Подобно тому, как Мелана, цепляясь за прошлое, выбрала Подцепье, Джефф ради будущего выбрал Эдем.

Именно я открыл для него эту возможность.

Именно я рассказал ему о существовании Культа.

Я допускал, что все может так обернуться. И все же я дал ему шанс.

Мне казалось, это будет правильно.

— Тогда забирай ее и проваливай.

Я вынес им свой приговор об изгнании.

Джефф не собирался становиться нашим врагом. В этом я уже удостоверился.

— Прости, и спасибо.

Джефф не слишком-то подходил Эдему. В нем не было ни веры, ни преданности Культу.

Однако он был из тех, кто мог понравиться Культу. Тот, вероятно, охотно наделил его силой.

«Способен ли ты рискнуть жизнью ради другого?»

Джефф ответил на этот вопрос своим поступком, поставив на кон собственную жизнь. Одного этого было бы достаточно, чтобы заинтересовать Культа.

Но Джефф не вернется в Эдем. Он не мог вернуться туда с еретичкой вроде Меланы.

Единственная причина, по которой он выбрал Эдем — это жажда силы, способной исцелить ее.

Он планировал использовать Культа.

Даже если они попытаются сбежать, их ждет лишь тернистый путь.

Империя, Подцепье, а может, и сам Эдем — кто-нибудь из них да начнет на них охоту.

Но Джефф ушел вместе с Меланой, словно ему не было до этого никакого дела.

***

После битвы.

Мелана, бывшая без сознания, открыла глаза за спиной Джеффа.

Она поняла ситуацию.

И именно поэтому была обязана заговорить.

— Джефф.

— Очнулась? Как ты себя чувствуешь? Я просто сделал то, чему меня учили, но не знаю, было ли этого достаточно.

Джефф знал.

И Мелана тоже знала.

— Ты идиот.

— Да, я идиот.

Джефф делал вид, что ничего не понимает, хотя знал все, и продолжал поддакивать Мелане.

Он не умел утешать словами. Вероятно, он просто решил стать тем единственным, кто будет молча ее понимать.

— А я — дура.

И Мелана знала, какой выбор сделал Джефф.

Конечно, они ведь провели вместе столько времени.

Они легко замечали перемены друг в друге.

Мелана молча сожалела обо всем, лежа за спиной Джеффа.

Но сожаление это пришло слишком поздно.

***

— Ты что, с ума сошел?

— Леди Ариэль, кто-нибудь может услышать. Как знатная леди может так выражаться?

— Псих ненормальный!

В тот миг Ариэль вцепилась в мой воротник.

Я все понимал. Я ведь никак ее не предупредил о том, что должно было случиться.

Но тут уж ничего не поделаешь.

Ни в чем не было уверенности, и что бы я ни сказал, все это было бы не более чем домыслами.

— Прошу, успокойтесь, леди Ариэль. Я и сам не ожидал, что все так обернется.

— И при этом вы спокойно отпустили преступницу, заявляя, что ничего не знали?

— А что я мог поделать? Не хотите же вы сказать, что хрупкая принцесса должна была в одиночку справиться с ними обоими?

— Ты бы хоть врал поубедительнее.

— В этом нет нужды. Сейчас зима, воздух сухой, так что я заранее нанес на губы увлажняющий гель, пре— кх! Акх!

Теперь Ариэль не просто держала меня за воротник. Она начала меня душить.

Боже правый, откуда в ней столько ярости?

Такое поведение немыслимо для высокой аристокракратки.

— Ха-а! Ладно. Сама виновата, что подумала, будто в ком-то вроде сэра Йохана могут быть хоть какие-то чувства.

— Вот именно. Я-то их отпустил, но вы ведь могли их поймать. Зачем выставлять злодеем меня одного?

— …сэр Йохан, вам обязательно так разговаривать?

Удивительно, но да.

