, ни она не знали, насколько далеко простираются его рамки.

Но одно было несомненно: они больше не могли предать организацию.

Самым верным доказательством была реакция Амичи.

— Верное решение.

Ее глаза, из которых исчезла даже минимальная вежливость, признавали в нем равное существо.

— Маркиз Калипс… нет, теперь мне следует называть вас господин Калипс. Это был самый рациональный путь к достижению вашей цели. Как я и говорила раньше, в конечном итоге мы были одного поля ягоды.

Уничижительное замечание с ужасно уродливым скрытым смыслом, но отрицать его правоту было невозможно.

Сита Калипс, назначенный Председателем Академии Калипс год назад, не хотел признавать этот факт, поэтому он просто закрыл глаза.

***

———

[ Просмотр «Записной книжки Ситы Калипс» успешно завершен. ]

[ Доступно для просмотра глав 【1/4】]

———

— …

Вернувшись в реальность из воспоминаний не столь далекого прошлого, я молчал.

Не то чтобы мне нечего было сказать. Как раз наоборот.

Сказать хотелось слишком много. Так много, что я не знал, с чего начать.

В конце концов, после долгого молчания, слова, которые я произнес, были заклинанием, которое однажды уже потерпело неудачу.

— Персона.

Председателю не угрожала организация.

Председатель был членом организации, и теперь, когда он потерял память, на него нацелилась госпожа Амичи.

Факты, которые я узнал из воспоминания, постоянно били тревогу в моем инстинкте.

Прямо сейчас мне нужно было найти союзника, которому я мог бы доверять больше, чем кому-либо другому.

Поэтому, закусив губу, я снова произнес имя подчиненной, которую Председатель счел «отчасти надежной».

— Персона Калипс.

Та, которую Председатель лично принял и даже поделился с ней своей фамилией.

Один из двух людей в этом мире, которые никогда бы не предали Председателя.

В тот момент, когда я произнес это имя, словно по волшебству, кто-то постучал в дверь кабинета.

Тук— Тук— Тук—

Это было не обычное «тук-тук».

Уже один этот факт говорил мне, что человек за дверью — тот, с кем я никогда не встречался.

Я послал ответ, соответствующий трем стукам, хранящийся в памяти Председателя, всплывшей в моей голове.

— Я ждал.

— …

Я был уверен, что ответил как положено, но человек за дверью ее не открыл.

Мое терпение, истончившееся больше обычного из-за принудительного вливания воспоминаний Председателя, заставило меня тут же открыть рот.

— Ты говорила, что веришь мне. Как долго ты собираешься заставлять меня ждать?

Щелк—

Человек, который наконец открыл дверь и вошел, был не молодым человеком с деловым видом.

Это была совершенно иная, девушка со светлыми волосами, аккуратно уложенными до пояса.

Ее голубые глаза жалобно дрожали, когда она спросила меня.

— Гос…подин?