“Если он нужен старшему брату, как младший брат может отказаться?”

Голос Короля Ада был очень легким, но ему не доставало тепла.

Услышав его слова, Лэ Яо Яо почувствовала, как что-то внутри нее упало и разбилось. Она почувствовала пустоту и страх.

'О Небеса!

Король Ада действительно собирается отдать меня Императору?

Я хочу уйти от него. Но почему я почувствовала себя такой несчастной, когда узнала, что Король Ада собирается отослать меня?

Лэ Яо Яо, что с тобой?'

В этот момент Лэ Яо Яо почувствовала себя подавленной.

Ее маленькое личико было опущено, и она понятия не имела, что ее глаза были полны разочарования.

Когда окружающие люди уже подумали, что Король Ада определенно собирался подарить своего евнуха Императору, Лэн Цзюнь Юй сделал небольшой глоток чая и продолжил: “Однако, уйдет ли евнух и будет ли служить старшему брату, не зависит от младшего брата.”

“О? Так кто же решает?”

Лэн Цзы Хао привык к холодному характеру своего брата. Однако, в глубине души, он знал, что его брат был преданным и эмоциональным человеком, как только он открывал свое сердце. Если бы его брат действительно не заботился о евнухе, он бы уже отдал его ему. Но так как Лэн Цзюнь Юй вел себя подобным образом, Лэн Цзы Хао хотел продолжать дразнить своего брата.

Все же у Лэн Цзы Хао было не так много братьев и сестер. Лэн Цзюнь Юй был его единственным братом, и он был слишком холоден. Такая возможность представлялась раз в жизни, поэтому он пожелал его спровоцировать!

Лэн Цзюнь Юй больше ничего не сказал. Однако его глаза были прикованы к Лэ Яо Яо.

Лэн Цзы Хао проследил за взглядом Лэн Цзюнь Юя и снова обратил свой взгляд на Лэ Яо Яо. Его глаза заблестели, и он спросил: “Сяо Яо Цзы, ты готов следовать за Этим Императором?”

Сразу после того, как Император произнес эти слова, все взгляды были прикованы к Лэ Яо Яо. Лэ Яо Яо стала центром внимания, и она была чрезвычайно напряжена!

Помимо давления, Лэ Яо Яо также испытывала страх. Потому что она честно не знала, как отреагировать. Хотя лицо Лэн Цзюнь Юя было бесстрастным, его глаза уставили прямо в ее душу.

Это был предупреждающий взгляд. От этого у нее на голове онемела кожа, а спина покрылась потом.

Лицезрея это, Лэ Яо Яо действительно хотела проклясть его.

'Будь ты проклят! На что ты смотришь?! Если не хочешь меня отсылать, так и скажи! Почему ты делаешь вид, что тебе все равно, и заставляешь меня отвечать?! Теперь ты еще и устаился на меня? Ах!!'

Лэ Яо Яо не понимала, почему Король Ада так себя ведет.

Заботится ли он о ней или нет?

Но сейчас не было времени думать об этом.

Присутствующие были уверены, что Лэ Яо Яо выберет Императора. В конце концов, тот был Императором. Он лично просил за нее, так кто посмел бы отказать?

Тем не менее, Лэн Цзы Хао, вероятно, почувствовал колебания Лэ Яо Яо, поэтому он засмеялся и продолжил: “Сяо Яо Цзы, ты талантливый человек. Этот император действительно восхищается тобой. Кроме того, Этому Императору не хватает таких талантливых людей, как ты. Если ты решишь следовать за Этим Императором, у тебя будет богатство, слава и власть. Что ты думаешь?”

“Э...?”

Услышав его слова, Лэ Яо Яо накрыли эмоции.

'Будь ты проклят! Ты пытаешься соблазнить меня наповал, да?'

Честно говоря, Лэ Яо Яо была искушена словами Императора. Судя по тому, что говорил Император, он действительно ценил ее! Это действительно заставило Лэ Яо Яо чувствовать себя подавленной благосклонностью.

Но пока она колебалась, она чувствовала, как глаза Короля Ада пронзают ее насквозь.

Его взгляд был похож на бесформенный нож, который намертво висел у ее шеи. Казалось, если она скажет что-то не то, тот ее поранит.

'О Небеса! Будь ты проклят! Ты умеешь только угрожать людям!'

Лэ Яо Яо разозлилась. Но в глубине души она была счастлива. Хотя она не была уверена почему.

'Если мне придется выбирать, я все равно выберу Короля Ада.

Я ведь фальшивый евнух. Если люди узнают мою тайну, мне придется заплатить жизнью.

Даже если я останусь рядом с Императором и он дарует мне богатство, власть и славу, это будет все равно что идти по лезвию ножа.

Напротив, если я останусь в резиденции Принца Жуй, я буду свободна через три года. К тому же, всех тех денег, которые я заработала, хватит на всю жизнь. Так почему же я все еще жажду большего богатства, власти и положения?'

