Глава 101.

Бред какой-то. Этого не может быть, – отчаянно отрицая реальность, Хуан медленно повернул голову.

И столкнулся лицом к лицу с проклятым змеем, Молодым Господином Сэрпэнтэ, который по совершенно непонятной причине оказался в этот день здесь.

Проклятый змей, или Бендж, сидел за чайным столиком у окна возле статуи и по обыкновению курил сигарету. Их-под бледных серебристо-седых волос его небесно-голубые глаза сверкали ухмылкой, подобной кинжалу.

– Думал, вы её заядлый читатель.

Это была неправда. Хуан никогда не читал книгу, содержание которой, строчка за строчкой, было наполнено упрёками и обвинениями в адрес семьи Сэрпэнтэ. Почему-то утешение, ощущаемое от подобного содержания, порождало чувство стыда.

Нет, почему…

– Принцесса?

Адриана, которая смотрела на брата с бледным от шока и гнева лицом, вздрогнула и повернулась к Бенджу.

При виде бледно-персикового румянца, разлившегося по её бледному лицу, Хуан иронично рассмеялся.

Чёрт побери, чёрт побери. Это катастрофа в прямом смысле этого слова.

– Молодой Господин…

– Я хотел бы немного поговорить с ним наедине. Прошу вашего понимания, – это был тон, который переходил от вежливости к крайней мягкости. Словно он говорил с ребёнком.

Адриана нерешительно посмотрела на двух мужчин с выражением сожаления. Взгляд Бенджа на неё был столь же мягок, сколько и смехотворен.

Хуан невольно пошевелился и выхватил книгу из рук сестры. Щёки Адрианы снова побледнели.

– Ты…

– Я скажу тебе позже. Сейчас… пожалуйста, отойди ненадолго.

Пожалуйста. Пожалуйста. Ничего не спрашивай. Как и всегда…

Было ли это из-за своего искреннего желания или лишь из-за осознания присутствия гостя? Адриана тут же опустила глаза и развернулась.

Хуан подождал, пока она полностью покинет холл, прежде чем подойди к чайному столику.

– Ну же, садись.

Было довольно нелепо, когда гость говорил хозяину сесть. Однако вместо того, чтобы указать на это, Хуан послушно выполнил приказ гостя.

Не несколько мгновений воцарилась тишина. Посреди этой действительно странной тишины Хуан пытался притвориться спокойным, но не мог не чувствовать, как дрожали его пальцы, когда он брал чашку.

В то же время Хуан не мог понять, почему так нервничает.

Какого чёрта он делает, какого чёрта он собирался делать с этой книгой, которую отдал моей сестре…

– Хочешь выкурить одну?

– ……

– Кажется, в последнее время ты куришь.

Ожидая открытой ругани в свой адрес, Хуан услышал снисходительный тон, и холодный пот дождём полился по спине.

Оставайся спокойным, сохраняй спокойствие. Это мой дом. Этому ублюдку будет недостаточно, даже если я изобью его максимально сильно, – успокаивая себя так, Хуан медленно поднял взгляд.

Внезапная мысль о выпивке стала отчаянно острой.

– Ты… Что ты здесь делаешь?

Бендж улыбнулся. Это была улыбка, наполненная невероятной лёгкостью, уникальная улыбка, которая заставляла противника испытать неописуемое презрение.

– Как ты думаешь, что я делаю? Я пью чай.

– О, о чём ты думал, отдав это моей старшей сестре…

– Пока я ждал, мы болтали о чтении, чтобы убить время. Я собирался вернуть книгу, которую ты одолжил Саше.

– ……

– Твоя сестра, похоже, ничего не знает.

Чувствуя холодные пальцы, пробегающие по его позвоночнику, Хуан прикусил внутреннюю часть щеки. Розовые глаза вспыхнули, и в них зажёгся огонь. С другой стороны, небесно-голубые глаза, которые встретили взгляд этих глаз, были ужасающе спокойными.

– Что ты с ней сделал…

– Кажется, это то, что должен сказать я. Что ты с ней сделал? С той, кого звали твоей матерью.

