— Папочка! Папочка! Смотри что я нарисовала! — Биатрис тихо открыла дверь в кабинет отца. — Па…! — она осеклась.Видимо отец не услышал ее ведь он сидел на столе, а его целовал какой-то мужчина.

«Почему папу целует кто-то?», — спросила себя Биатрис.

— Люблю тебя, — прошептал мужчина что непристойно целовал шею отца Биатрис.

— Пап…? — пискнула Биатрис откликая отца.

— Б-биатрис! Что ты здесь делаешь?! — Эдвард впопыхах слез со стола поспешно отстраняясь от любовника.

— Пап…что Вы делали? — прошептала девочка.На ее глазах выступили слезы, а нижняя губа вздрагивала.

— Милая…пожалуйста не говори ничего маме. — жалостливо просил он.Эдвард хотел обнять дочь, но та живо отстранилась и испуганно задрожала.

— Пап, что Вы делали?! — вскрикнула девочка жмуря глаза.Она вся сжалась и треслась от страха, открыв глаза по ее щеке скатилась слеза. — Пап…

— Биатрис, пожалуйста… Биатрис! — но отец не успел остановить дочь, она уже бежала по коридору не оборачиваясь.

— Сестрица, что-то случилось? — десятилетний Юго грустно взглянул на старшую сестру.Та печально облакотилась на кирпичную стену.

— А…нет ничего страшного Юго, — Биатрис поспешно вытерла слезы, — Милый братик, тебе не стоит беспокоится об этом. Иди сюда. — позвав к себе мальчика, он послушно сел рядом.

Юго облокотился на сестру, та же в свою очередь нежно приобняла брата.

— Вот мама приедет и мы куда нибудь сходим, обязательно…правда ведь Би? — с надеждой в голосе спросил Юго, он пытался подбодрить ее.Хоть мальчик и не понимал в чем дело, он все же не любил видеть ее такой.

— Конечно.Ханна упросит маму. — улыбнулась волчица поцеловав брата в макушку. — Все будет хорошо…

* * *

— Да как ты посмел изменить мне Эдвард?! С мужиком! Боже правый…

— Линда успокойся, я…

— Успокоиться?! Успокоиться говоришь?! Может ты мне еще и курсы дашь потому как объяснить детям, что их отец ебался с мужиком за моей спиной?! Пока я пахала как проклятая на заводах, пока приходила домой и готовила ужин на всю семью, ты это хочешь сказать?! Вообще не понимаю зачем ты женился на мне если ты гей?! — прорычала женщина взмахивая руками.От нее исходил жар, жар гнева и ярости, Линда была зла.

— Линда прости меня…я…так каюсь…

— Ух лучше бы тебе каятся Эдвард, не будь я благоразумной я бы тебя на кусочки порвала и крысам бы скинула!

— Линда… — мужчина хотел прикоснуться к жене, но та отпрянула обострив когти.

— Не трогай меня, не трогай меня своими чертовыми руками! — Линда яростно ходила по кухне бормоча проклятия.

— Прости меня милая, я так сожалею… — мужчина опустился на колени. — Прости меня…

— Да пошел ты Эдвард.Иди нахуй. — процелила Линда не скрывая собственного презрения.С этими словами женщина удалилась из дома.

— Ханна все будет хорошо? — спросил Юго подходя к сестре.

— Конечно милый… — та обняла его как можно сильнее.

— Ненавижу…

— Би? — спросила Ханна звидев сестру в угле маленькой комнатки.Все дети сидели здесь подслушивая ссоры родителей.

— Ненавижу…ненавижу его…ненавижу! — произносила волчица сжимая детские кулочки.

— О Биатрис… — опечалено прошептала Ханна. — Мне так жаль… — девушка подошла к младшей сестре, прижав ее к себе.

— Ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу! Ненавижу его! — Биатрис кричала это в грудь Ханны, которая прижимала к себе сестру.Ее детский голос был полон отчаяния, а по лицу быстро скатывались слезы.

— Филл, ты чего? — спросила Ханна поворачивая голову в сторону старшего брата.

На тот момент ему шестнадцать, он стоял в углу комнаты облокотившись на стену и спрятав руки в карманы.Один его вид был полон злобы.Он напоминал мать которая только что ушла, но даже просто молчав от него шли мурашки по коже.У него была белая кожа, будто сметана, черные словно сажа волосы, крепкое телосложение и острый, янтарный взгляд.

Услышав голос сестры он опомнился:

— А…ничего Ханна, ничего. — в эту же секунду вся его ярость сменилась ласковым голосом и доброй улыбкой, он подошёл к младшим и обнял их. — Все будет хорошо.

Он был идельным. Казалось будто он был порождением истинной любви, ведь забирал частичку от каждого родителя.Бледная кожа, янтарные глаза, крепкое тело — все это передалось ему от отца.А черные волосы, и тяжелый нрав от матери.Он заботлив, терпелив, но если трогают его близких он словно бомба замедленного действия, никогда не знаешь когда он взорвется.Ему досталось аура прирожденного лидера от матери, он был настоящим борцом за справедливость, истинным волком.Но был один нюанс, если его предавали, он никогда не прощал.