“Все, что произошло прошлой ночью, было чистой случайностью. Я сделал это не нарочно! После того, как я узнал, что ты женщина, я сразу же одел тебя. Так что не волнуйся... Я не…”

Хотя Дунфан Бай не сделал ничего плохого, его красивое лицо сейчас было красным, словно помидор. Такой же была и Лэ Яо Яо.

В конце концов, с тех пор как она была маленькой, она никогда не позволяла никому из противоположного пола видеть ее тело. Она понятия не имела, как много видел Дунфан Бай: 'Возможно, он видел меня совершенно голой!

О Небеса! Так неловко!'

И вот они друг другу больше и слова не сказали. Атмосфера становилась очень неловкой.

После долгого молчания первым нарушила его Лэ Яо Яо. У нее все еще было много вопросов, которые она хотела задать.

“Кроме тебя, кто-нибудь еще знает о том, что я - женщина? Наньгун Цзюнь Си тоже был там. А он знает?”

В этот момент Лэ Яо Яо была очень расстроена.

Заметив это, Дунфан Бай покачал головой: “В то время Цзюнь Си был уже пьян. Он потерял сознание и крепко спал. Поэтому он не знает, что ты - женщина.”

“Вот как... это хорошо.”

Если бы кто-нибудь узнал о том, что она - женщина, она предпочла бы, чтобы это был Дунфан Бай. Потому что она ему доверяла!

Она искренне дорожила своей жизнью и твердо верила, что если бы Король Ада узнал ее секрет прошлой ночью, она была бы мертва.

Если бы Наньгун Цзюнь Си узнал об этом, он наверняка рассказал бы Королю Ада, поскольку является его старшим братом. Выходит, это бы тоже привело к ее смерти.

В то время как Дунфан Бай, вероятно, сохранит все в секрете ради нее.

Лэ Яо Яо видела, что Дунфан Бай молча наблюдает за ней, не говоря ни слова.

“А ты не хочешь спросить, почему я переоделась евнухом?”

“Если я спрошу, ты расскажешь?”

Лэ Яо Яо честно покачала головой: “Нет.”

'В конце концов, я даже не знаю, кто я! Меня перенесло в этот незнакомый мир и я завладела чужим телом. Я даже не знаю, кем была эта девушка. Так что, если Дунфан Бай и захочет узнать, я не смогу ему ответить.'

“Тогда я не буду спрашивать.”

Дунфан Бай понимал, что у каждого есть секреты, которые он хочет сохранить при себе. Поэтому он уважал ее решение.

Он подумал, что возможно, однажды она скажет ему, когда будет готова.

'Ах... он такой вежливый и понимающий человек! Должно быть, я совершила что-то великое в своей прошлой жизни, чтобы обрести такого замечательного “брата”!'

Думая об этом, Лэ Яо Яо почувствовала передозировку сладости. Она одарила Дунфан Бая ослепительной улыбкой: “Брат Бай, ты самый лучший! Ты ведь поможешь мне сохранить мою тайну, правда??!” Взмолилась Лэ Яо Яо.

Услышав отчаянный и милый тон голоса Лэ Яо Яо, Дунфан Бай подумал, что она похожа на милого, маленького котенка. Его сердце невольно смягчилось.

Поэтому он кивнул, не задумываясь.

“Конечно.”

“Ха-ха! Я всегда знала, что ты лучший!”

Лэ Яо Яо обрадовалась после того, как Дунфан Бай дал ей желаемый ответ. Лицезрея ее радость, Дунфан Бай понял, что улыбка Лэ Яо Яо была очень заразительной. Кроме того, ее слова заставили его сердце почувствовать себя так, словно оно было пропитано медом.

'Она сказала, что я - лучший!

Ха-ха…'

Внезапно эта прекрасная сцена была прервана странным звуком. Странный звук исходил из желудка Лэ Яо Яо.

Лэ Яо Яо тут же положила руку за голову и неловко рассмеялась: “Брат Бай, я голодна. У тебя есть что-нибудь вкусненькое?”

“Ха-ха. Конечно! Дай мне минутку.”

Затем Дунфан Бай встал и направился внутрь лечебницы. Спустя несколько мгновений он вынес тарелку с едой.

Когда Лэ Яо Яо увидела содержимое на тарелке, ее глаза мгновенно загорелись: “Ух ты! Это османтусовый пирог и приготовленные на пару пельмени! Они мои любимые!!”

“Ха-ха. Если тебе нравится, то ешь больше. Не нужно быть вежливой.”

Услышав его слова, Лэ Яо Яо определенно не стала проявлять вежливости, начав жевать османтусовый пирог.

“Ха-ха! Она такой вкусный! Брат Бай, так тебе действительно нравятся мои любимые блюда? В прошлый раз Седьмой Принц сказал, что вы не любите сладкое!”

Лэ Яо Яо вспомнила, как Седьмой Принц сказал, что никто из них не любит сладкую пищу.

Дунфан Бай улыбнулся в ответ: “Ха-ха. В прошлом я не любил сладости. Но это было потому, что я не знал, что они могут быть такими вкусными.”

Затем Дунфан Бай взял кусок османтусового пирога и начал изящно его есть.

'Раньше я никогда не ел ничего подобного. Но пока ей нравится, мне тоже понравится.

Кроме того, я уже предвидел, что она придет. Вот я и приказал подготовить все заранее. Потому что ничто не делает меня счастливее, чем видеть ее улыбку и удовлетворение. Ее улыбка заставляет меня чувствовать, что мир - прекрасное место.

Пока она счастлива и я счастлив…'

Очевидно, Лэ Яо Яо понятия не имела, что таковыми были мысли Дунфан Бая. Все, на чем она сосредоточилась, были вкусные блюда перед ней. Она вообще не переставала есть.

Хотя она ела очень неженственно, для Дунфан Бая это выглядело очень мило и естественно.

Но когда Дунфан Бай увидел, что Лэ Яо Яо съела весь османтусовый пирог и приготовленные на пару пельмени, в его глазах можно было заметить удивление.

'Я никогда не встречал девушку, которая могла бы съесть так много…'

Лэ Яо Яо съела последние оставшиеся приготовленные на пару пельмени и облизала пальцы. Она и не думала, что ее поведение возбудит Дунфан Бая.

Мысленно он не мог перестать вспоминать события прошлой ночи. Длинные волосы Лэ Яо Яо рассыпались по ее плечам. Вся ее одежда была снята, за исключением повязки на груди.

Ее очаровательное тело мелькало в его мыслях всю ночь. Это не оставило его сердце в покое…

Со временем Лэ Яо Яо заметила, что Дунфан Бай смотрит на нее. Но она подумала, что он смотрит на нее только из-за того, сколько она съела.

Ведь на тарелке было довольно много османтусового пирога и приготовленных на пару пельменей. Дунфан Бай съел только кусочек или два пирога. Она же съела все остальное.

Пока она ела, она не думала об этом слишком много. Но теперь, когда она наелась, ей казалось, что она съела слишком много: 'Неудивительно, что Дунфан Бай так странно смотрит на меня.'

Лэ Яо Яо стало немного неловко и она попыталась объясниться: “Хе-хе. Э... я думаю, что в последние дни я переживаю переходный возраст. Так что мой аппетит увеличился…”

“Понимаю. Ты теперь наелась? Если ты все еще голодна, я скажу Сяо Тан купить еще еды.” Мягко ответил Дунфан Бай.

Услышав сказанное им, Лэ Яо Яо покачала головой: “Не стоит, все в порядке! Теперь я сыта. Благодарю…”

“Хорошо. Ты в том возрасте, когда нужно больше есть.”

В конце концов, Лэ Яо Яо было около шестнадцати лет. Она переживала период полового созревания и, естественно, должна была есть больше.

Внезапно глаза Лэ Яо Яо что-то уловили, и она просияла.

“А?! Брат Бай!!? Ты умеешь играть на гуцине?!”

П.А.: В случае, если вы забыли, что такое гуцинь.