Хуан вскочил со своего места и попытался схватить Бенджа за воротник. Он собирался накричать на него, чтобы Бендж не болтал чепуху, спросив, не принимал ли он наркотики средь бела дня, что он сделал Саше, и что ему не стоит злить своими глупыми выходками других.

Но по какой-то причине Хуан не мог двигаться. Словно добыча, опутанный ядовитой гадюкой, все его чувства были настолько парализованы, что он не мог пошевелиться.

– Чёрт, что за чертовщина…

– Конечно, для всех остальных падчерица будет более подозрительной.

– ……что?

– Обычно второй жене, отравившей своего мужа, возвращает всё её приёмный ребёнок. Не так ли?

Голова Хуана полыхнула так, что перед глазами всё стало белым, но он продолжал думать о выпивке. Внезапно в его черепе так запульсировало, что даже стало тошнить.

– Не болтай слишком много… Ублюдок из ничтожной частной семьи ростовщиков без каких-то корней…

– Ты прав. Моя семья – частные ростовщики с очень короткой историей, потому в ней нет таких знатных старейшин, как у вас. В ситуации, когда осталось только двое невинных детей, интересно, кто из нас был бы более важным в глазах старших.

Капля пота стекла по подбородку Хуана и капнула на белую скатерть.

Эти чёртовы глаза.

Было слишком тяжело смотреть в глаза, подобные наточенной холодной небесно-голубой чешуе.

– Сестра… моя сестра не имеет к этому никакого отношения. Ничего не знает. Не понимаю, о чём, чёрт побери, ты говоришь…

– Ты и правда уверен, что не знает? Сейчас, когда всё так, я не думаю, что будет плохо, если мы втроём поговорим по-дружески, – голос, наполненный природной добродетелью.

Услышав насмешливое предупреждение, таившееся внутри слов, Хуан крепко зажмурился:

– Нет, это не…

– Где ты нашёл это? Такую игрушку.

– Просто… книга. Просто обычная книга. Обычная книга.

Это утверждение само по себе вызывало когнитивный диссонанс, даже если он сам слышал его. Лицо Бенджа, сиявшее непонятной улыбкой, вдруг замерло. Поэтому Хуану захотелось пить ещё сильнее.

Точно, похмелье. Если сделать несколько глотков…

И тут раздался глухой звук. Это произошло так быстро, что Хуану потребовалось некоторое время, прежде чем он полностью осознал ситуацию. Когда онемение и замороженность чувств рассыпались, острая боль пронзила область возле его брови. А по векам потекла тёплая жидкость.

Мне прыгнуть прямо отсюда и начать контратаку или вызвать охрану? – Хуан был растерян из-за гнева и безумия, выходящего далеко за рамки здравого смысла.

Столкнувшись с этой дилеммой, Хуан прикрыл кровоточащий лоб рукой и посмотрел на грубого гостя.

Бендж открыл рот. Он говорил с таким спокойствием, что трудно было поверить, что он только что совершил грубость, швырнув пепельницей в хозяина дома.

– Если бы Саша заглянула в эту книгу, ничего не зная, если бы что-то пошло не так, ты бы сейчас не сидел здесь и не дёргал мордой.

Это был низкий тихий голос, почти похожий на шёпот, но жажды убийства в нём было столько, что перехватывало дыхание. Почувствовав, как дрожит его рука, обхватывающая рану, Хуан сдавленно вздохну, словно застонав.

Чувство безумия, подкравшееся ранее, отчётливо жгло. Неприятное и ужасающее чувство дежавю.

– Если ты планировал убить меня, тебе следовало поискать более новый способ. Ты серьёзно не думал, что я найду того, кто сделал эту игрушку?

– …наш, нашёл ты его или нет… даже я не знаю, кто сделал её.

– …….

– Я только что сказал тебе. Кто, когда и как сделал её… что, чёрт побери, ещё ты знаешь?

– Так кто тот человек, который принёс её?

Кто дал её мне?

