— Боже! Леди видимо совсем не разбирается в устройстве этого мира. Да за такую цену можно взять шикарнейшую огромную территорию. Вот даже если посмотреть на предложения в соседней деревушке…

— Хватит! Двести.

— Ха… Зачем же так упираться. Вы должны подумать о том, как трудно конвертировать валюту в золотые монеты. Поэтому…

— Двести.

— Краткость — сестра таланта.

В прошлой жизни она ни разу не видела, чтобы долгий спор с мужчиной хорошо заканчивался. В лучшем случае мужчина тебя изобьет либо спросит что-нибудь вроде: «а женой моей станешь?».

— Вы думаете, что я пришла сюда, к вам, ничего не разузнав? Только территория поместья стоит сотню золотых слитков, а я вам ведь ещё и другую землю предлагаю. Завтра же можете пойти и посмотреть цену на бирже.

— Ха…. бог ты мой. Ладно. Тогда договорились на сотне. Вам больше никто столько не даст.

— Я же сказала двести.

Сейзель прикрыла сумку рукой. Эдгар с холодным взглядом покачал головой, намекая, чтобы она этого не делала.

— Слушайте, леди. Как вы можете просить двести, даже не зная законов этого мира? Не логично просить такую сумму.

— Хм. Если бы оно того не стоило, кто-то вроде вас не стал бы меня слушать столько времени.

— ...

— Что, не права?

Сейзель ухмыльнулась, посмотрев на выражение лица парня. Такие как он, прожившие тяжелую жизнь люди улыбаются только когда они действительно уверены в своих словах и действиях.

— Если даёте двести золотых, то давайте, если нет — так нет.

— И если нет, то?

Его глаза внезапно стали злыми, Сейзель взъерошила свои волосы и улыбнулась.

«Ого! Как же я жила в таком мире?»

Увидев эту злую морду и вспомнив, как часто она раньше видела подобное, она поняла, насколько сложной была ее прошлая жизнь. Ну и конечно она приспособилась выживать в таком днище и даже выбираться из него.

— Зачем такое спрашивать. Если нет — то это конец сделки.

— …

— Сможете мне повозку хотя бы вызвать? Мне сегодня еще нужно заехать к другим покупателям.

Она убрала документы и печать. Приспешник Эдгара был в замешательстве больше, чем сам Эдгар.

— Погодите! Если вы нам не продадите, то у вас ведь тоже будут трудности с продажей.

— Трудности то будут, но это ничто по сравнению с вашими.

— Что вы имеете в виду?

— Вы приехали сюда и просиживаете в этом гостевом доме, ничего не делая. А потом вы вернётесь к своим заказчикам с пустыми руками. Думаете, вас просто так оставят?

— Ха… хаха.

На милую улыбку Сейзель те двое мужчин отреагировали нервным смехом. Сейзель отлично понимала, что сейчас творится в голове у этих двоих.

Когда она осознала, что сегодня выступила против своего прошлого, ей было так хорошо на душе.

Все люди чего-то хотят в своей жизни.

— Ха, да, верно. Не знаю как так вышло, но раз леди так хорошо подготовилась, то ничего не поделать. Мы постараемся по максимуму следовать вашим требованиям. Давайте еще раз все спокойно обговорим…

— Две. Сотни.

Сказав своё краткое условие, Сейзель тонкими ручками раскрыла сумку. Это было единственное ее условие.

— Покупаете или нет?

* * *

Первое дело окончено. Сейзель в экстазе смотрела на груду золота, лежавшую передо ней. Если раньше она была довольна от одной лишь похвалы от отца, то сейчас даже звук золотых монет не мог до конца заполнить ее тело и разум. Она была так взволнована, вспоминая, что ей пришлось пережить в прошлой жизни без денег.

— Послушайте, уважаемая. Я не хотел этого говорить…

— Так не говорите.

Кажется, будто она сейчас заплачет. Сейзель схватила золотые слитки обеими руками, и у нее перехватило дыхание.

«Теперь я богата!»

По меркам столичной аристократии ей хватило бы денег только на то, чтобы есть и жить, но, по крайней мере, теперь не было нужды терпеть все как в старые времена.

Эдгар покачал головой, как будто не мог поверить в то, что он сейчас лицезрел.

— Послушайте, девушка.

Из-за дыма от сигареты помещение казалось таким же затуманенным, как и его голова. Увидев, что теперь девушка полностью их игнорирует, он подумал, что она действительно часть «той семейки».

— Знаю, что бесполезно такое спрашивать, но ваш умерший отец знал об этой сделке?

— Если бы знал, то не смог бы спокойно умереть.

— …

— Действительно бесполезный вопрос. Если что, мой отец умер естественной смертью.

В конце концов, она же не убийца, и у нее есть совесть.

Оставив этих мужчин утопать в своих подозрениях, Сейзель встала со своего места. Эти люди привыкли говорить одно, а делать другое, поэтому проще было сказать им, как все было на самом деле.

— Ладно, я пойду. Сделка завершена и,как договоривались, я до завтра съеду из особняка.

— Да, нам так будет удобней. Мы вызовем вам повозку… хотя нет, почему мы должны?

— …

Сейзель открыла дверь, но не вышла. Эдгар резко остановился.