Глава 92 

Под густо заплетёнными и изящно уложенными светло-лиловыми волосами корона сияла под светом люстр, словно сама излучала свет. 

Ряды бриллиантов, аккуратно инкрустированные в основание, были обрамлены сверху и снизу тонкими линиями жемчуга. А над этими тремя рядами поднимались семь главных украшений, поочерёдно изображающие символ Карии и Полярную звезду − самую любимую звезду этого Королевства. 

Бесчисленные бриллианты усиливали величественную роскошь короны. 

Это была та самая корона, которую из поколения в поколение носили Короли Карии – Сердце Поллуса. 

Некоторые аристократы, узнав корону, потому что видели её на официальных приёмах, невольно ахнули. 

За то время, что Евгения не показывалась на людях и была поглощена делами, она исхудала настолько, что казалось – подуй ветер, и её унесёт. 

И всё же… 

Она шагала вперёд уверенно и спокойно, словно вес этой тяжёлой короны для неё ничего не значил. 

Гладкие чёрные оксфорды отстукивали чёткий ритм по спиральной мраморной лестнице. 

Формально, как Принцесса Карии, она имела полное право явиться на маскарад в образе правителя. 

Но никто прежде не осмеливался на такую дерзость. 

И всё же…это выглядело на ней настолько естественно, что вместо недовольства зал наполнился восхищением. 

Спустившись примерно до середины лестницы, Евгения остановилась и заговорила: 

– Прежде всего благодарю всех вас за то, что пришли в мой дом. Этот вечер задуман не только как праздник, но и как возможность сообщить вам одну новость. – Под десятками взглядов её губы под маской изогнулись в лёгкой улыбке. – Я намерена основать фонд. На те средства, которыми владею. 

Для девушек и женщин, у которых есть мечты, но которым обстоятельства мешают их осуществить. 

Ах, и сразу скажу – это моё личное решение. Если кто-то захочет поддержать эту идею хотя бы символически – буду рада. Но, боюсь, у меня нет ни времени, ни желания выслушивать возражения. 

И в будущем тоже не будет. Так что не тратьте силы зря – лучше просто наслаждайтесь сегодняшним вечером. – Она улыбнулась, глядя на лица гостей. 

Под масками люди становились менее осторожными, и различить искреннее удивление от притворного было до смешного легко. 

Евгения больше не собиралась ни скрываться, ни останавливаться. 

Её улыбка стала глубже. 

В этот момент музыка оркестра резко усилилась, и зал наполнила стремительная, страстная тарантелла. 

Гости, будто очнувшись, начали разбиваться на пары и выходить на танцпол. 

Что у них на душе – уже не имело значения. 

Это был её вечер. 

Её территория. 

Под кружащимися разноцветными юбками, под десятками пар шагов, скользящих по ритму, 

в воздухе смешивались желания, амбиции, интриги… 

И ночь маскарада становилась всё глубже. 

*** 

Она стояла в стороне, потягивая портвейн, пока мягкая скрипичная мелодия текла где-то на заднем плане. 

Густой аромат инжира и карамели заполнил рот, ненадолго вытеснив горечь. 

В небольшом бокале переливалась тёмно-красная жидкость, напоминающая цвет высушенной розы. 

Сейчас все кружились в вальсе, будто единое целое, но после приёма всё это, скорее всего, разлетится. 

По меньшей мере человек пять-шесть уже выглядели так, будто готовы устроить скандал. 

Ну и пусть. 

Даже удобно. 

Тех, кто боится потерять своё место и пытается лезть выше положенного, всё равно пора было бы поставить на место. 

Девушка с лёгкой улыбкой оглядывала зал и вдруг заметила того, кого здесь быть не должно. 

Евгения сразу же подала знак слуге в саду: 

– Немедленно отправляйся в Императорский дворец. Передай Его Величеству и сэру Кеннету. 

А я-то думала, вечер пройдёт спокойно. 

Хотела просто поесть десертов и скоротать время… 

Допив остатки портвейна, она открыла двери террасы и вернулась в зал. 

– Хм, винтажный портвейн? Неплохой выбор. Хотя, на мой взгляд, настоящий портвейн – это минимум двадцатилетний тони… 

Принцесса посмотрела на мужчину, который с умным видом рассуждал о вине. 

– Похоже, вы впервые пробуете портвейн, неизвестный господин. Винтаж и тони отличаются хотя бы по цвету. А это – колхейта тони. Тридцатилетней выдержки. 

Под маской его челюсть напряглась, а вокруг уже начали шептаться. 

– Разве он не говорил, что знаком с леди? 

– Да видно же – врёт. Даже колхейта не узнал. 

– Ха-ха, значит, леди меня просто не вспомнила. Я ведь всегда стою за спиной Его Величества. Если и сейчас не узнаете – что ж, ничего не поделаешь. 

О? 

Значит, приглашение ты стащил у помощника Саймона? 

– Хм… тогда, может, потанцуем? Вдруг во время танца я вас вспомню? 

Она схватила его за руку и потянула на середину зала, незаметно подав знак оркестру. 

Оставлять такого в зале нельзя. 

А вдруг он решит взять кого-нибудь в заложники? 

Музыку я заранее подготовила. 

Посмотрим, на что ты способен до того, как подоспеют рыцари. 

Сначала – мягко. 

Евгения слегка подалась назад, словно приглашая. 

Мужчина, успокоившись под медленную музыку, сделал шаг вперёд и тут же оказался втянут в танец. 

Она перехватила его запястье и притянула ближе. 

…Ага. 

Скрытые ножи. 

Значит, всё-таки убийца. 

И, судя по всему, посланный узурпатором. 

Он хочет, чтобы всё выглядело как случайная смерть. 

Они двигались по залу, пересекая его по прямой. 

Постепенно пространство вокруг освобождалось. 

Музыка менялась. 

Девушка подняла взгляд – его лицо побледнело. 

Она усмехнулась. 

Мужчина резко перехватил инициативу, развернул её и повёл к выходу. 

Пытается уйти, пока есть шанс? 

Поздно. 

Теперь начинается настоящее представление. 

Ритм ускорился. Кастаньеты отбивали такт. Виолончель усиливала напряжение. 

Евгения перекрыла ему путь, закружилась вокруг, ускоряя шаги. 

Привлекая внимание. 

Для убийцы это – худшая ситуация. 

Взгляды гостей начали стекаться к ним, и зал наполнился восхищённым шёпотом. 

Ну что, теперь ты уже не сбежишь. 

Она отпустила его руку, сделала быстрый оборот. 

Он стиснул зубы и пошёл на девушку. 

Хорошо. 

Вот теперь интересно. 

Музыка взорвалась. Скрипки, виолончели, ударные – всё ускорялось, закручиваясь в бешеный ритм. 

Со стороны это выглядело как изящный танец между мужчиной и женщиной. 

Но на самом деле – это был танец на краю пропасти. 

Тот, кто уступит, упадёт. 

Они снова сблизились. 

Шаги – чёткие, резкие. 

Борьба за контроль продолжалась. 

Евгения почувствовала движение в его рукаве. 

Клинок. 

Но… 

Пока ты думаешь о чужих взглядах, ты мне не соперник. 

Музыка приближалась к кульминации.