Внезапно раздался смех. Помимо рта, с которого срывался смех, без желания его хозяина, глаза Хуана также были ужасно искажены. Даже было трудно сказать, была ли жидкость, которая текла из уголков его глаз, кровью или же слезами. А возможно, и тем, и тем.

Бендж, некоторое время наблюдавший за Хуаном, смеющимся со странным лицом, достал из внутреннего кармана носовой платок и бросил его.

– Вытрись.

Сделал так и сказал вытереться. Во многих смыслах он крайне забавный парень, – так или иначе, Хуан послушно взял носовой платок и вытер грязное лицо.

Чувство беспомощности, проникавшее глубоко внутрь, и привычная вялость, от которой, ему казалось, он сбежал, стали разъедать сознание Хуана.

Это большая проблема. Думаю, это более серьёзная проблема, чем тогда, когда я потерял кота отца.

– Кто. Тот, кто дал тебе эту книгу.

– …ты уже знаешь. Ты спрашиваешь, когда всё знаешь. Весело так дразнить людей? Парни вроде тебя, которые никогда не проигрывали, такие забавные. Думаешь, все остальные у твоих ног? Ты сходишь с ума от своей одержимости, но перестаёшь притворяться хорошим, когда дело доходит до насилия над своей женщиной.

– Кто это?

– Что?

– Кто сказал, что я применял насилие к Саше?

Хуан швырнул платок и вскочил. Он схватил из столовой посуды то, до чего смог дотянуться.

Всё будет хорошо.

– Это…… ты отрезал ей часть уха! У неё был синяк на лбу… это из-за сопротивления. Ты делал это так долго, что её сопротивление исчезло. Ты часто прикасаешься к ней так. Ты прикрепил к ней ночную бабочку и целыми днями следишь за ней. Следишь так, чтобы она даже не подумала сбежать. А потом притворяешься, что сожалеешь и засыпаешь всякими подарками. Грязный ублюдок, притворяющийся заботливым в глазах других, но за спиной вытворяющий отвратительные вещи!

Бендж, который внимательно слушал, широко раскрыв глаза, снова улыбнулся. Это была улыбка, словно он услышал крайне забавную шутку.

– Интересно. Продолжай.

– ……

– Как насчёт того, чтобы положить это? Мне нелегко проломить голову вилкой, да даже бутылкой было бы сложно.

Я был не пьян.

Откуда он узнал это? – у Хуана закружилась голова, и силы выскользнули из руки, сжимающей вилку.

Он упал на сидение и зажал рот руками. Снова нарастала тошнота. Трупы мертвецов ярко проносились перед его глазами. Эти ужасные картины.

– Я…

– Саша взяла тебя за руку и рассказала эту историю? Сказала тебе, что я не могу жить?

– Нет. Конечно, нет. Саша… Саша всегда…

Кто сказал? Что она говорила? Разве мы об этом говорили с ней?

– Это всё, что ты знаешь о нас? Кажется, мальчишка, который читал такой интересный роман, упустил важный факт.

Почему снова это? – книга, аккуратно лежавшая на боку, попала в поле зрения Хуана, когда тот повернул голову от охвативших его головокружения и тошноты.

Виновник, с которого всё началось.

– Я… мне её жаль… мне жаль…

– Отлично, вот что значит быть одержимым рыцарством. Но почему ты решил придерживаться такого громоздкого пути? Тебе было лучше напрямую прийти ко мне. Было бы проще, если бы ты лично отдал её мне, как своей матери.

– Остановись…

– Подумай хорошенько. Разве не на это ты на самом деле надеялся? Ты знал, что так будет. Знал, что личность этой книги будет немедленно раскрыта и что я вот так приду, найдя это.

Язык ядовитой змеи дико и беспорядочно пронзал сознание Хуана.

Остановись, остановись. Я говорю тебе заткнуться.

– Что ты хочешь, Хуан? Ты хочешь, чтобы я умер здесь от твоих рук?

– Тогда…

– Или ты просто хотел наказать себя?

– ……

– Если ты хотел, чтобы я разрушил построенный тобой замок из песка, то это не будет дурным тоном.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –