Надиа стойко выдержала бессонные ночи и перенасыщенные приготовлениями дни, не выказав ни малейшего неудовольствие и не жалуясь на дискомфорт.

По ее лицу явно читалось, что ее мало интересует происходящее — она держалась очень отстраненно.

Ей пришлось пройти через несколько примерок платьев с тщательным подбором аксессуаров к ним — как оказалось, это довольно утомительное занятие. Затем ее по крайне мере сотню раз проверяли на знание этикета, соответствующего ее положению. Учитель танцев, нанятый ее матерью, долгие часы заставлял ее отрабатывать танцевальные па, которые были в моде.

И, конечно, не обошлось без списка людей, которых нужно запомнить для налаживания полезных связей. В основном это были наследники влиятельных семей.

Главное событие года — бал дебютанток — имел ошеломительный успех для семьи Ингрэм.

Среди семи девушек, дебютировавших в тот вечер, Надия была единственной, кто привлекла внимание. Хотя, если говорить честно, по большей части это было связано с ее именем.

И все же, все взгляды задержались на ней при ее первом появлении.

Ее шелковое платье светло-голубого цвета, сверкало как снег, освещенный лучами зимнего солнца. В густых каштановых волосах, аккуратно уложенных в изящную прическу, виднелись украшения в виде лилий.

Она изо всех сил старалась изображать ослепительную улыбку и разговаривать вежливо, но все это время ей не давала покоя мысль, что она ничем не лучше породистой лошади, выставляемой на продажу.

Позже объявили групповые танцы, и каждый раз, кружась от одного дворянина к другому, она постепенно начала осознавать, что в ней назревает определенный диссонанс.

Она пришла к мысли, что ее будущее ничем не будет отличаться от нынешней жизни. Ее возможный брак, который привлечет внимание всех представителей высшего общества, станет лишь результатом тщательно продуманной стратегии, чтобы принести пользу объединившимся семьям.

Этот брак будет навязанным, следовательно, лишенным тепла, любви и доверия, и в конце концов она станет точно такой же, как ее мать. Весь высший свет жил так, поэтому, видимо у нее не было выбора, кроме как подчиниться и пойти по проторенному пути.

Единственная хорошая новость в том, что став взрослой, она наконец-то могла выходить в свет одна, хотя технически ей все еще требовалось сопровождение рыцаря или служанки. Больше всего на свете она была рада, что ей не нужно было спрашивать разрешения у отца или брата, которые все равно редко бывали дома.

Было утомительно продолжать беседу с гостями, особенно когда приглашения на танец не переставали поступать. К сожалению, она не могла игнорировать каждое, поэтому ей приходилось вежливо их принимать.

Проходя мимо очередного столика для чаепитий, Надиа краем уха уловила интересный разговор.

Для молодых девушек было обычным делом обмениваться своими историями о мужчинах.

Брак и отношения между мужчиной и женщиной, как считала Надиа, должны быть холодными и сухими, но в разговорах этих девушек все звучало иначе. Они обсуждали это как нечто тайное и страстное, приносящее удовольствие.

Надиа присела рядом и сделала вид, что ей это не интересно, но на самом деле она ловила каждое слово, попивая ароматный чай со скучающим видом.

— Развлекаться-то хорошо, но если ты в подоле принесешь незаконнорожденного, считай, твоя жизнь кончена, — сказала белокурая девушка из графства Мелчард, которая была на два года старше Надии.

Кажется, Надиа где-то слышала, что она собирается вскоре выйти замуж.

Имея легкий нрав и длинный язык, девушка с удовольствием рассказывала о своих авантюрах, разворачивая свои истории так, словно это были целые саги.

Сидящие рядом с ней благородные девицы, которых растили в тепличных условиях, максимально ограничивая воздействие окружающего мира на них, слушали ее с нескрываемым любопытством. Привыкшие к тому, как дочь графа рассказывала свои истории, слушательницы с нетерпением жаждали подробностей и всячески уговаривали леди Мелчард поделиться ими.

В большинстве случаев Надии приходилось поддерживать разговор на светских мероприятиях, но когда речь заходила о мужчинах, она не могла вымолвить ни слова.

Для Надии это был неизведанный мир. Она даже не знала, в какой степени можно доверять их рассказам, поскольку в этом вопросе, не имея личного опыта, не могла отличить правду от лжи.

Леди Мелчард уступила настойчивым уговорам и в деталях описала свои похождения. По мере того, как она говорила, история становилась все более насыщена интимными подробностями.

Поразительно! Ее выдавали замуж — другими словами, ее отдавали, чтобы связать воедино два благородных семейства, — но было невероятно, что в это же время она находилась в самом разгаре любовной интрижки. Подумать только!

Надиа, всеми силами пытаясь скрыть любопытство, продолжала потягивать чай, внимательно слушая.