— Ах, если проблема в этом, то нужно было так и сказать.

— ... Когда мой отец был жив, он ждал.

Независимо от того, насколько она уставала от образовательной философии отца, её сердце сильно забилось, когда она вспомнила момент, его кончины. Ужасно печальная смерть. В течение той недели в городской больнице никто не приходил навестить отца Сейзель.

— ... кхм.

Все начали отводить глаза в сторону, чтобы избежать взгляда Сэйзел.

Но её дядя всё так де стоял с недовольным лицом.

— Как много вы знаете о серьезных делах?

— Ааа.

Так вот оно что.

Если это детские капризы, то она достаточно ими настрадалась.

Когда Сэйзель снова прислонилась к двери и скрестила руки, то казалось, что у дяди вот вот пойдёт дым из головы.

— Ты как дочь своего отца должна знать, что мы сами справлялись хорошо. На самом деле твой отец сказал, чтобы я позаботился о тебе и только потом смог спокойно закрыть глаза. Думаешь, из-за твоего поведения он обретёт покой?

— Разве это не лучше, чем мерцание в глазах после смерти?

— Что?

— Язнаю, что дядя сделает со мной, когда я осталась одна. А, можете спросить Эллен.

Все взгляды обратились на Эллен, которая стояла позади них. Эллен, которую сразу заметили, сделала шаг, не осознавая этого, и попятилась назад.

— Нет... Это не справедливо. Я просто делала, то, что приказали.

— Эй! Остановись!

Было очевидно, что жена дяди как следует вышла из себя, когда она энергично закричала, боясь, что она что-нибудь скажет.

— Ты сошла сума! Я не знаю, что ты пытаешься сделать, но похоже это из-за собственности, которую ты не можешь себе позволить, но теперь тебе нужно вылечить эту болезнь.

— Верно, дорогая. Пока она молода, ей нужно быстрее в больницу.

— Её отцу нужно было позаботиться о ней как следует.

— Аах.

Что несут эти воры? Это было так нелепо. Сейзель закрыла глаза и улыбнулась. Её голос стал громче.

— Посмотрите на неё. Она и вправду сошла с ума!

— Она, должно быть, свихнулась после смерти виконта! Я знал это с того момента, как она вышла приветствовать гостей в таком платье, даже не подозревая об этом. Её нужно скорее отправить в больницу, пока она не опозорила семью.

— Держите её за руки!

Люди сразу начали сокращать расстояние, подбираясь к ней шаг за шагом. Красные глаза при дневном свете были странными. Вскоре дядя и его жена подошли, словно пытаясь схватить Сейзель за руку.

— Не двигайся! Сейзель, мы не причиним тебя вреда и хотим помочь.

— Дядя, это вам лучше не двигаться.

— Только посмотрите на неё.

И в этот момент...

— Что за ... ?!

Увидев тени, появившиеся из-за спины Сейзель, дядя испуганно крикнул.

Почему эти люди здесь? Но вскоре он с угрюмым смехом узнал, кто они такие.

— Ах, вы уже здесь. Что ж. это то место, которое я должен был вычистить и отдать вам. Хорошо что вы лично пришли сюда. Как видите, Сейзел не в порядке и ей нужно лечение.

— Что ж...

Эдгар посмотрел на Сейзел озадаченным взглядом.

В этот момент дядя почувствовал прилив сил и замахал своим толстым пальцем.

— В любом случае, я не думаю, что у меня есть какие-либо объяснения тому, что ты видишь. А ты не смей нападать на своего дядю или отправлять что-то подобное домой ...

— Вы сделали буквы и цвета в точности так, как я просила. Спасибо за вашу работу.

— Ах, да.

Сэйзел с удовлетворением наблюдала, как приказ о выселении скомкался в руке её дяди.

Увидев, как Эдгар кивает в ответ на похвалу Сейзель, дяди, который ухмылялся, не зная, что сказать, немедленно впал в панику.

— Это... это...

Он все еще не понимал ситуации. Сейзел покачала головой с легким сожалением.

— Ты человек, который получает деньги, а я — человек, который их даёт.