Это произошло одним солнечным утром, в конце июня, когда меня разбудила Ильза. Взглянув на будильник на тумбочке, я заметил, что было только 6:48 утра. Солнце уже взошло, а Ильза стонала от дискомфорта. Я пристроился рядом к моей дорогой невесте, но в сонном состоянии не мог сообразить, что же происходит.

«Аааа!» – Ильза снова застонала еще громче.

Ну, это, безусловно, разбудило меня!

«С тобой все в порядке?» – Спросил я обеспокоенно, лишь потом сообразив, насколько же этот вопрос был тупой.

Конечно, она не была в порядке, она собиралась рожать, придурок!

Ильза, однако, была более спокойной и ответила болезненным голосом: «Я думаю, что малышка идет, схватки начались».

После этих новостей я уже полностью взбодрился, на самом деле, изначально я вообще не знал, что делать в такой ситуации. В последние месяцы мы готовились к этому событию и практиковали то, что я должен был сделать. У меня даже был полный контрольный список готов. Так как Ильза уже рожала дважды, она прекрасно знала, что нужно делать, но для меня это было в новинку.

Правильно, все по порядку… Я помог Ильзе добраться в ванную, чтобы она смогла еще раз опорожнить мочевой пузырь, прежде чем мы отправимся в больницу. Из-за нападения, которое она пережила шесть месяцев назад, мы не хотели рисковать. Вместо того, чтобы рожать ребенка на дому, мы решили отправиться в больницу, когда придет время.

Затем я позвонил матери Ильзы, которая пообещала приехать, как только ее дочь начнет рожать. Анна обещала присматривать за нашими детьми, пока мы будем в больнице. Прошла целая минута, прежде чем сонный Эрик поднял трубку. Как только я сказал ему, что у Ильзы начались схватки, он передал трубку Анне, которая поклялась, что будет у нас дома в течение сорока пяти минут.

После телефонного звонка я разбудил Брэма и Наоми и сказал им, что мы отправимся в больницу, как только прибудет их бабушка. Новость о том, что скоро у них появится сестричка, взбодрила ребят как нельзя лучше.

К настоящему времени Ильза закончила заниматься своим делом. Я помог ей залезть в джакузи, чтобы она могла принять расслабляющую ванну, прежде чем мы уедем в больницу. Поскольку ее схватки только начались, мы полагали, что у нас еще есть хотя бы час, прежде чем она должна была оказаться в родильном отделении. Я позаботился о том, чтобы вода в джакузи была температуры тела, а не теплой. Я боялся, что это может оказать негативное влияние на ребенка. Скорее всего, нет, но эй! Я был новичком в этом и у меня нет никакого желания рисковать! Функция пузырьков была выключена, так как я прочел, что это негативно сказывается на беременности.

Тем временем я быстро принял душ и оделся. Я также захватил одежду Ильзы и принес с собой в ванную. Как только Ильза подала знак, что она чиста и готова, я вытащил ее из джакузи и высушил ее тело. Она невзначай сообщила мне, что, пока она отмокала в джакузи, у нее отошли воды. Я чуть не упал в обморок от этой новости, однако я также сообразил, что это избавит меня от необходимости наведения порядка. Если бы воды отошли, пока мы лежали в постели, мне пришлось бы сменить простыни и почистить матрас.

Она не смогла подавить беззаботный смешок из-за моих выходок. Я был намного более заботлив, чем ее бывший, и беспокоился обо всех мелких деталях. Хотя мне было все равно, ведь я просто хотел, чтобы моя невеста была в порядке. Если бы это зависело от меня, то это были бы самые беззаботные роды в истории человечества.

Затем я помог ей одеться и приготовил легкий завтрак для Ильзы и наших детей.

Брэм и Наоми также волновались за Ильзу, как и я, и продолжали задавать ей вопросы о том, все ли у нее в порядке, и могут ли они помочь ей чем-нибудь. Ильза успокоила детишек и сказала, что с ней все в порядке. Она также отметила, что, пока я слежу за всем происходящим и выполняю всю работу, им вообще не нужно о чем-либо беспокоиться.

