Комната оказывается довольно просторной и заставленной преимущественно книжными шкафами, столами да редкими диванчиками. К тому же здесь весьма светло благодаря большим окнам, сквозь которые льются утренние лучи. Так что, хоть под самым потолком и покачиваются на удивление пышные канделябры, вряд ли их зажигали в последнее время. Но куда важнее другое – едва переступив порог, я вдыхаю лучший запах на свете. Запах старых книг. Чуть затхлые, зачитанные до дыр страницы... М‐м‐м...

Волшебный аромат старой библиотеки так кружит мне голову, что я почти не замечаю, как она выводит меня на самую середину зала – прямо в центр полукруга рассевшихся на полу детей.

...Ох, чёрт. Они все на меня пялятся. Я опять что‐то не так сделал?

По глупости я принюхиваюсь ещё раз. Ох, блин, и когда же эта ребятня в последний раз мылась? Впрочем, глядя на их лохмотья, удивляться такому амбре не приходится. Настоящее чудо, что ни от кого из них не тянет характерным душком хвори...

"Как я уже говорила, Kitty проделал о‐о‐очень долгий путь, чтобы познакомиться со всеми вами! Вот только он у нас малость стеснительный... Вы ведь будете с ним поласковее, правда?"

Дети переглядываются между собой. Навскидку я насчитываю около двух десятков ребят, большей частью лет от пяти до тринадцати. Придя к молчаливому согласию, они снова поворачиваются к стоящей в зале Богине и дружно кивают. Ясно. Здорово. Приятно сознавать, что нынешняя молодёжь не только чтит божественных старших, но и всей душой рада меня видеть. Замечательно.

"Чудесно! В прошлый раз, когда приходила Глиф, вы так расстроились, что не увидели эту часть своими глазами, – надеюсь, уж теперь‐то вы будете довольны. Готовы?"

От её слов в детях будто что‐то перещёлкивает. Они подаются вперёд, ссутулив плечи, и впиваются в нас двоих цепкими, острыми взглядами с предельным вниманием.

Что это они?..

Встав напротив меня, она поворачивается к зрителям вполоборота так, что сама оказывается слева, а я – справа. Пока я лихорадочно соображаю, что вообще происходит, она откашливается, улыбается мне и жестом показывает опуститься пониже.

"А, мне нужно?.."

Получив от неё ободряющий кивок, я преклоняю одно колено – как и полагается перед самыми настоящими богами. Вот только, если подумать, разве я сам формально не бог?

Размышлять о том, пристало ли Богу Надежды преклонять колени перед Богиней Детей, мне некогда – от неё вдруг начинает исходить сияние, заливая зал небесным светом, а прежний дивный аромат сгущается в осязаемую ауру божественного величия.

"Подними взор, спаситель с Земли."

Я послушно поднимаю голову. Угу. Глаза у неё светятся. И вот это уже неподдельно пугает.

Она улыбается.

"В прошлом ты помог Мне спасти одно из Моих чад. За это Я буду вечно тебе признательна. И вот ты вновь предстал передо Мной, возмужав и окрепнув, и Я встречаю тебя испытанием ещё более трудным, чем прежнее."

Ещё труднее, чем обнять ребёнка? Ого, похоже, в этот раз мне и впрямь крышка.

Чисто случайно скосив глаза влево, я замечаю, что дети слушают наш заурядный в общем‐то разговор разинув рты от восторга. Не желая ударить в грязь лицом, я прочищаю горло и отвечаю ей со всем рыцарским благородством, на какое только способен.

"Каким бы оно ни было, о Богиня, я положу жизнь, время и честь на алтарь его исполнения," — провозглашаю я.

Её улыбка становится ещё шире, и она с театральным размахом прижимает ладонь к груди – вылитая принцесса, умоляющая верного рыцаря сразить дракона.

"Лишь величайшим из воителей под силу принять Мой вызов. Уверен ли ты, что сия ноша не окажется тебе не по плечу?"

Поскольку вокруг сидят дети, я благоразумно решаю не вдаваться в рассказы о своих былых подвигах и отделываюсь общим обещанием.

"Нет такой задачи, которая оказалась бы мне не по плечу. Да чёрт возьми, я вам хоть водопровод починю!" — говорю я.

Она тепло посмеивается.

"Благодарю тебя. Но прежде Я возложу на тебя самое суровое испытание из всех. Прошу, о спаситель с Земли..."

В её голосе отчётливо слышится улыбка.

"Приберись для Меня в саду."

"...Прошу прощения?"

< ◇ >

<center>Вы получили божественное поручение, относящееся к Уступу Чревоугодия</center>

<center>Этап Обучения, Второй Уступ Адской сложности: Уступ Чревоугодия</center>

<center>Божественное поручение: Приведите в порядок сад при Храме Детей Имперского Апостолата.</center>

< ◇ >

"Эм... Что это..."

Договорить мне не дают – вся детская аудитория взрывается оглушительным хохотом, а кое‐кто даже тычет в меня пальцем. С учётом того, какие тут тонкие стены, их смех сейчас наверняка гремит на весь особняк до последнего чулана.

"Простите, да что вообще..."

"Дети, дети!"

Богиня Детей вскидывает руки, призывая к тишине. Ребятня постепенно угомонивается – кто‐то виновато втягивает голову в плечи, кто‐то зажимает рот ладошками. Богиня же просто упирает руки в бока и звонко произносит на весь зал.

"Спасибо, что терпели и не смеялись, пока он не принял задание! Чалл, я слышала, как ты хихикал, но Kitty, похоже, ничего не заметил, так что все молодцы!"

Дети снова радостно галдят наперебой.

Я поднимаюсь с колена. Эта богиня... Похоже, я её недооценил. Пока дети увлечены её похвалой, я подхожу к ней вплотную.

"Что Вы затеяли?"

Когда она снова поворачивается ко мне, её глаза уже не светятся.

"Что Я затеяла?"

Я взмахиваю рукой перед всё ещё висящим перед глазами системным окном.

"Вот это. Или Вы и впрямь всерьёз?"

"Разумеется, всерьёз. Разве Я похожа на несерьёзную особу?"

Хм‐м‐м. Если она сейчас шутит, то сама же это и подтверждает. А если не шутит – то отрицает. Стало быть, проверить можно только одним способом...

"По правде говоря, очень даже похожи."

"Значит, ты раскусил Меня верно."

"О. Понятно."

Я снова перевожу взгляд на системное окно.

"То есть Вы на самом деле хотите, чтобы я прибрался у Вас в саду?"

"Ты ведь и сам его видел, верно? Там давно пора навести порядок! Особенно сейчас, когда осень уже на носу. А ещё у Меня припасены семена зимних цветов – было бы чудесно, если бы ты их посадил. Но Я обязательно оставлю тебе подробный список всего, что нужно сделать. Одна маленькая ящерка шепнула Мне на ушко, что тебе куда проще работается по чётким указаниям."

"Маленькая ящерка совершенно права. Однако..."

В памяти тут же всплывают две тени, резвящиеся в лунном свете.

"Разве для такой работы не найдётся кого‐нибудь более подходящего? Кого‐нибудь, кто умеет убивать привидений? Сомневаюсь, конечно, что охотники за привидениями принимают межпланетные вызовы, но..."

"Привидений?"

"Да, привидений. Ну, знаете, которые призраки? Те самые, в саду."

Она добродушно посмеивается.

"Милый мой, о чём ты говоришь? Никаких привидений не бывает!"

"А вот и бывают! Я их видел, своими глазами..." — выпаливаю я.

"И я их видела!"

Из полукруга детей раздаётся звонкий голосок маленькой девочки в свободном коричневом платьице.

"У одного из них был такой длиннющий острый нос, а когда я закричала, они оба исчезли!"

Сидящий рядом с ней мальчуган энергично кивает.

"Я тоже их видел! Они пели какую‐то странную песню и летали по воздуху... Я потом целую неделю уснуть не мог!"

Вскоре и другие ребята наперебой принимаются делиться леденящими душу историями о встречах с неведомым. Несколько человек вполголоса бормочут что‐то про какого‐то «Летта», но к делу это, похоже, не относится.

"Ну‐ну, полно вам. Как Я уже сказала, никаких привидений не существует. Мнимые демоны часто мерещатся тем, кто засиживается допоздна."

Я подступаю к ней ещё на шаг и заискивающе кланяюсь, изображая образцового подхалима.

"Дражайшая Богиня, хоть я всецело с Вами согласен... Не допускаете ли Вы, что даже в столь волшебном мире, как этот, всё ещё встречаются непознанные явления?"

Пожалуй, говорить такое богине было опрометчиво – она одаривает меня взглядом матери, прикидывающей все «за» и «против» хорошей порки. Но прежде чем она успевает озвучить свой божественный вердикт, дети снова прыскают со смеху, а несколько ребят даже вскакивают с мест в поддержку моей теории. Чувствую себя подсудимым перед крайне несговорчивым судьёй, вот только вся коллегия присяжных целиком на моей стороне.

Уступив столь единодушному натиску публики, Богиня Детей отступает на шаг.

"Ладно, ладно. Твоя взяла."

Она бросает на меня лукавый взгляд.

"Рада видеть, что ты тут быстро со всеми поладишь."

Я хмыкаю и снова выпрямляюсь во весь рост.

"Дети, дорогая Богиня, – создания простые. А значит, и для понимания их натуры требуется простота."

"Надо полагать, уж чего‐чего, а простоты у тебя в избытке, Kitty?"

"Несомненно."

Она снова поворачивается к заметно притихшей ребятне.

"Знакомьтесь, ребята, ваш новый садовник! Он погостит у вас какое‐то время, так что надеюсь, вы и впредь будете относиться к нему по‐доброму."

Дети громко и дружно соглашаются, а некоторые даже машут мне руками. Как человек благовоспитанный, я машу им в ответ.

...Хм. Погодите‐ка, что она сейчас сказала? Погостит какое‐то время? Внутри у меня всё леденеет.

"П‐постойте, секундочку, подождите, не могли бы Вы..."

"А теперь все дружно скажем волшебные слова!"

Словно дирижёр перед хором, она вскидывает руки.

"Прыг да скок, за шагом шаг!"

"Вприпрыжку, весело, вот так!"

"Пусть завтра поскорей настанет, "

"Ведь с Вами радостней нам станет!"

"Пока‐пока всем, детвора!"

"Пока‐пока, любимая мамуля!"

Окутавшись облаком чего‐то подозрительно похожего на обычную муку, она берёт и испаряется. Ага. След простыл. На полу после неё осталась лишь небольшая горстка муки.‐‐