Задумавшись об этом, прекрасные глаза Лэ Яо Яо заблестели, и она тут же опустилась на колени перед Императором.

“Слуга обязан Императору за благосклонность. Слуга чрезвычайно благодарен и почитает вас. Однако, хотя положение слуги низкое, слуга понимает основной принцип. Мастер на день равен мастеру на всю жизнь. Итак, слуга решил остаться рядом с Принцем Жуй. Он будет единственным мастером слуги.”

После решения Лэ Яо Яо, весь зал погрузился в мертвую тишину. Было так тихо, что слышалось дуновение ветра.

Ведь никто не думал, что Лэ Яо Яо отвергнет предложение Императора!

Окружающие люди были не единственными, кто был шокирован, Лэн Цзы Хао тоже был ошеломлен.

Если бы это был кто-то другой, они бы непременно приняли его предложение.

Все же он был Императором, в то время как его брат был Принцем.

Как Император, он мог предложить Лэ Яо Яо гораздо больше, чем его брат.

'Этот маленький евнух действительно... особенный!'

Лэн Цзы Хао уловил улыбку брата. Лэн Цзы Хао сразу же погрузился в раздумья.

'Похоже, этот маленький евнух занимает особое место в сердце моего брата.'

Глаза Лэн Цзы Хао все еще были прикованы к пареньку, стоящему перед ним на коленях. В глазах Лэ Яо Яо не было страха, они были полны уверенности.

'Неудивительно, что мой брат так заботится о нем. Этот евнух сумел отвергнуть меня публично и не выказал страха. Какой талант!'

Откровенно говоря, в тот момент Лэн Цзы Хао действительно хотел заполучить этого евнуха. Но, к сожалению, дворянин не овладевает чужой любовью. Итак, Лэн Цзы Хао решил сдаться.

В то время как Лэн Цзы Хао был глубоко погружен в свои мысли, он понятия не имел, что нынешняя Лэ Яо Яо была вся в холодном поту.

Ведя она понимала, что только что отвергла предложение Императора. Если он разозлится, то может просто казнить ее, и ее голова слетит с плеч. Как она могла не бояться?

“Ха-ха. Потрясающе! Какие замечательные слова. Мастер на день равен мастеру на всю жизнь! Младший брат, тебе очень повезло! Этот Император завидует тебе!”

Лэн Цзы Хао от души рассмеялся и повернул голову, чтобы посмотреть на спокойного Лэн Цзюнь Юя.

Лэн Цзюнь Юй только улыбнулся в ответ. Он ничего не сказал.

Однако его взгляд в сторону Лэ Яо Яо смягчился.

'Ха-ха! Какие замечательные слова! Мастер на день равен мастеру на всю жизнь.

Значит ли это, что ты останешься со мной навсегда?!'

Думая об этом, Лэн Цзюнь Юй чувствовал, словно бы его сердце окунули в мед. Это было так мило…

Зрители были рады, что Император не разозлился, а вместо этого похвалил Лэ Яо Яо.

Вскоре танцы и музыка возобновились.

Лэ Яо Яо вытерла пот и вернулась на свое место.

Хотя Император не разозлился, ее сердце все еще бешено колотилось: 'Скорее всего, сегодня ночью я буду страдать бессонницей!'

Но стоило ей подумать о деньгах, которые она только что заработала, как страх мгновенно сменился радостью.

'О Небеса! Я разбогатела! После того, как покину резиденцию, я смогу начать бизнес с Сяо Му Цзы и улучшу его семейное положение. Тогда я смогу путешествовать по всему миру и любоваться этой незнакомой землей!'

В этот момент Лэ Яо Яо почувствовала на себе пылающий взгляд. Она невольно задрожала.

Но когда она поняла, что Король Ада улыбается ей, лицо Лэ Яо Яо застыло.

'Вау, он такой горячий!!!!'

*Пин, пин, пин.* Внезапно, сердцебиение Лэ Яо Яо начало ускоряться.

Улыбка Лэн Цзюнь Юя была нежной, словно ветер и облако. В сочетании с его великолепными чертами лица, это было душераздирающее зрелище!

Хотя Лэ Яо Яо не хотела признаваться в этом, она определенно зафанатела этому зрелищу.

В этот момент в ее ушах раздался голос Дунфан Бая.

“Брат Яо действительно мудр и дальновиден. Пьесы были великолепны. Неудивительно, что Император и Вдовствующая Императрица столь довольно.”

“Хе-хе. Благодарю за комплимент, брат Бай! Я просто хотел, чтобы все были счастливы и веселы.”

Вдруг, Лэ Яо Яо, казалось, вспомнила кого-то другого и повернулась, чтобы широко улыбнуться Наньгуну Цзюнь Си. С другой стороны, у Наньгуна Цзюнь Си было хмурое выражение на лице.