Брэм и Наоми смотрели на меня, пока я нервно выполнял то или иное действие, и тоже не смогли сдержать улыбку. Злобные детишки, я ведь не так их воспитывал, так издеваться над папочкой, тск, тск!

Когда мы закончили завтракать, я поставил посуду в посудомоечную машину, а затем вывез машину из нашего гаража, убедившись, что наша дорожная сумка была внутри. Мы заранее подготовили так называемую "сумку для беременных", со всеми предметами, которые нам могут понадобиться в больнице.

Я нервно ходил вокруг, желая, чтобы Анна как можно быстрее оказалась здесь. Ильза обняла меня сзади, ее живот врезался прямо в мою спину, и сказала, чтобы я не волновался, и что с ней все в порядке. Даже наша кошечка поняла, что что-то происходит. В попытке успокоить меня, она продолжала прижиматься к моей ноге.

Думаю, я нервничал намного больше, чем Ильза. Я не мог понять, как она могла так спокойно относиться ко всему этому. У нас будет ребенок!

Она повернула меня и поцеловала, что, наконец, оказало некий расслабляющий эффект. Ее поцелуи обычно обладали таким эффектом!

Когда Анна приехала семнадцать минут спустя, она припарковала свою машину прямо возле нашего дома. Мы вышли на улицу, чтобы поприветствовать ее, где она целую минуту обнимала дочь, пока мой нервный кашель не намекнул ей, что нам уже пора ехать. Мне кажется, что она поняла намек, так как сразу же отпустила Ильзу.

Тем не менее, эта злобная женщина еще целую минуту обнимала меня!

Будь прокляты эти злобные объятия. Разве она не понимала, что нам пора ехать?!

На самом деле, объятия, возможно, длились всего десяток секунд, но ощущались они намного дольше. В глазах Анны был озорной блеск, и она пожелала нам удачи. Я пообещал Анне, что позвоню ей, когда Ильза родит ребенка.

Ильза села рядом со мной в машину, после чего я очень осторожно тронулся. Всю дорогу до больницы я заботился о том, чтобы ехать как можно безопаснее, делая повороты немного шире, чем обычно, чтобы не расстраивать Ильзу или ребенка. Лежачих полицейских я вообще переезжал на минимально возможной скорости. На губах Ильзы появилась улыбка, когда она заметила, как же я осторожен за рулем.

Я просто хотел убедиться, что мы доберемся до больницы в целости и сохранности. Несмотря на мою нервозность или, возможно, именно из-за нее, мне удалось очень аккуратно управлять автомобилем. Вместо семи минут, которые обычно занимает поездка, нам потребовалось девять минут, чтобы добраться до больницы. Хорошо, что на дороге почти не было пробок, ибо я уверен, что стал бы раздражителем для многих водителей.

Когда мы добрались до больницы, я взял инвалидную коляску и велел Ильзе сесть в нее, чтобы я мог ее довезти. Она сказала мне, что с ней все в порядке, и что она сама может ходить, но я настоял и не собирался идти на уступки. Хотя я позаботился обо всем остальном, я должен был быть уверен, что Ильзе вообще не придется что-либо делать, не считая само рождение ребенка.

Даже медсестра за столом не смогла сдержать смех, когда увидела, как я осторожен с Ильзой. Мне кажется, она уже видела все это раньше… Волнующиеся будущие отцы, вероятно, были для нее обычным явлением.

Однако она удивила меня, когда сказала, что никогда раньше не видела такого озабоченного человека. Большинство мужчин были очень нервными и взволнованными. Медсестра похвалила мое спокойное и заботливое отношение, сказав Ильзе, что она по-настоящему счастливая женщина. Ее комментарии на самом деле заставили меня покраснеть. Я спокоен, да, верно…

Я был спокоен точно также, как грохочущий вулкан, готовящийся извергнуть всю свою магму!

После завершения всех процедур регистрации, дружелюбная старшая медсестра провела нас в комнату и позволила нам побыть наедине. За это время Ильза переоделась в ночную рубашку, точнее, я одел Ильзу в ночную рубашку. Женщина в ее состоянии не могла позволить себе самостоятельно одеваться!