У меня была врожденная манера речи, которая напрочь отбивала у людей всякую симпатию.

И все благодаря принцессе и остальным, которые втягивали меня во все мыслимые и немыслимые происшествия.

— Хмф…

Ариэль посмотрела на меня со странным выражением лица.

Неприятный взгляд.

— Сэр Йохан… может быть, вы на самом деле теплее, чем я думала?

— И похоже на то?

— Раньше нет, но сегодня… может, самую малость?

— Вообще-то, я всегда был душевным человеком.

— Глядя на вас сейчас, я вижу, что это не так.

Ариэль с посвежевшим лицом резко отвернулась.

И в каком ритме мне с ней танцевать?

Нет, я решил не подыгрывать.

— Раз уж дело сделано, пойдемте отдыхать. Последние несколько дней я так устал, что думал, умру. Мне нужен сон.

— Проводить вас?

— Нет.

— Ой, да что вы стесняетесь? Я вас провожу.

— …это сводит меня с ума.

Похоже, мой образ в глазах Ариэль как-то изменился.

Вроде бы в лучшую сторону, но все же… ее поведение раздражало.

Почему эта малявка ведет себя так, будто она мне старшая сестра?

— Ай.

Ариэль, что шла рядом и хихикала, глядя на меня как на диковинку, оступилась.

— Ай-ко!

И растянулась на земле.

Ее шляпа, не поспев за резким движением, медленно спланировала вниз, а кроличьи уши беспомощно поникли, пока хозяйка лежала ничком у моря.

Та еще штучка…

— Сэр Йохан.

— Да что вы стесняетесь?

— Угхк…

Я вернул ей ее же слова.

И увидел, как уши Ариэль вспыхнули алым.

Я сделал это нарочно. Ее реакция была именно такой, как я и ожидал, и это меня позабавило.

— Н-не могли бы вы поднять мою шляпу?

— …

— И было бы неплохо, если бы вы проводили меня до общежития, хе-хе.

Ха… какая жалкая ситуация.

Кажется, ее неизлечимая болезнь снова дала о себе знать. Неужели я должен был просто смотреть на это?

Синдром Трансцендентности, также известный как Болезнь Архимага, характеризовался разрывом связи между душой и телом.

В таких случаях тело начинало терять силу в конечностях, а чувства неестественно обострялись.

На этой стадии кто-то вроде Ариэль, вероятно, еще мог двигаться с помощью магии, но это лишь усугубило бы симптомы.

У меня тоже было сердце.

И я только что собственным ртом заявил, что я душевный человек.

— Господи.

Сначала я поднял шляпу и водрузил ее на голову лежащей Ариэль.

— Спасибо.

— Господи…

— Не могли бы вы перестать так ворчать?

Затем я взвалил ее обмякшее тело себе на спину.

Ощущение было, словно тащишь на себе мертвецки пьяного человека.

Она была настолько безвольной, что даже закинуть ее на спину оказалось непросто.

— …может, вам стоит поработать над силой?

— Вы действительно хотите, чтобы я прокомментировала вес леди Ариэль?

— Молчу-молчу.

Она не умолкала ни на секунду.

***

Если вкратце, то провожать Ариэль до самого общежития не понадобилось.

Хотя она и продолжала болтать без умолку, видимо, предыдущая битва ее вымотала… вскоре она тихо уснула.

Сперва я подумал, что у меня нет выбора, кроме как тащить ее до самого женского корпуса…

— Усердно трудишься, Йохан.

— …

Но прежде я столкнулся с Лобелией.

Я думал, ее сегодня не будет, но, видимо, ошибся.

Довольно неловкая ситуация.

— Кстати, а вы, я смотрю, сблизились с Ариэль в мое отсутствие.

— Все не совсем так.

— Для того, кто так говорит, вы выглядите чересчур близкими. С каких это пор вы в таких отношениях, что ты носишь ее на спине?..

Лобелия лучезарно улыбнулась.

Объективно говоря, она была права.

Вот он я, несу Ариэль на спине, пока та мирно спит у меня за спиной.

В такой ситуации было бы неудивительно, если бы кто-то подумал, что мы больше, чем просто друзья.

Сказать правду?

Или молча позволить ей заблуждаться?

— Вот, держи ее.

— Никаких оправданий? Ничего не скажешь?

— Оправдываться не в чем. Ничего не было. Просто… так вышло.

В итоге я выбрал молчание.

Ариэль не рассказывала Лобелии о своей болезни.

Было бы неправильно, если бы я ее выдал.

Кто-то может сказать, что лучше, когда за тебя говорит другой… но…

Превыше всего я ставлю выбор, который человек делает для себя сам.

— А ты лучше, чем я думала, Йохан Дамус.

— Чем ты думала? Я всегда был хорош. Хорошее происхождение, приятная внешность и способности… ну, достаточно способный, если не судить по меркам Колыбели.

— Ха-ха, справедливо. Хотя насчет «приятной внешности» я бы поспорила.

— …

Что не так с моим лицом?

Неужели все так плохо?

Я всегда считал себя вполне симпатичным.

— Ах, да, и позже ты мне за это заплатишь.

— …заплачу за что?

— За то, что одолжил мою подчиненную Ариэль без разрешения.

Сказала Лобелия, ухмыляясь и забирая у меня Ариэль.

Она и впрямь была невыносимой.

— И за то, что так нагло врал мне в лицо. Я прощу тебе это… за определенную плату.

Серьезно.

***

Начался еще один обычный день.

Однако одна деталь явно отличалась от обычного.

— Джефф и Мелана сегодня отсутствуют. Интересно, что случилось…

Дело было в том, что двое учеников, всегда прилежно посещавших занятия, исчезли.

Я испытывал смешанные чувства.

Хотя инцидент еще даже не стал достоянием общественности, чье-то отсутствие привлекало внимание не больше, чем на миг.

Я опустил голову.

И заснул. Кх, как же спать хочется.

***

После уроков.

Я немного вздремнул, а когда проснулся, все остальные студенты уже ушли, и я остался один.

Да ладно, серьезно? Никто не додумался меня разбудить?

Именно об этом я и думал, когда…

— Ну и как-то это жестоко~

Как всегда, Юна появилась незаметно, прислонилась спиной к моей и начала ворчать.

— Мне обидно.

Я вздрогнул, внезапно ощутив вес на своей спине.

Такими темпами она однажды застанет меня врасплох.

— Мне серьезно обидно.

Игнорировать ее становилось все труднее.

В конце концов я ответил Юне, которая теперь уже наполовину лежала на моей спине.

— …насчет чего?

— Почему ты не попросил меня? Даже без магии я могу обеспечивать ближнюю охрану 24/7, знаешь ли.

Юна дулась, как ребенок.

И, честно говоря, она была права.

По сравнению с Ариэль, которая была магом, Юна-ассасин больше подходила на роль телохранителя.

Ей было бы легче нанести удар, и она смогла бы мгновенно среагировать на внезапную атаку Меланы в ближнем бою.

И все же я намеренно выбрал Ариэль.

По-настоящему острый клинок опаснее всего, когда остается в ножнах.

— Из пушки по воробьям не стреляют.

Присутствие Юны на данный момент было моим самым грозным секретным оружием.

Разве не я один заметил ее существование?

Впрочем, Культ к этому времени как минимум знал о ней.

Эдем уже потерпел горькое поражение во время последней атаки, так что, скорее всего, они следили за кем-то вроде Безопасного Клоуна.

Пройдет еще немало времени, прежде чем эта бдительность начнет ослабевать.

— Лжец. Ты правда думаешь, что я дура, раз веду себя как дура?

— …

У меня перехватило дыхание.

Ее обычно веселый голос сегодня звучал пугающе холодно.

— Ты просто ввязался в это под предлогом сделки, потому что тебе было жаль ту девчонку, так ведь?

— Нет. Я похож на того, у кого есть время на подобную роскошь?

Или мне все это показалось?

От дразнящего тона Юны напряжение в моем теле спало.

Но в тот же миг…

— Верно? У тебя ведь нет времени на подобную роскошь, правда?

Юна, прислонившись к моей спине, надавила еще сильнее.

Это был не вес ее тела. Казалось, само ее присутствие меня сокрушает.

Все так же сидя спина к спине, Юна склонила голову, пока наши щеки не соприкоснулись.

— Если у тебя и вправду нет на это времени, то почему ты ведешь себя так, будто оно у тебя есть?

Ее щека была мягкой.

Ее голос шептал прямо у моего уха.

Сладкий голос, щекочущий и нежный.

— У тебя нет на это времени.

И все же он звучал ужасающе.

Словно я чувствовал, как лезвие прижалось к основанию моей шеи.

— Ты не не можешь использовать свою способность. Так почему ты ее не используешь?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Правда?

Она определенно была не из тех, кого можно было воспринимать легкомысленно.

Пусть сейчас она и вела себя как капризный ребенок, ее истинная сущность была сущностью ассасина, вырезавшего сотни людей.

Я знал это, и все же игра Юны была настолько естественной, что я часто забывал правду.

Это было по-настоящему страшно.

Эта легкость, эта естественность, с которой она могла просто подойти с улыбкой и без колебаний перерезать тебе горло… от этого по спине бежали мурашки.

— Я понимаю, к чему ты клонишь, но это лишь твои домыслы.

— Правда? Забавно, ведь ходят слухи, что ты пробудил свою способность в четыре года.

— Да откуда, черт возьми, утекает вся моя личная информация?

— Это было написано в студенческих записях. А их бы даже не существовало, если бы ты не пробудил свою способность.

— Ха…

Только тогда я начал понимать.

Юна, должно быть, с самого начала интересовалась моей способностью.

Если подумать, идея о том, что она хотела взять меня в ученики только из-за моих актерских талантов, никогда особо не сходилась.

Я почувствовал укол предательства.

Конечно, не было бы никакого смысла указывать на это и злиться.

Будь она из тех, кого волнуют подобные вещи, она бы никогда не стала ассасином.

Солгать ей я не мог.

Она была не тем человеком, на которого подействует ложь.

Когда дело доходило до психологической войны, она была на совершенно ином уровне.

— Я действительно не могу ее использовать.

— …

— Из-за определенных обстоятельств. Мне нужно и их тебе объяснять?

Моей способностью было расщепление мысли.

Сила, позволяющая делить свой разум на два потока и думать о двух вещах одновременно.

В зависимости от применения, не было способности полезнее.

С посохом в руках я мог без всякого риска использовать двойное сотворение.

С мечом — идти по пути магического мечника.

А став учеником Юны, я мог бы носить самую совершенную маску.

Но несколько лет назад это стало способностью, которую я больше не мог использовать.

Я не солгал. Я лишь не раскрыл причину.

— Прости, ты злишься на меня?

Возможно, почувствовав мое раздражение, Юна, до этого положившая голову мне на плечо, внезапно выпрямилась.

Затем она рысцой подбежала и встала передо мной.

Выражение ее лица было слегка кислое.

Значит, она все-таки обращала внимание на настроение людей.

— Ну же, не дуйся. Я тебе один раз бесплатно помогу, когда ты позже попадешь в беду.

— Я сказал, что не злюсь. Но насчет помощи ты серьезно, да?

— Конечно! Так ты меня простил?

Юна села прямо передо мной, положила подбородок на мой стол и посмотрела на меня снизу вверх сверкающими глазами.

…она и вправду была раздражающе красива.

А то, как она пользовалась своей внешностью… эта часть была откровенно зловредной.