Ну, по крайней мере, я так думал…

Доктор прибыл через мгновение. Закончив первоначальный осмотр, он сказал, что у нас есть еще как минимум три часа, прежде чем шейка матки Ильзы достаточно расширится, чтобы она смогла родить. Доктор также сообщил, что вернется через час для очередной проверки, после чего покинул комнату.

Это было в значительной степени начало долгого ожидания. Я выпил много кофе, а у Ильзы была чашка с водой и соломинкой. Я полагал, что это облегчит сам процесс потребления воды, но Ильза нагло проигнорировала соломинку… Ну что ж, я понял…

Пока я держал руку Ильзы, мы много разговаривали. Время от времени, когда ее поражали следующие схватки, она сильно сжимала мою руку. Я и представить себе не мог, что она настолько сильная!

Тем не менее, я принял это как настоящий мужчина и позволил лишь маленькому стону вырваться из моих губ. Ильза, с другой стороны, просто удерживала на лице выражение боли, на мгновение даже задыхалась, а затем просто продолжала говорить, как ни в чем не бывало.

Врач проверял Ильзу каждый час, и, как он и ожидал, Ильзе потребовалось еще три часа, чтобы шейка ее матки достаточно расширилась, и начался сам процесс родов.

Рождение нашей дочери было уникальным опытом. У моей прекрасной Ильзы было красное лицо, как у помидорки, когда она пыхтела и фыркала, иногда произнося несколько непристойных слов и даже научив меня парочке новых высказываний. Я крайне редко мог услышать, как Ильза использует такие выражения. Это было своеобразным новым опытом для меня. Она держала меня за руку во время всего процесса. Всякий раз, когда ей приходилось тужиться, она старалась передать мне частичку своей боли, плотно сжимая мою руку. В конце концов, я кричал почти так же громко, как и Ильза. Я действительно надеялся, что она не сломает мои кости!

Через несколько минут мы услышали крики новорожденной малышки, заявляющей всему миру, что она родилась. И мы сразу же позабыли нашу боль! После того, как я взял на себя честь перерезать пуповину, медсестра положила нашу прекрасную дочь на грудь Ильзы, чтобы она могла впервые в своей жизни испить грудное молоко.

Как только она прижалась к одному из сосков Ильзы, малышка замолчала и начала сосать со счастливым выражением на лице. Она на мгновение открыла свои голубые глаза, будто поблагодарив нас. По сравнению с нами она выглядела такой крошечной. Десять маленьких пальчиков на руках, десять маленьких пальчиков на ногах, два маленьких ушка и милый маленький носик, короче говоря, полноценный ребенок, НАШ ребенок!

Позвольте мне сказать вам, это было самое прекрасное, что я когда-либо видел в своей жизни. Чтобы узнать насколько же это восхитительно, вы должны испытать это на себе. Ильза тихо и удовлетворенно вздохнула, глядя на нашу дочь.

Этот момент можно было запечатлеть на камеру, но нет! Хотя некоторые отцы снимали весь процесс рождения своего ребенка, меня это не интересовало, я был больше заинтересован в том, чтобы обеспечить Ильзе максимальную поддержку. Я просто был счастлив увидеть результат трудов Ильзы, и я дорожил этим моментом, желая навсегда запечатлеть его именно в своей памяти.

Когда наша девочка полностью наелась, Ильза заставила ее отрыгнуть и просто держала на руках, пока ребенок не заснул. В этот момент Ильза посмотрела на меня со слезами на глазах и сияющей улыбкой на лице.

«Подойди, подержи свою дочь», – сказала она мне.

Эти слова звучали как что-то волшебное, в них было трудно поверить. Это была моя дочь, мой первый ребенок. Я любил Брэма и Наоми, но любовь, которую я испытывал к нашей малышке, была еще глубже. Этот ребенок связывал нас с Ильзой на всю оставшуюся жизнь!

Она передала нашу девочку мне, и я осторожно обнял ее.

Слезы навернулись на моих глазах, когда я смог выговорить нежным, дрожащим голосом: «Привет, Софи, добро пожаловать в этот мир…»